Страница 20 из 26
Наверху в темноте мелькнуло что-то белое и струящееся, как широкая шелковая лента или подол длинной юбки. Разглядеть не успела, но напугалась знатно!
И тут же себя одернула: глупо бояться призраков в доме самого сильного мага Тарлина. Если они тут и водятся, то уж всяко покоренные и подчиненные. И вреда мне не нанесут. Наверное.
Грегори Кольт только и ждет, что я испугаюсь. Думает, пара ночей в мрачном «доме с привидениями» – и я с визгом сбегу, швырнув в него напоследок фамильной реликвией.
Достигнув верхней ступеньки, я осторожно огляделась. Двери, двери… А где-то тут, по заверениям Кольта, стоит алтарь. Ох, Имира, надеюсь, далеко от моей комнаты! Не жажду узнать, как «инвестор» его использует. И в каких таких неприличных целях стелет на него мягкое одеяло.
Алтарь. Боги! Софи, как ты, столько лет избегавшая сильной магии, умудрилась оказаться под одной крышей с чародеем? И как планируешь тут выживать? Да может, он действительно жертвы Варху приносит, чем гхарр линялый не шутит…
На всякий случай я напомнила себе, что простачки защищены законом. Да-да, надежно защищены! И даже такой влиятельный маг, как Грегори Кольт, не посмеет мне навредить.
Наверное.
Глава 10
Комната, отведенная мне, оказалась небольшой, но весьма уютной. Она обнаружилась за ближайшей приоткрытой дверью слева от лестницы. У кровати стоял мой видавший виды чемодан, на тумбе – круглый серебряный поднос, накрытый крышкой-куполом, сохранявшей тепло. Похоже, меня все-таки покормят.
Я одернула шторы, но тьма Звездносвода не спешила освещать пространство. Светила смущенно прятались, дожидаясь традиционного летнего парада.
На подоконнике обнаружился ночник, я постучала костяшками пальцев по стеклянной сфере, и внутри занялось зеленоватое пламя. И вскоре вся комната проявилась в магических бликах. Отражение в окне показалось чужим, и я понеслась к зеркалу. Не может быть все настолько плохо!
Ох, нет… может.
Ссадина тянулась через все лицо, словно я напоследок перед обмороком приложилась им о фонарный столб. Настолько жуткая и красная, что неудивительно, отчего Кольт решил, что я им не подхожу. Слава Имире, в саду хотя бы темно было.
И Кольт все это время смотрел на меня? И даже не сильно кривился? Феноменальное самообладание.
Обычно после плачевных «столкновений с действительностью» меня спасала Алисса. Делилась чудодейственным кремом из личных запасов или применяла простенькую косметическую магию. Но подруги тут не было, и осознание кошмара подкатывало все ближе. Завтра на лбу будет синяк размером с Анжарскую провинцию. И лучше меня гхарры затопчут, чем я спущусь в таком виде к Кольту.
Хотя… судя по лицу, стадо гхарров по мне уже потопталось. А я и не заметила.
Решив отложить позорный побег до утра, я сняла крышку с подноса и блаженно втянула носом аромат. Записки не было, но это, самом собой, расстаралась Саяра. Святой человек!
Чашка бульона, кувшинчик настоя вечерних трав, пара крупных ломтей охлажденного мяса, запеченного в анжарских специях, хлеб… Имелся даже десерт – томленый в меду альта-цитрон под горячей карамелью.
Заметить не успела, как с аппетитом вышедшей из спячки вирры смела все с тарелок. И теперь задумчиво облизывала ложку, измазанную в жидкой карамели, пользуясь тем, что меня никто не видит. В Эррене простачкам вроде меня отведено не так много моментов чистого, незамутненного счастья. И я давно научилась ценить такие мгновения.
Порой казалось, что брак с Адамом – это мой шанс вырваться из странного мира магических условностей. Мира, в котором я считалась существом едва ли не низшего сорта. И каждый маг, стоявший на ступеньку выше – от сына Регины до дежурного в воздушной гавани – считал своим долгом мне об этом напомнить. О моей ненужности, бесполезности и беспомощности.
Мне даже нравилось, что Адам постоянно забывает о моей магической неполноценности. Значит, считает меня равной себе. Достойной себя. В отличие от зарвавшегося всезнающего Кольта, упивающегося властью и магией. Полагающего, что он, гхарр парнокопытный, выше всех на десяток голов! Как с таким самомнением еще Звездносвод не задел макушкой – загадка.
Я протерла салфеткой губы и, переодевшись в сорочку, подготовленную Саярой, забралась под одеяло. Зажмурилась от странного удовольствия: приятно, когда о тебе заботятся.
Я давно привыкла, что до моих нужд никому нет дела, кроме меня самой. Лисс, конечно, делилась всем необходимым, от платьев до артефактов, а Мег охотно давала советы… Но это другое. У подруг и своих проблем хватало.
Последний раз меня окружали такой ненавязчивой, предупредительной заботой родители. Будет ли Адам ко мне так же внимателен, как малознакомая девушка, прислуживающая его опекуну? Оставит ли ужин в нашей квартире на Варх-знает-каком этаже, помня, что я вернусь голодной?
Я долго вертелась на подушке, необычайно свежей и мягкой. Все было таким чужим, что мешало заснуть, несмотря на усталость. Потолок – слишком высоким, кровать – слишком широкой, предназначенной для двоих. И запах от белья шел приятный, цветочный, но совершенно незнакомый… Напоминал, что я в чужом доме. И тут мне официально не рады.
Раз мне удалось провалиться в дрему, но сон не принес облегчения. Все тело напряглось в странном предвкушении. Словно еще немного – и меня утянет водоворот, засосет в воронку и выплюнет в другом месте.
Мне туда решительно не хотелось. Там, за чертой, было что-то новое, неизведанное. А я еще к старому толком не приспособилась.
В воздухе материализовались варховы зеленые глаза. Без лица и тела. Просто две яркие мерцающие точки цвета анжарских полей. А потом из мрака вынырнула рука – грубая, мужская, увитая венами. Она потянулась к моему запястью, попыталась схватить…
Я решила, что лапа хочет сорвать браслет, и отшатнулась, отпрыгнула. Спрятала кулачки в карманы длинного плаща, Варх знает как на мне оказавшегося.
Я твердо помнила слова Кольта. Снять украшение – значит отказаться от Адама. Кто знает, действуют ли магические законы во сне… Но лучше не рисковать.
Сон вытолкнул меня так же резко, как втянул. Я вскинулась ошарашенно на постели, вытерла запястьем мокрый лоб. Я не усну в этом доме, под одной крышей с владельцем изумрудных глаз. Видит Варх, не усну!
***
Выходить из спальни в одной сорочке было кошмарной идеей. Я призналась себе в этом сразу же, едва ступила босыми ногами за порог и тихонько притворила за собой дверь. Но мне срочно нужны были успокоительные капли, которыми хвалилась Саяра, а «раскопки» халата в набитом чемодане могли затянуться до утра.
Еще не очухавшись от бреда, что влез в мою голову, я поискала глазами лестницу. Но так ничего и не увидев, медленно пошла влево. Двери, двери… Сколько же комнат в имении Кольтов?
Проем, в который я зачем-то нырнула, оказался входом в роскошную библиотеку. Саяры тут не нашлось, зато на столе обнаружился пустой бокал из-под чего-то крепкого (это и по запаху чувствовалось) и несколько потухших дымных камешков. Еще теплых.
На стене в простой рамке висела небольшая картина. Я бы и не обратила на нее внимание, если бы не оставленный рядом огарок магической свечи, еще тлеющий и разбрасывающий изумрудные искорки. Тучки крошечных зелено-золотых бликов плыли по полотну, расцвечивая узорами старый величественный особняк, тонущий в красных осенних листьях. Похоже, «кто-то» любовался пейзажем, потакая своим «дурным привычкам».
Воспользовавшись тем же проемом, я вынырнула обратно в коридор. Нет мне дела до чужих картин, стаканов, камешков и пристрастий.
Лестницы снова не нашлось. Зато одна из дверей была приоткрыта. Кабинет владельца? Или комната прислуги?
Оттуда доносились шорохи. Недвусмысленное такое шуршание! Словно скрипучая ткань натягивалась до треска и мялась, преодолевая неведомые мне преграды.
Да нет, подумается же… Глупость! Кольт давным-давно спит. А значит, это или прислуга делает уборку среди ночи. Или какое-то животное пытается выбраться из шкафа с одеждой. Или… призрак, да. Но разве призраки шуршат?