Страница 47 из 105
Мари недоверчиво улыбнулась, видно, решив, что он шутит.
— Вы только представьте, заходит в дом кто-то чужой, а ему навстречу выпрыгивает это… чудо.
Альфонс отстранился.
— Нет, кот должен быть котом, а не собакой!
— Ты ему это скажи, — Рой кивнул на вольер с альбиносом.
— Ксинкс, слышал? Ты кот, а не сторожевой пёс.
Бесёнок издал звук, отдалённо похожий на мяуканье.
— Ого, он и так умеет? — забыв про обиду, удивился Эдвард.
Мари ничего не ответила, но по её лицу было и так понятно: Ксинкс впервые не зашипел в ответ.
***
Малявки и Огненный заявились почти час после конца перерыва, когда Энви удалось уломать Фьюри на небольшую партию в «морской бой». Гомункулу как раз выпала очередь топить чужой корабль.
— Бэ-чет… то есть семь.
— Бэ-четыре мимо! — радостно выпалил Фьюри.
— Ч-чёрт. У меня мысль сби…
Его слова заглушил грохот стула. В поле зрения появился Эдвард.
— Во что играете?
Энви оглянулся, далеко ли Огненный со вторым ребёнком, и чертыхнулся второй раз за минуту: полковник стоял прямо за спиной. Из-за мелкой шумной язвы он и не расслышал, когда Мустанг подошёл.
— С возвращением, — учтиво улыбнулся Энви. Зацепившись взглядом за красные полосы на кисти Огненного, гомункул изменился в лице. — Это что, прошу прощения, такое?
От разговора его отвлёк Эдвард. Мелкий нахал потянул из-под руки лист, пёстрый от жирных точек, и тут же над самым ухом раздался полный любопытства голос:
— Это крестики-нолики такие? А где тогда нолики?
Энви провёл рукой по лицу. Ему одновременно хотелось дать мальчишке подзатыльник и расхохотаться в голос.
— Здесь нет ноликов, — Отец свидетель, он сумел сказать это ровным голосом. — А крестики — это раненый корабль.
— Какой ещё корабль? Я не вижу, — мелкий вертел бумажку и так, и эдак, хмуря светлые брови. Энви забрал у него лист, пока Фьюри не разглядел расположение кораблей.
— Клеточки и есть корабли, — пояснил механик, предусмотрительно прикрывая свою бумажку рукой.
— А-а-а. Фьюри, а я его корабли видел, — громким шёпотом сообщил Эдвард, приложив руку ко рту.
Энви сделал страшное лицо и вытянул руки, подражая живым мертвецам. Оба ребёнка даже не вздрогнули.
И тут чутьё гомункула сделало стойку. Дети были слишком храбрыми для своего возраста. Слишком умными. Слишком… заинтересованными в алхимии. Какие дети в десять лет будут корпеть за книгами, которые даже для взрослых выглядят, как шифр хорошей сложности? Только те, для которых алхимия — это спасение. Они хотели преступить запрет, только Энви пока не совсем понял, какой из трёх.
Всё-таки он привёл в Централ правильных людей.
На этот раз Энви ничем себя не выдал. Он скрыл торжество за напускным раздражением, бормоча, что никак не может найти чёртов лист.
— Да не ищи, твой возьмём, — Эдвард перевернул его лист чистой стороной вверх. — Я помню, на чём мы остановились.
Механик торопливо убрался за свой стол. Огненный тоже. Со стороны казалось, что оба погрузились в работу, но Мустанг сел так, чтобы держать Эрлая в поле зрения.
Эдварда такие мелочи не волновали. Он увлечённо строчил, и Энви уже заранее жалел свои глаза, которым придётся разбирать этот почерк.
Мальчишка подвинул к нему лист. Энви прищурился.
«Что со сказками?» — с трудом прочитал он.
Покосившись на Огненного, гомункул в притворной задумчивости покрутил в пальцах карандаш.
«Их нельзя доставать при свете солнца, рассыпятся в пепел. Есть два безопасных места, где ты можешь их забрать».
Мальчишка от возбуждения болтал ногами. Он уже пару раз заехал гомункулу по икре. Энви морщился, но молчал. Такому говори — не говори, всё равно не перестанет.
«Так какие?» — неровные буквы выражали нетерпение юного алхимика.
«Есть скачки, там участвует метис, предположительно созданный алхимией. Есть театр, постановка иллюзионистов и обычная. Выбирай».
Задумавшись над листом, мальчишка покусывал конец карандаша. Его глаза метались от одной строчки к другой.
Энви следил за ним из-под полуприкрытых век, откинувшись на стуле с видом человека, который не особо заинтересован в происходящем, но сам не мог оторвать глаз от карандаша. Мальчишка уже дважды зачеркнул ответ. Энви было решительно плевать, что он выберет, лишь бы не затягивал, но Эдвард подошёл к вопросу со всей серьёзностью.
Локоть кольнул край листа. Гомункул опустил взгляд на бумагу.
Эдвард выбрал скачки.
На столе Огненного зазвонил телефон. От неожиданности мальчишка махнул рукой, и лист соскользнул со стола. Энви поймал его в полёте, с хрустом сжал в руке и только поймав удивлённый взгляд Эдварда понял, что для человека его движение было неестественно быстрым.
— Ты как так?..
— Навык, — шёпотом ответил Энви, пожав плечами.
Прижав к уху трубку, полковник разглядывал стену над головой Энви. Огненный почти не изменился в лице, только его плечи напряглись, а в глазах проявилась жёсткость. Энви уже видел у него такой взгляд. В Ишваре, когда из обычного человека со своими заботами и переживаниями он за секунды перевоплощался в комок живого пламени.
Огненный поднялся пружинистым движением хищника, на ходу выхватывая из кармана перчатки. Он едва заметно мотнул головой в сторону Хоукай, и снайпер подошла к нему.
— Эй, мы ж пришли только! — возмутился Эдвард, тоже выскакивая из-за стола.
У младшего хватило ума не лезть поперёк военных, но выглядел он перепуганным и едва держался, чтобы не сорваться следом за братом.
Огненный мельком глянул на старшего.
— Посиди здесь.
Его жёсткий тон мальчишку только распалил. Он выскочил перед Огненным, вытянулся как мог, чтобы казаться выше.
Энви наблюдал за ними с бесстрастным выражением лица. Он уже давно отшвырнул бы мелочь в сторону. Мустанг только отодвинул Эдварда рукой.
— Я помочь мо…
— Не можешь.
Мальчишка вздрогнул и закусил губу, отведя взгляд.
Огненный натянул перчатки резким и отточенным движением. На белой ткани мелькнула фигурка саламандры.
Энви обдало мурашками. От Огненного несло опасностью, а перечно-острый запах дыма от сигарет Хавока дополнял иллюзию, что они все вместе находятся на поле боя.
Эдвард оглянулся на брата, перевёл взгляд на Огненного.
— Ты же… ты же вернёшься? — мальчишка пытался скрыть дрожь в голосе, но Энви расслышал в нём ноты отчаяния.
На миг взгляд Огненного смягчился. Едва он коснулся плеча мальчишки, Эдвард вцепился ему в запястье. Постояв так секунд с десять, Мустанг убрал руку и отвернулся от ребёнка.
Глаза военного полыхнули тёмным пламенем. Кто бы ни оказался причиной нынешней отлучки Огненного, он стал редким кадром, которому Энви точно не завидовал.
Уже у двери Рой оглянулся на Хавока. Курилка кивнул с таким видом, будто всё понял. Сдвинув брови к переносице, Энви ожесточённо потёр лоб. Смысл их безмолвного разговора оставался за рамками его понимания.
Дверь за двумя военными закрылась со звуком, отдалённо похожим на прерывистый плач. Эдвард так и стоял посреди кабинета, таращась на деревянную панель.
— Не переживай, — посреди всеобщей тишины высказался Хавок. — Он, всё-таки, не абы кто.
Эдвард глянул на пустое место за столом Огненного. Он вдруг приблизился к столу и тихо вздохнул, поправляя стопку документов, которая была слишком близко к краю.
— Да. Не абы кто.
========== Глава 21 ==========
В окнах служебного внедорожника мелькали едва различимые силуэты домов. Риза вела машину на такой скорости, что она буквально летела над дорогой, срезая путь везде, где можно было проехать.
Рой поймал свое отражение в зеркале заднего вида и невольно покосился на боковое стекло. Конечно, никто за ними не бежал. Эдвард при всём желании не смог бы их догнать.
За окном пронеслась канцелярия в окружении военных машин. Риза нажала на тормоз, и колёса завизжали об асфальт, вычерчивая на нём черные полосы.