Страница 109 из 137
Боль и наслаждение — неразлучные спутники любого союза, заключён ли он двумя возлюбленными, между магом и стихиями или между телом и душой. Союз — не контроль и не господство над силами природы — союз
Но прежде чем бросаться в битву, бойцу нужно натренировать слабые мускулы, растянуть закостеневшие связки и укрепить решимость. Как неподготовленное тело требовалось приучить к новым ощущениям, так и разум — медленно, нежно разорвать тонкую вуаль — иллюзию, созданную умом, который по природе своей отрицал волшебство.
Важно уметь управлять силой, не вредя ни себе, ни другим. И для этого необходимо навести порядок внутри себя, избавиться от суеты и смятения.
Третье правило мага — беречь свои волосы, второе — сохранять спокойствие. Что бы ни случилось, нельзя поддаваться панике. Страх — универсальный усилитель, как для боли, так и для наслаждения. Страх может сделать человека быстрее, сильнее и даже умнее. Но паника — это слабость.
Сидя в центре просторного пещерного зала, Дженна терпеливо выполняла задание, успокаивая ум и превозмогая боль. Осколки камней впивались ей в ноги, внутри бушевала сила, наполняя огнём сосуды. Однако сердце девушки билось ровно и уверенно.
Ученица осторожно вдыхала витали, поднимающуюся из недр земли. Концентрируя её в солнечном сплетении, затем на выдохе она выпускала магию на свободу. Золотые ленты пламени обвивали её нагое тело. По ладоням и пальцам рук прыгали белые искры. Жар играл волнами волос, подкидывая их и отпуская, словно шаловливое дитя.
Синий Див порхал под светящимся сводом, на лету подхватывая излишки витали. Девушка не знала, где он прячется и что делает большую часть времени, но когда она приступала к упражнениям, чародейский помощник неизменно оказывался рядом.
Дыша медленно и плавно, как её учили ещё лисы, Дженна управляла магией. Она сплетала воедино свою витали с энергией огня. Её мышцы, кости и сухожилия постепенно приспосабливались к возрастающей силе. И с каждым вдохом боль, терзающая девушку, становилась чуточку меньше.
Даже каменная твердь не могла вынести прикосновения пламени, но чародейка обязана была приучить себя к его укусам. Она должна была стать огню равным товарищем. Она хотела познать не только боль, но и…
Дженна вновь вспомнила сон: танец, жар, свет и неописуемое чувство наслаждения…
Окончив занятия, девушка надела платье и выбралась на поверхность. После тренировок свежий ветер опалил её кожу холодом. Тело вело себя странно. Дженна не знала, плакать ей или смеяться. Желание сворачивать горы соседствовало с дикой усталостью.
Сайрон предупреждал ученицу, что переизбыток силы может привести к неприятным последствиям, поэтому наращивать её следует постепенно. Однако молодой чародейке редко удавалось угадать верные пропорции.
Наставник не посещал её личных тренировок и не мог вовремя остановить ученицу. А Синий Див отличался необычайной прожорливостью и вместо «хватит» на тайном языке просил ещё и ещё. Порой он так объедался, что его сине-зелёная шкурка принимала бордовый оттенок.
Присутствие помощника было необходимым условием упражнений. Частично он кормился магией, но по большей части впитывал и сохранял в себе про запас тот излишек волшебства, к которому могут слететься более опасные создания: паразитирующие на чужой витали нечисть и духи. Внутренняя сила в целом обладает магнетическим свойством. В том числе притягивает она и обыкновенных людей.
Заплетая волосы в косу, Дженна подняла голову и увидела кузнеца. Он ждал у выхода из пещеры. В его глазах девушка приметила знакомое выражение: мужчина любовался ею. На миг желание смеяться и сворачивать горы обратилось в Дженне иной потребностью, но она быстро прогнала дурные мысли.
— Я набросал кое-какие эскизы, — сказал Кай Двейг, протягивая девушке листы. — Хотел показать тебе… Да, и ещё нужно обсудить ножны. Тебе нет нужды обращаться к другому мастеру, я сам всё изготовлю.
— Благодарю, — ответила девушка. — Ножны пусть будут самые простые, не хочу привлекать внимания, — она с интересом разглядывала картинки: клинки и гарды, чешуйчатые туловища и ощерившиеся морды, оперённые и перепончатые крылья. Благодаря умелым рукам мастера на бумаге оживали диковинные мечи такой красоты, что о каждом из них маленькая Леилэ могла только мечтать! У Дженны глаза разбегались. — Ты замечательно рисуешь… — прошептала она. — Твои таланты неисчерпаемы.
— А без этого в моём деле никуда, — улыбнулся кузнец, смущённо погладив чёрную бороду. — Великий Зоар наказал делать оружие надёжным, а его супруга — красивым.
— Кай Двейг, а расскажи мне о богах Севера? — попросила девушка. — В Энсолорадо я ни разу не слышала их имён…
— Хорошо, Дженна, — кивнула мастер. — Если ты окажешь мне честь и разделишь со мной трапезу, у нас будет немало времени для беседы.
Девушка с радостью согласилась. Обыкновенно Дженна добывала еду самостоятельно, но когда она особенно уставала после тренировок, учитель охотился и даже готовил для неё. Но он никогда не ел вместе с девушкой, и последнее время был излишне молчалив. Ученице не хватало живой души, с которой она могла бы разделить впечатления, чувства или просто обед.
Стол мастера Двейга не отличался изысканностью: варёное мясо, густая ячменная каша, репа да вода. Однако за беседой Дженне было так вкусно, как не было уже давно. Она мало что могла рассказать о себе, а вот угрюмый с виду Кай Двейг оказался разговорчивым. Видать, и ему тоскливо жилось здесь в полном одиночестве.
Кузнец поведал гостье о своей судьбе, о покойной матушке и о рудниках, о том, как он попал к учителю и стал подмастерьем. Слушая его истории о пыльных каменоломнях с затхлым воздухом, о развороченной земле и вырубленных лесах, Дженна вспоминала своё детство. Маленькому Каю пришлось несладко, и всё же над его головой было синее небо, а не серый купол, не знающий ни луны, ни солнца.
На следующий день после тренировок девушка вновь пообедала с мужчиной. Через два дня они поужинали и так разговорились, что Дженна вернулась к источнику Звёзд под утро.
— Ты должна соблюдать режим сна, — сухо напомнил ей учитель. — Хочешь расходовать силу на пустое, изволь. Но накапливать витали, не давая должного отдыха телу, опасно.