Страница 68 из 75
— А зачем ее трогать? Она чуть не сдохла, когда от метки твоей пыталась избавиться. А представь, что будет, когда она от тебя целиком избавится, — улыбка Улафа превратилась в оскал.
— Какая верность, — издевательски проговорил Антонио. — Вместе воровали, вместе сидели, даже физиономия одна на двоих.
— Молись, вражина. Никогда не понимал, чего в тебе Лафита нашла.
В дверь толкнулись, потом застучали.
— Мимоза, уйди! — крикнул Антонио.
— Он занят, детка, — писклявым голоском подхватил мерзкий гость.
— Тони! — Мимоза дергала ручку.
— Сейчас мы долюбимся, и войдешь, — захихикал довольный Улаф и взвел курок, увидев, что Антонио шагнул к нему. — Не дергайся, придурок!
Мимозка обомлела. Голос показался знакомым. Лафита? Ее выпустили из тюрьмы, и она пришла к Антонио. Ревность скрутила так, что не вздохнуть. Она не вспомнила, что Антонио терпеть не мог Лафиту, не вспомнила, как говорил Адам про истинных, что муж не сможет ей изменить, даже если бы захотел. Обида и гнев охватили ее. Всхлипнув, Мимозка рванула в соседнюю гримерку. Сейчас она им покажет. Балкон был общим для всех гримерок и уже опустел. Охрану сняли, стоянку покидали последние автомобили. Напольной вешалкой-стойкой Мимозка вынесла балконное стекло.