Страница 7 из 22
Тяжел был подъем к главным вратам столицы Гномьего Государства, но преодолевшего его ждало поистине грандиозное зрелище. На километры вокруг простирался город Кадиф, рассеченный на сотни кварталов самой полноводной рекой континента Ал Варибой и ее многочисленными ответвлениями и протоками. Остроконечные башенки тысяч домов и мастерских, торговых лавочек и ремесленных цехов покрывали огромную территорию, как ороговевшие шипы — тело уродливого ящера василиска. В некоторых местах над городом возвышались ужасающие своим масштабом постройки: пустынные и разрушенные останки одного из городов гигантов сурово взирали они на своих приемников, не то благословляя, не то проклиная.
Богиня Земли Мафр, внезапно исчезнувшая после уничтожения Империи Гигантов своей матерью, всесильной богиней Эйнхасад, вновь объявилась пару веков назад, задавшись целью восстановить величие своего народа. Она, как и большинство богов, всегда неотрывно связывала себя с созданными ею разумными существами. Какое-то время она выступала покровительницей гномов на востоке, помогая тем выжить в условиях постоянной травли со стороны сначала орков, потом людей и эльфов. С помощью своей прародительницы, великой Карна Мафра, гномам удалось организовать настоящее королевство в широком устье бурной реки, несущей свои воды к холодному Северному Морю.
Но когда Эйнхасад, несмотря на все просьбы своих дочерей, к всеобщему изумлению, заявила о своем намерении покровительствовать людям — бездушным, порочным созданиям, Мафр, еще раз убедившись в своей бессильности перед своеволием Верховной Богини, оставила восточные земли и направила свой взор на запад, где после исчезновения гигантов гномы стали правящей на континенте расой.
Глубоко разочаровавшись в своей божественной природе, она перестала использовать свои способности, избрав жизнь обычного гнома, и Гран Каину пришлось долго разыскивать Богиню Земли по городам и селам южной части западного материка. Зная ее особую любовь к кузнечному делу и алхимии, он-таки за пару недель умудрился отыскать свою дочь в одном из промышленных районов Кадифа, столицы Периоса, Империи Гномов, что пришла на смену Великому Периону гигантов.
Он понял, что его поиски увенчались успехом, когда, свернув в узенький переулок, оказался перед выделяющимся из общей архитектуры столицы зданием со стеклянной купольной крышей. Над парадной дверью висели механические часы. Присмотревшись, он понял, что эти показывали не только время, но были также снабжены еще кучей разнообразных приборов и механизмов, о назначении которых он мог только догадываться.
Он мог бы обратиться в одного из снующих по узким улочкам посыльных или торговцев и спокойно пройти в незапертую деревянную дверь, за которой раздавались десятки голосов, но, несмотря на всю срочность, все же не пожелал менять образ, с которым за долгие столетия сросся, как с собственным духом. В человеческом обличии он вызвал бы массу вопросов в городе, населенном исключительно коротышками-гномами, и ему пришлось дождаться темной ночи, чтобы, не привлекая лишнего внимания и убедившись, что все посетители разошлись, постучать в украшенную необычным резным узором деревянную дверь, проигнорировав висящий сбоку от двери медный колокольчик.
Дверь открыла невысокая худощавая гномка в свободных штанах и потертом кожаном жилете. У гномки отсутствовали обе руки — на их место были прилажены изящные механические протезы с выгравированными на их металлической поверхности древними символами, которые бледно мерцали в темноте уже знакомым Гран Каину изумрудным светом. На ломаной смеси слов он попытался объяснить цель своего позднего визита, но гномка, изобразив искреннее изумление на круглом смуглом лице, внезапно захлопнула дверь перед самым его носом.
— Хм, — Гран Каин подождал немного, после занес уже было кулак, чтобы постучать еще раз, но дверь вдруг снова открылась, и все та же хрупкая гномка жестом механической ладони пригласила человека в длинном черном плаще следовать за ней.
Миновав находившуюся за дверью мастерскую, они прошли в очередную резную дверь и не спеша начали спускаться по крутой винтовой лестнице. Оказавший на нижнем этаже, Гран Каин осмотрелся: они находились в огромном зале подземной лаборатории; над головами, украшенный бледными точками сотен звезд, высился стеклянный купол, а прямо под ним по всему периметру помещения на высоте нескольких метров располагалась весьма обширная библиотека. К фолиантам в старинных и современных переплетах вели несколько узеньких приставных лестниц.
Мафр сидела в самом центре зала на невысоком деревянном табурете и в невероятно-длинную зрительную трубу рассматривала что-то в одной из приоткрытых секций полукруглого прозрачного купола. Проследив за ее взглядом, Гран Каин заметил, что одна из звезд — та, что ярче остальных — словно бы едва заметно перемещается меж своих перемигивающихся сестер.
— Это комета. Она приближается. Наблюдаю за ней уже месяц, — не отрываясь от своего занятия, произнесла Мафр.
Гран Каин перевел взгляд на дочь, которую не видел уже несколько сотен лет.
— Как только она появилась на небе, я сразу поняла, что случилось нечто непоправимое, — продолжила Богиня Земли. — Потом узнала про распад вашей Империи. А теперь и ты здесь… — повернув какой-то рычажок на корпусе трубы, Мафр невозмутимо продолжила свои наблюдения.
— Случайное совпадение, — Гран Каин равнодушно пожал плечами. — Звезды бездушны — они просто летят в космическом пространстве туда, куда их направила энергия первичного раскола.
— Случайное совпадение?! — Мафр оторвалась от окуляра и наконец-то подняла глаза на отца. — Ничто не случайно! — ее звонкий голосок звучал возмущенно. — Думаешь, нет высшего промысла, кроме твоего?
Гран Каин вновь невинно пожал плечами, после чего ответил:
— Я могу в секунду уничтожить этот летящий обломок, или изменить его ход. Я и есть высший промысел. А ты за века жизни среди смертных стала чересчур похожа на них: суеверная и мнительная.
— Кто-то создал и вас с Эйнхасад, — самоуверенно отозвалась Мафр, вставая с табурета. — И этот кто-то, судя по всему, не сильно-то пекся о дальнейшей судьбе вверенной вам нескончаемой энергии.
Она с самодовольным видом поправила сползшие с макушки на лоб огроменные очки, а Гран Каин, напротив, нахмурился.
— Но я же права? — упершись ладонями в бока, продолжила Мафр. — Что-то действительно случилось? Что-то настолько серьезное, что привело тебя сюда. Сомневаюсь, что ты просто пришел меня проведать: семь веков я не получала никаких вестей ни от тебя, ни даже от сестры.
— Эва весьма и весьма близко к сердцу приняла твою утрату… — начал было Гран Каин свои оправдания, но Мафр не дала ему договорить.
— О да! — ехидно вскричала она. — Сердобольная трусиха! — от злости ее тело напряглось, ладони сжались в кулаки. Четыре пружинящих шажка — и она оказалась рядом с отцом. — Когда я призывала Эйнхасад к возмездию за то непоправимое, чудовищное зло, что она совершила, кто из вас поддержал меня? — задрав вверх головку, она гневно уставилась на него своими большими глазами цвета перезрелой вишни.
— Паагрио, — невозмутимо ответил тот. Но его ответ, кажется, еще сильнее вывел Мафр из себя.