Билбэт

– Эй, мужик, вали отсюда! – выкрикнул один из подростков, которые уже окружили лавку полукругом. Незнакомец посмотрел на кусты позади лавки, затем на окна подъезда, в которых уже торчали пять или шесть любопытных жителей и только после этого перевёл взгляд на говорившего.

– Конечно, – примирительно сказал он после секундной паузы. – Дашь пройти? – с невозмутимым спокойствием спросил он, как будто перед ним была очередь на остановке, загораживавшая вход в магазин. Раздражение на лицах юнцов сменилось издёвкой и пренебрежением.

Позже Богдан вспоминал, что в тот момент он ни о чём не думал и просто смотрел в спину незнакомца, который засунул руки в карманы и направился в образовавшийся проход. Когда он проходил мимо первого парня, который предложил ему «проваливать», тот вдруг охнул и рухнул на асфальт, как подкошенный. За ним последовали ещё трое. Они стояли так близко друг к другу, что не успели понять, что происходит. Богдан тоже не сразу увидел, что стало причиной их падения. Его взгляд был прикован к небрежно засунутым в карманы рукам мужчины, а на ноги он не обратил внимания – вроде бы тот шёл, как обычно, только немного вразвалочку. Но тут перед ним оказался долговязый дылда с палкой. По кривой усмешке было видно, что парень понял, в чём дело, и был готов дать отпор. Даже больше!

– Ах ты сука! – выкрикнул он и замахнулся, чтобы изо всех сил ударить мужчину по голове. Всё, что произошло дальше, выглядело со стороны, как общение двух старых знакомых, один из которых был немного навеселе, а другой пытался удержать его на ногах, чтобы довести до дома. Богдан видел это так: незнакомец сделал шаг навстречу замахнувшемуся на него подростку, положил руку на плечо, приобнял немного, потом похлопал рукой по другому плечу, как бы успокаивая. Парень так и не сумел завершить удар. Кулак всё ещё сжимал палку, но она была бесполезна, так как он уже практически «обнимался» со своим противником. Вторая рука тоже ничего не могла сделать, потому что, опять же, расстояние было слишком маленьким и мужчина придерживал её, похлопывая ладонью по предплечью.

– Ну, ну, не горячись, – уговаривал он верзилу, как маленького ребёнка. – Не надо шалить, это опасно. Посиди тут немножко, – под взглядами изумлённых товарищей незнакомец посадил его на лавку и повернулся к оставшимся. Их было человек семь-восемь. – Расходитесь, – дружелюбно сказал он и улыбнулся. – Желательно подальше.

Однако ребята, видимо, попались непростые. Несколько старших подростков подняли руки к подбородку и стали в бойцовскую стойку. Пару бросились на обидчика, но ни один так и не добежал до странного незнакомца. Где-то за полметра до него они вдруг налетали на невидимую преграду и, согнувшись пополам, отлетали назад. И вот тут Богдан впервые увидел, как его защитник вытащил руки из карманов. Он как-то странно вытянул их вперёд, как будто был слепым и хотел на ощупь найти перед собой опору или преграду. По крайней мере, так это выглядело со стороны.

– Иди сюда, Брюс Ли хренов! – выкрикнул один из взрослых ребят. – Давай, давай! – они подпрыгивали на месте, изображая уклоны и удары руками, но на незнакомца это не произвело никакого впечатления. Он спокойно стоял, вытянув руки вперёд и ждал. Богдану со спины показалось, что первый нападавший сейчас снесёт его боковым ударом, но руки боксёра как-то странно запутались в вытянутых руках мужчины и через мгновение оказались вывернутыми. Парень закричал, сделал сальто и упал спиной на асфальт. Следующие оказались осторожнее и стали приближаться к незнакомцу сразу с двух сторон. И вот теперь Богдан уже заметил два удара чуть выше колена, которые, как косой, скосили сначала одного, а затем другого верзилу.

Был прекрасный майский день, белые цветы на кустах источали невероятно приятный аромат, солнце ласково светило в безоблачном небе, прорываясь сквозь листву тополей и кустов яркими пятнами, но эта идиллия среди старых пятиэтажек не могла быть полной без реакции его жителей, которые, досмотрев до конца очередную драку у себя под домом, решили вставить своё веское слово «справедливого арбитра».

– Что ж ты детей бьёшь, зверь ты этакий! – прозвучал визгливый голос с балкона третьего этажа, где за развешанным на проволоке бельём пряталась грузная фигура обитательницы этой «хрущёвки».

– Мужик, эй! Ну-ка вали отсюда! – это уже вставил своё веское слово небритый обладатель старой майки и пивного брюшка, торчавшего из приоткрытого окна, как надувной шарик. Он громко сытно рыгнул и махнул рукой, чуть не выпав наружу.

– Ты смотри, не слышишь, что ли? – присоединился к ним хриплый, прокуренный голос ещё одной жительницы. – Сейчас полицию вызову! Что ж это такое?

Однако незнакомец, видимо, хорошо знал нравы местных обитателей. Убедившись, что все нападавшие поспешили расползтись в разны стороны, он подошёл к Богдану.

– Ну что, идти можешь? – в уголках раскосых карих глаз притаилась улыбка. Получив утвердительный ответ, мужчина добавил: – Тогда пошли. А то могут тухлыми помидорами закидать. Тебя как зовут?

– Богдан… А как это? – всё ещё видя перед собой последние движения драки, спросил он. – Это же не бокс. Каратэ? Да?

– Да, каратэ. Ты тоже, смотрю, боксом занимался? Синяк там получил?

– Да, на соревнованиях. А вы можете показать ещё? У вас есть секция? Сегодня есть тренировка? – сыпал вопросами Богдан, находясь под впечатлением увиденного.

– Да, есть, но сегодня у меня дела. Надо навестить сестру. Давно не виделись. Ты где живёшь?

– На Пролетарке, тут недалеко. С той стороны, – он махнул в сторону проспекта.

– Хм-м, мне тоже туда. Пошли тогда вместе, раз пока по дороге.

– А как вас зовут?

– Олег. Э-э… Олег Дохсунович.

– Ой! – Богдан остановился, услышав имя своего нового знакомого. – Правда? А я Богдан Байдошин. Вы не к нам идёте?

Теперь наступила очередь незнакомца удивляться.

– Вот это да! Чудеса прямо, – он хлопнул себя по ладони и рассмеялся. Дальше разговор уже пошёл более оживлённо. До дома они шли чуть дольше, чем обычно, зато Богдан узнал, что его дядя занимается каратэ уже много лет, путешествовал по разным городам и странам, учился у разных мастеров. В Москве начинал заниматься каратэ в школе Сэнэ у Тадэуша Касьянова после их разделения со Штурминым, потом решил, что достиг многого, и поехал на Тибет, был в Китае и Корее, изучал многие стили, работу с палками, нунчаками, копьями и мечами, и только там понял, что ещё находится только в начале пути. В Лос-Анжелесе повезло попасть в группу к Дэниэля Иносанто, ученика Брюса Ли.

– Я видел его в кино! – радостно воскликнул Богдан.

– Да, Брюс Ли снимался. Но ещё он создал стиль «Джит Кун-до». Переводится как «Путь опережающего кулака». Но на Востоке так не говорят. Там стиль называется в честь создателя. Брюса Ли звали Ли Чжэньфань. И стиль Джит Кун-До там называют Чжэньфань-фу.

– Ух ты! Как вы всё это запомнили?

– Я живу этим. А когда тебе что-то нравится, ты запоминаешь всё, что видишь или читаешь, поверь мне.

– Зачем вы уехали в Китай? Там правда всё знают лучше?

– О-о! – дядя завёл глаза вверх вздохнул. – Это разговор на всю жизнь. Вкратце, так: я был молод, а мои учителя говорили разные вещи. Одни считали, что настоящий мужчина должен уметь защищаться. Другие говорили, что любые единоборства – это насилие и убийство.

– Убийство?! – воскликнул Богдан от неожиданности. – Даже бокс?

– Да, именно так. Вот видишь, ты тоже удивляешься. Представь, каково было мне. Вот я и решил сам во всём разобраться. Мне повезло. Один большой мастер дал очень важный совет – найди себя. Найди, кому ты нужен. На новом месте ты никогда никому не нужен. Это – закон. Ты всегда один. Как зерно в почве. Можешь попасть на камень, можешь в глину, в воду или в горячий песок в пустыне. Условия разные, а ты всегда один. И везде надо выжить. Зерну нужна вода, чтобы прорасти. Эту влагу надо где-то взять. А её нет. Значит, надо отобрать у других, правильно? Тогда другие зёрна погибнут. Так и с человеком. Приезжаешь и думаешь, что все сразу кинутся помогать и делиться знаниями. Как бы не так! Они эти знания пять тысяч лет копили, чтобы выжить. Столько врагов было, столько войн, и тут они тебе раз и на тарелочке всё выложат. Да? Нет, такого не бывает. Нигде.