Берлинская кровь 2

— Да, я уже иду, — девушка не знала, что на этот раз ей расскажет подруга, поэтому решила открыть. Иначе та не успокоится.

— Ты даже не представляешь, что я для тебя нашла, — Луиза ворвалась в комнату, как только дверь немного приоткрылась.

— Что? — Хильда скептически смотрит на ее. Ее бесит такое хорошее настроение подруги. Началась война, все только об этом и говорят, а хорошее настроение Луизы ну никак не вписывается в картину, которая в голове у Хильды.

— Ты хочешь быть рядом со своим возлюбленным?

— Да.

— Тогда вот, — та протянула ей газету, где на первой полосе большими буквами написано: «Набор медперсонала на фронт».

— Что это?

— Ну ты читать разучилась? — Луиза буквально прыгала по комнате от счастья.

— Нет, я не разучилась, я про твое настроение, — Хильда прошлась взглядом еще раз по заголовку и поняла, чего хочет Луиза. — Ты хочешь поехать медсестрой на фронт?

— Ну, я хотела предложить тебе, ты точно согласилась бы. Просто я подумала, что ты скучаешь по нему, а так вы будете рядом.

— Ты предлагаешь мне пойти на курсы медсестры, чтобы поехать к нему на войну?! Луиза, ты понимаешь, что говоришь? Шанс того, что мы с ним там встретимся очень мал. К тому же, ты думаешь, что все это шутки? Ты воображаешь, что все это игрушки и розовые сопли? Нет, это серьезно! Я не знаю, смогу ли я помогать людям, смогу ли я вообще нести ответственность за жизнь других людей! — Хильда начинает повышать голос. Нет, она не злится на Луизу, она скорее хочет ее образумить, чтобы та хотя бы немного поняла, что ей предлагает и во что сама ввязывается.

— Нет, я просто хочу, чтобы ты была счастлива! Мне надоело, что ты сидишь дома и только и думаешь о том, как там твой Тилике. Я хочу, чтобы ты тоже хоть что-то имела за собой! Я хочу, чтобы ты была ближе к нему, — Луиза не могла оставаться спокойной и уже переходила на крик.

— Я разве говорила тебе, что хочу быть рядом с ним?! — девушка сама уже срывается на крик. — Я сама не знаю, чего хочу! Как ты можешь быть в этом уверена?! Прошу, уходи. Не нужно мне ничего этого. Я не хочу думать об этом, просто не хочу.

— Хильда, ты такая дура! Пораскинь мозгами, если они у тебя есть! — дверь захлопнулась, и девушка осталась стоять в гробовой тишине. Слышится только шум проезжающих машин из открытого окна.

Хильду трясет от бешенства, мысли в разные стороны. Мало того, что та решила втянуть ее в какую-то ересь, так еще и лезет в ее жизнь, куда ее никто не приглашал.

Немного успокоившись, поразмыслив и поняв, что зря так сильно захлопнула дверь перед подругой, Хильда решила выйти, чтобы извиниться и самой отговорить подругу от вступления в ряды медсестер. Девушка открывает дверь и выходит в небольшой коридор, заставленный коробками.

— Луиза, где ты? Луиза, я хочу поговорить, — никто не отвечает. По шуму воды в ванной стало понятно, что подруга находится так. Направляясь в сторону ванной, она мысленно пожелала себе удачи.

— Луиза, ты тут? — девушка хотела повернуть ручку, но дверь оказалась закрыта. — Луиза, пожалуйста, открой дверь. Ты знаешь, как мне сейчас нелегко. Да, я всем и всегда твердила, что не выйду замуж за парня, у которого ничего нет. Да, я соврала сама себе. Но я ведь не думала, что мои чувства возьмут надо мной вверх… Луиза! — за дверью послышались шаги. На пороге вся в слезах встала Луиза, и было видно, что слова подруги ее задели.

— Хильда, ты просто дура! Ты его любишь и не готова рисковать ради того, чтобы быть рядом с ним?

— Я что-то могу изменить?

— Ты можешь помогать солдатам. А он солдат. Может и увидитесь там.

— Луиза, но ведь меня это не интересует. Да и я не хотела бы ввязываться в эту войну. С чего ты решила туда пойти?

— Ну… — девушка задумалась. — Мне хочется перемен, а сейчас самое время для них.

— Если тебе хочется перемен, то подстригись или купи новое платье. Зачем так радикально? — Хильда прошла в гостиную, садясь на диван и смотря на то, как подруга ставит чайник.

— Ну, я хочу оставить хоть небольшой, но след в истории. К тому же, почему нет? Я не хочу, как ты, проработать в кафе официанткой всю жизнь, надеясь, что когда-нибудь к нам приедет богатый жених и заберет меня. Нет никаких потом, Хильда, завтра и ближайшего будущего. Есть только сейчас. И ты сама должна решить здесь и сейчас свою судьбу. Я уже решила. А ты? — Хильда взглянула на Луизу. Да, она права. Всю свою жизнь она только и делает, что ждет. И сейчас, когда ей выпал шанс хоть как-то повернуть судьбу в нужное русло и начать самой что-то делать, а не ждать, пока Тилике придёт с войны… нужно действовать Может он вообще не придёт.

— Ладно, ты права. Я согласна. Только ты же понимаешь, что…

— Не переживай, я все устрою, — Луиза радостно запрыгала по комнате. Хильда тяжело вздохнула. И почему перемены приходят тогда, когда ты их вообще не ждешь? Они вламываются в твою жизнь, не постучав в двери и не спросив разрешения. Но в этом и их прелесть.

***

Луиза и правда выполнила свои обещания. Квартира была продана в самые короткие сроки, а уволилась она из кафе с размахом, плюнув в лицо владельцу и сказав, что это за подругу. Они и вправду пошли учиться. В отличии от Луизы, которая прогуливала некоторые занятия, Хильде понравилось, и она глубоко погрузилась в учебу, наверстывая все, что упустила в подростковые годы. Она поглощает книгу за книгой, и не только по медицине, но и по философии, литературе, истории, и даже учебники по политике. Правда, последняя ей нравится меньше всего. Читает она их от скуки или потому, что пришлось это делать.

По окончанию учебы, она чувствует себя другим человеком. Да и Луиза подмечает, что она другая — более уверенная. Их посылают работать в Польшу. Хильда этому радуется, ведь она снова сможет увидеть Тилике.

========== Часть 5 ==========

Тилике не сказал бы, что первые бои были для него тяжелыми. Бойцы фронта продвигались семимильными шагами. Все в его команде действовали слажено, каждый знал свою работу. Конечно, между ними случались разногласия, но это была редкость и никогда ничем серьезным не заканчивалось.

Польша отличалась от Германии. Парень воспринимал ее как большую деревню. У него не было какой-то ненависти к местным, он был равнодушен, что его вполне устраивало. Солдаты общались с жителями польских деревень, были дружелюбны, несмотря на разрушения, которые собирались принести. Их принимали.

Многое можно было узнать, поговорив с поляками. Все они были разными: одни жители довольно хорошо и дружелюбно относились к ним, другие, завидев солдат на улице, сразу прятались, некоторые даже видеть людей в форме не желали, а если и встречали, то всем своим видом выражали недовольство. Но Тилике не сильно интересовался. Он был в какой-то своей вселенной. Постоянно оставался один, либо просто разговаривал с кем-то о боях и танках, либо мысленно возвращался к мирной жизни.

Он много думал о Хильде, о том, как она. Он писал ей письма, но ответа почему-то не получал. Может, она не получает письма из-за того, что все-таки переехала в Берлин, и теперь он не знает ее адреса? А может, потому что не хочет отвечать, так как нашла себе богатого любовника? Эти вопросы часто посещали голову парня, но ответа он на них не находил, поэтому просто отправлял их в дальние уголки сознания.

Они пробыли в Польше почти всю осень, но вскоре их командир получил известие о возвращении: их снова направляют в Берлин. Тилике надеялся, что, приехав туда, сможет понять причину молчания возлюбленной. Дорога оказывается не слишком длинной и не скучной. Они практически всё время едут в танке, напевая разные песни и чувствуя при этом дух сплочённости. Зловещая темнота по углам до поры никого не беспокоит.

Тилике всегда держит при себе таблетку первитина — им выдавали их перед боем. Когда Тилике впервые увидел и попробовал их, он был удивлен эффекту. В случае ночных операций, первитин давал дополнительную энергию, возможность не спать и не чувствовать усталости. А если еще и кофе добавить, можно продержаться на ногах два, а то и три дня. Правда и побочные действия имелись: головные боли, потеря реальности, будто находишься под водой, когда все твои чувства обостряются. Ты способен реагировать на мельчайшие детали, слышать в разы лучше, чем в обычном состоянии. И это пугает.