Страница 43 из 95
— Заткнулись! Повторю ещё раз, для особо одарённых. Порядочные сенаторы, относящиеся к своей работе как к работе, а не привилегии плевать на всех, сегодня собрались в одиннадцать дня в этом зале. Все, кто не явился на заседание, и при этом не лежит в больнице, трудоспособен — объявляются преступниками. И, с учётом сложного положения, вне зависимости от парламентского иммунитета будут либо приведены к порядку — в частности принудительно доставлены сюда, на рабочее место, где бы и в каком состоянии ни находились, либо уничтожены — как злостные преступники, уехавшие из города в момент, когда, и они знали это, здесь нужны. Надеюсь, я понятно изложила, доступно для вас, и не придётся повторять дважды.
— Далее я обращаюсь к сеньору председателю. — Она обернулась назад, ибо председатель был в зале, и сел на своё место позади трибуны говорящего, за минуту до входа Фрейи (предупредили). Там же были места для лидеров фракций и ключевых сотрудников аппарата, но все остальные места пока пустовали. — Сеньор председатель, кворум должен составлять восемьдесят восемь человек. Но согласно регламенту, в случае подтверждённой гибели парламентария и до момента избрания на его место нового сенатора, количество необходимых голосов по понятным причинам снижается на один — так как данный человек не может голосовать ни за, ни против. Возможно это спорный закон, но это закон, и я прошу перед всей страной подтвердить его наличие.
— Да, ваше высочество, — вздохнул и устало склонил голову председатель. — В противном случае, если, например, начнётся война или эпидемия, и многие наши коллеги… Не смогут присутствовать по банальным объективным причинам, мы не сможем принять ни одного закона. Конституция и сенатский регламент писались во время войны и сразу после. — А это ремарка для зрителей, разумеется — челу нужно отмазаться.
— Замечательно, что вы отдаёте должное истине, а не вольной её трактовке, — ехидно кивнула Фрейя. — Сеньоры, уважаемые зрители, кто смотри нас в прямом эфире. Учитывая, что армия Венеры не может остаться без главнокомандующего в трудную минуту, учитывая, что государство не может остаться без главы в трудную минуту, учитывая, что сеньоры сенаторы ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННО саботировали это и предыдущее заседание, отдавая отчёт в том, в каком состоянии страна, я приняла решение о ликвидации государственных преступников, подчеркну, целенаправленно покинувших Альфу в трудную минуту. Все сенатские особые права и привилегии, актуальные в мирное время, в момент текущего форс-мажора отменяются. Предатели должны получать по заслугам незамедлительно, если промедление с воздаянием ещё больше усугубит тяжёлое положение в стране — так тоже записано в наших законах.
— Сейчас в этом боковом экране, а для зрителей информация продублирована на официальном сайте Сената, будет выводиться информация о ликвидации покинувших столицу преступников с доказательствами гибели. И когда общее количество людей в зале достигнет кворума, мы начнём заседание по вопросу передачи мне власти на время неспособности её величества управлять страной. У меня всё, сеньоры, ждём последнюю информацию по предателям… Кстати, сейчас сюда везут ещё несколько ваших коллег, думаю, ожидание сильно не затянется. И всем, тыкающим мне, что я кровавая стерва и нарушаю все мыслимые законы — читайте конституцию! Именно ради возможности оперативно привести к порядку в сложной ситуации различные госорганы королевская власть существует, и я сейчас как никто другой являюсь защитником интересов Венеры и её народа. Всем спасибо.
Она картинно вышла и прошла в гостевую зону. Зона была оцеплена вооружёнными ангелами, и, несмотря на поднявшийся лютый гам, никто из парламентариев не осмелился не то, что подойти, но даже просто слишком громко выкрикнуть в сторону высочества.
Фрейя усидела минут пять. Потом в зал вошли двое бойцов «Братства», втолкнувшие внутрь ещё одного бедолагу… В домашнем халате… Розового цвета. Босиком. Картинно усмехнувшись, принцесса встала, аккуратно поправила юбчонку, в которой щеголяла (я посоветовал мини, не под самое «небалуй», но достаточно откровенно чтобы выглядело — пипл «внизу» такое любит) и вышла. Я выждал секунд тридцать, и тоже двинулся к выходу — нужно обойти зал по внешнему периметру чтобы увидеться с нею.
Ангелы на входе и во всех коридорах показно меня игнорировали. Учитывая их работу, что они шмонают по нескольку раз абсолютно всех, кто проходит мимо, это только что честь не отдавали. И в особо охраняемую техзону, куда допуск вообще всем закрыт, впустили без единого вопроса, также просто проигнорировав.
Фрейя сидела на том же калорифере и думала. Я подошёл, обнял. Её трусило ещё больше, чем перед речью, но я чувствовал нахлынувшую на неё волну облегчения — сейчас лучше, чем до.
— Ты справилась! Моя милая, родная, любимая! Моя сильная-пресильная кошка! Моя хищница! Ты справилась! И сам я бы не сделал лучше! — зашептал ей на ушко.
— Спасибо, Хуан! — Уткнулась в плечо, и так и сидела. Я не торопил. — Много ещё осталось?
— Как ты вышла из зала — ещё двоих грохнули, — хмыкнул я. — Может зря Нимфа прибеднялась, что в регионах некому работать?
— Наверное, некому. Просто она сама… Пробивная. — Фрейя качнула головой и весело усмехнулась. — Повезло маме с командой, со взводом.
— Да, повезло, не отнять… — согласился я. Ведь и правда как на подбор сеньориты. — Фрей, ты справилась. А дальше будет легче. Мне нужно ехать дальше по делам, пришёл просить, чтоб отпустила. У нас всё-всё получится, я верю! Просто не могу терять время на посиделки здесь. Вдруг бойцы нашей Железной Сеньоры наберут кворум только к полуночи? Или завтра к утру?
— Езжай уже, герой! — потрепала меня по волосам. — Спасибо, Хуан. Правда, если б не ты… — Вздох, но удовлетворённый. — Я ведь говорила, а сама боковым зрением тебя высматривала. Так было легче. Сказала себе: «Фрей, дурёха, представь, что это не ты. Представь, что вместо тебя говорит этот сукин сын. Твой любимый и дорогой, такой родной и такой сволочной скверный тип. Скажи вместо него, как сказал бы он!»
— Я — это я, — повторил ей, ибо не нравилось такое подражание. — Фрей, ты не я. И в очень многих вещах ты куда лучше. Верь в себя. Я ж в тебя верю!
— Спасибо!
Снова долгий поцелуй… Но мне и правда нужно было ехать. И было всё равно, готов ли принять требуемый человек — я не набивался на аудиенцию, а осчастливливал своим присутствием. Сейчас только так.
— И почему я обязана пойти навстречу и это сделать? — спросила Селена, тщательно меня выслушав.