Страница 33 из 46
Старший неторопливо в благодушном расположении духа сличал документы по описи, а потом вдруг спросил:
— Что лейтенант, жалеешь, что клиента твоего забираем?
— Да как сказать, — растерялся Сергей, — не особо…
— А что так? Не нравился он тебе?
— Да я толком знаком не был… Видел то всего один раз. Недавно дело веду… вел точнее.
— И как личные впечатления? Что он за человек?
— Тяжело сказать, — замялся Краевский, — Вроде простой в общении, но очень не простой по сути…
— Люди в большинстве своем такие, — кивнул старший, — Каждый не тот, что из себя изображает. Ладно, тут вижу, по описи всё сходится…
Он поднялся со стола и, взяв шариковую ручку Сергея, расписался в двух экземплярах размашистой уверенной росписью. Один экземпляр оставил на столе, а второй сложил вчетверо и сунул во внутренний карман пиджака.
— Ну, давай лейтенант, счастливо оставаться, хорошей тебе службы! — протянул руку.
Краевский пожал.
Младшему пожать руку не получилось, тот уже с двумя стопками документов подмышками стоял у дверей.
Как бы ни торопился капитан, но естественные потребности организма никакие приказы отметить не в силах, ни капитанские, ни генеральские. Разошлись мы по кустам. Сижу, и любуюсь красотами природы. И понимаю, что это Оно. Вроде ничего инопланетного, но точно Оно. Казалось бы, что необычного в обычном грибе рыжике? Но я никогда не видел рыжик размером с колесо от Камаза. Говорить сразу не стал, а только когда завершил процесс.
— Слышь, Федотов, я тут кое-что углядел необычное, как ты и говорил…, - произнес я задумчиво.
— Где?
— Иди сюда, посмотри…
— Хм… Так это гриб!
— Может, возьмем с собой? Засолим.
— Шуточки! — фыркнул капитан.
— Ну как хочешь, а я посмотрю….
И я пошел до гриба.
— Стой! Не трогай руками! Веткой коснись сначала…
— Так точно, — согласился я, и, подобрав с земли сухую ветку, коснулся гриба. Вот сейчас рыжик внезапно отрастит зубы, и вцепиться в ветку, как собака. Но ничего подобного не произошло. Даже жалко. Я ткнул сильнее. А потом, вытащив из ножен штык-нож, попытался подрезать ножку. Коротковат штык, для такой ножки. Пришлось удовольствоваться куском гриба, полоснув по шляпке. Хорошая твердая мякоть без единого следа червячков и пахнет приятно.
Жаль, телефона с собой нет, сфоткать эту красоту! А ведь я обещал жене звонить каждый день. Телефон отобрали. Нельзя с собой. Да и толку от него тут все равно не было. До ближайшей вышки сотовой связи, как до Китая.
— Хорош грибы нюхать! Бегом!
Прервал мои размышления черствый Федотов.
— Слушай, Федотов, ты чего такой злой как собака? У тебя мама — папа был?
— Приказ надо выполнять! Мы время теряем!
— Понятно. Орать то зачем? Тебя не смущает, что я в отцы тебе гожусь?!
— Ты мой подчиненный! И я за тебя и выполнение приказа отвечаю в первую очередь! Отец мне тут нашелся!
— Пусть не отец! Пусть приказ! Но человеком нужно оставаться всегда! При любых обстоятельствах!
Так мы закончили обычную перебранку, и рысью двинулись в направлении, что указывал капитан. А потом, когда немного пробежавшись, перешли на шаг, капитан произнес как бы в сторону, а не мне:
— Мой отец, когда я учился в колледже, нашел меня в общаге, избил, и отобрал все деньги, что мать присылала… Больше я его не видел.
Лейтенант Краевский проводив гостей до авто, пошел к Кудряшову, раздумывая, как бы отпроситься, или взять отгул за работу в выходные, чтобы сгонять в аэропорт. О том, что Колдуна забрали, американский шпион вряд ли успел узнать и наверняка будет ждать того в аэропорту. Вдруг Сергей сможет агента опознать? Вдруг это кто-то знакомый? И самое главное спросить на счет отгула ненавязчиво, как бы между прочим, Ведь он только что остался без дела в буквальном смысле слова. И главный предлог зайти, спросить: чем ему теперь заниматься?
В приемной Надежда Константиновна опрокинула все планы, Кудряшов отбыл в неизвестном направлении. Краевский пожал плечами. Так может даже лучше. Выйдя с работы, он отправился на автобусную остановку, чтобы на десятом маршруте доехать до аэропорта. Это даже хорошо, что слишком рано. Он может засесть заранее в удобном месте, и потихоньку фотографировать всех входящих в здание. А там по фото в поиске, можно будет опознать большую часть тех, кто заходил в аэропорт, и, отсеяв, найти с кем может быть знаком Колдун.
Вскорости, нам под ногами стали попадаться кости. Белые кости. Большие. Некоторые с кусками гнилой плоти. Встречающиеся рогатые черепа, без слов поясняли, чьи это кости.
Коровы в деревне раньше были. И надо полагать скоро должна была появиться сама деревня Черемша, как заметил я название на карте капитана. И когда просвет за деревьями стал светлеть, по спине Федотова я заметил, как он напрягся.
— Сейчас пойдем медленно и тихо. Старайся не шуметь, — произнес он, не оглядываясь на меня.
— Звери? — спросил я.
— Всякое….
Мы пошли, не торопясь, и я искренне этому радовался. Сначала радовался, что не меня сожрали звери, потом, что не замерз на дереве, затем радовался пробежке, что наконец согрелся после ночи, а теперь вот радуюсь тому, что не надо бежать, высунув язык, а можно спокойно идти, и почти отдыхать. Не жизнь у меня, а сплошная полоса радости.
Но самое главное, чему я в тайне радовался деревне — это здания, сеновалы, стайки, дома, — это стены и двери, которые можно открыть.
— Всякое это что? Призраки?
— Не… призраки они там, у второго ручья могли быть ….,- отмахнулся капитан, а потом встрепенулся, — Откуда про призраков знаешь?
— Догадался, — ответил я, — кто-то в них неудачно камнями бросался…
— Это Бутылка…. Коля Бутылкин был… Не повезло ему.
— А у деревни сейчас чего опасаться?
— Засады, — ответил Федотов и замолчал.
Мы вышли на открытое пространство и остановились. Перед нами было желтое не скошенное поле, с рыжей как у лисы подпалиной. А там, за полем черной полосой виднелась дорога. За дорогой, на фоне зеленого хвойного леса черные покосившиеся дома, с укором смотрели на нас мертвыми провалами окон.
Глава 9
Фото охота устроенная Краевским в аэропорту проходила планово. Спрятавшись на сиденье в зале ожидания, справа от входа за искусственной пальмой в большом горшке, он методично снимал входящих. Просто изображая одного из сотни клиентов увлеченно ковыряющихся в телефоне. Особо на чудо, что он узнает кого-то, он уже не рассчитывал, но надеялся, что методичность и тщательность проведенной операции даст результат потом, после поиска личностей по фото. Можно было поступить проще, просто запросив список пассажиров на рейсы. Но агент, назначивший свидание Колдуну в аэропорту вряд ли собирался куда-то лететь, и был в этом списке.
Единственно, что смущало Сергея, это не очень удачные снимки на телефоне. И лица входящих с улицы были темные, а вспышку включить было нельзя, и ракурс не всегда удачный. И хоть он пытался заснять несколько кадров сразу наудачу, но был не доволен результатом. Оставалось надеяться, что некоторые посетители выходили из здания на улицу покурить, и их можно было снять повторно. Продолжалась его несанкционированная охота примерно минут сорок, когда к нему подошел охранник, и попросил предъявить документы. Лейтенант понял, что его засекли, и был крайне раздосадован. Удостоверение пришлось засветить и очень надеяться, что среди толпы встречающих и отлетающих агента либо ещё не было, или он этот момент не увидит. Охранника удостоверение удовлетворило, и он ушел. А Краевский в крайне раздраженном состоянии духа, продолжал начатое, пока на пороге аэропорта не возникла неожиданная фигура. Сергей его даже не сразу узнал, поскольку никогда не видел в старых джинсах, кроссовках, кожаной куртке, а темные солнцезащитные очки, просто скрывали большую часть лица. Краевский даже сначала не поверил своим глазам. По его мнению, такого просто не могло быть. Но было… И самое отвратительное в этой ситуации было то, что вошедший сразу увидел Сергея и направился от входа прямо к нему.