Билбэт

– Ты что? – потрепал его по коленке отец, слегка приподняв брови.

– Что? – вздрогнул он. – Слушай, а ты не читал такую книгу Джучи… 1216, кажется?

– Джучи? – ещё больше удивившись, переспросил отец и посмотрел на мать. Та только пожала плечами. – Нет, честно говоря, даже не слышал. О чём это?

– Да тут мужчина сидел, у него была. Старая такая. Все страницы ветром сдуло. В окно. Он встал и ушёл. Я только название успел увидеть, – Богдан снова задумался и отвёл взгляд в сторону. Родители заулыбались.

– Наверное, тебе показалось. Душно очень. В такую жару возможны галлюцинации, – с улыбкой добавила мама. – Дома в Интернете посмотришь. Там точно найдёшь. Сейчас связи нет, а то мы бы на телефоне посмотрели.

– А что такое Билбэт? Знакомое слово, – как будто не слыша её, спросил Богдан.

– Странно… Билбэт – это чужой, незнакомый человек. Наверное, скорее, просто незнакомец, потому что чужой звучит как-то не так, с негативным оттенком. А Билбэт – это не свой, другой.

– А Бэргэн? – не унимался Богдан.

– Бэргэн – быстрый. Ты же сам знаешь. Это – имя, – снисходительно улыбаясь, ответил отец. – Дай запишу твою книгу, вдруг действительно есть такая. Дома посмотрим.

Всё остальное время до города они провели молча. Отец продолжал что-то читать, мама смотрела в окно, положив голову ему на плечо, а Богдан мечтал побыстрее добраться до компьютера, чтобы найти ответы на все свои вопросы. В голове постоянно крутились два слова – «Бэргэн» и «Билбэт». Почему Бэргэн? Почему быстрый? Где-то это уже было. Кто-то говорил это слово. Нет, не имя, а слово.

Он чувствовал, что разгадка где-то близко, но никак не мог понять, где надо искать. Память отказывалась давать подсказки, и в таком «подвешенном» состоянии он пребывал до самого вокзала. Их встретили четыре белых полуколонны у входа и мозаичный рисунок в центре главного зала, где он маленьким часто скакал по угловатым изгибам восточного орнамента, пока родители читали на лавке газеты в ожидании своей электрички.

Когда привычный шум привокзальных платформ остался позади, они сели в автобус и поехали домой. Автобус был старенький, с полукруглыми формами спереди и сзади, со старыми дверями в форме гармошки, которые натужно скрипели и заедали на каждой остановке, впуская и выпуская неторопливых пассажиров. Наблюдая за тем, как медленно ползут мимо них бордюрные камни и редкие деревья, Богдан подумал, что он быстрее мог бы добраться своим ходом, просто пешком. А если бы побежал, то уже давно был бы дома.