Страница 64 из 92
Дело за мной, загвоздка лишь в одном: открывать черный портал мне пока не приходилось. Что ж, буду придерживаться аналогии оживления Семени Древа на Острове Мертвецов. Пусть и куцее, описание умения говорит весьма однозначно: для активации портала необходима разумная жертва. Кровь должна нам открыть дорогу. Снова. Эта мысль заставляет искривить губы в мрачноватой усмешке. Как бы Алану Темному не пришлось в конце концов поменять имя на Алана Кровавого, чтобы соответствовать своему первожрецу.
Островок для жертвоприношения, кстати, Тарп выбрал довольно удобный. Всего в трех сотнях метров от острова Храма Горэла, к тому же — “привязанный” к нему. На Архипелаге плетяги (особое растение с развитой корневой системой) — явление весьма нередкое. Частенько разрастается так, что умудряется связывать между собой древесными “канатами”, по прочности не уступающими металлу, целые грозди соседних островов. Именно так дело обстояло вокруг Храма Горэла, Тарп не просто так сюда стремился, и именно поэтому корабль в Бурю довольно легко добрался до невидимого в темноте островка-соседа — ветер просто не в силах был его “угнать”, как сотни других, не привязанных.
Ладно, в задницу сомнения и колебания. Что будет, то и будет.
С легкий звоном Пламень сорвался из закрепа со спины, прыгнул рукояткой в ладонь. Шатун лежал на боку, пришлось пинком перевернуть его на спину. Лезвие на голой силе, без магии, вонзилось в бугристую грудь, почти без сопротивления погружаясь на треть. Чувствую, что чуть пережму, и проткну насквозь. Совсем недавно плоть этих созданий при ударе воспринималась как неподатливая и твердая, как пересушенная узловая древесина, а отдача рвала оружие из рук. Сейчас же руки буквально распирает силой усвоенных статов. Пожиратель никак не отреагировал, словно уже был мертв. Оставив меч в теле, я кинжалом чиркнул по своей левой ладони, дал каплям крови упасть.
И наконец активировал умение портала.
Черная дымка вырвалась из раны пленника, закрутилась мини-смерчем вокруг клинка, буквально сдирая плоть слой за слоем и впитывая получившееся “варево” в себя. Рана быстро расширялась, поглощая торс — пришлось подхватить меч, не дожидаясь, пока он свалится на землю. Закончив с торсом, смерч за пару биений сердца сожрал конечности пленника, оставив от него на стылой траве лишь ошейник-артефакт. В воздухе набух черный быстро растущий шар, и через несколько секунд развернулся в арку черного портала — овал двухметровой высоты и метровой ширины.
— Разведка, вперед! — тут же скомандовал Мэйх Остроухий, не желая терять ни секунды.
Все оговорено заранее — без оценки ситуации нельзя перебрасывать отряд на Древо. Если сразу столкнемся с превосходящими силами противника, то операция обречена на провал, а воины — на бессмысленную гибель. К тому же рейдовый чат на Древе действовать не будет, если понадобится помощь, то мы об этом не узнаем.
Поэтому первыми в портал ныряют два воина-гхэлла из запаса, бесследно исчезая в черной мембране. Ждем молча, никто не произносит ни слова, чтобы не отвлекаться. Счет идет на секунды. Пропускная способность портала — 25 суров, но в основной рейд пойдут лишь двадцать, пять мест запасные: для разведчиков, или, если понадобится, для экстренной помощи с нашей стороны. Мы с Тарпом договорились не лезть на Древо без острой нужды, но всякое может случиться.
Мембрана портала всплеснула, словно поверхность пруда, из нее с недовольным рычанием выскочил первый разведчик:
— Пусто! Все стручки разорены, ни пожирателей, ни Семян!
Бросив рядом на землю алебарду, воин сорвал с пояса флягу с зельем здоровья и жадно приложился к горлышку. Его не было всего десять секунд, но и десять процентов здоровья, энергии и тонус в минус — весьма неприятное состояние. Не говоря уже о том, что Аура Смертного Истощения будет жрать его еще 30 секунд. Дальше в рейде он не участвует. Я в очередной раз остро пожалел, что нет ни одной дриады под рукой. Жаль, что, когда я покидал Цитадель, процесс возрождения не закончился и барда Михонариума прихватить не удалось. Да и время нужно, чтобы игрок пришел в себя…
Надо будет потом с Тарпом серьезно поговорить на эту тему. Одним рейдом нам, скорее всего, не обойтись. Если придется — то и поругаюсь, настаивая на своём. Но такая спешка не обоснована, как бы там ни казалось Старому, что всё плохо и каждая секунда на счету из-за Бури. Что-то он явно недоговаривает, и мне хотелось бы узнать — что именно. Душу вытрясу из Старого, но узнаю. Не только его будущее поставлено на карту. Да и ответственности на мне за своих суров не меньше, чем на нем — за гхэллов локации. Но ругаться перед строем, теряя уважение подчиненных — последнее дело, вот и приходилось лишь молча скрипеть зубами.
— Где второй? — обеспокоенно рыкнул Мэйх.
— Решил пробежаться чуть дальше! — гхэлла-разведчика ноги явно не держали, он плюхнулся задом на землю и шумно выдохнул: — Я ему кричал, что не стоит, там и по первому осмотру видно, что ловить нечего! Не послушал!
— Проклятье! — помрачнев, проворчал Тарп Старый. — Сколько не вдалбливай об осторожности, всё равно не обходится без инициативного дурня. Причем, как правило, происходит это в неподходящий момент!
— Уж свезло, так свезло, — досадливо оскалил зубы Мэйх Остроухий.
— Уг-ху, нарваться в первый же заход на ветку, с которой пожиратели отправились в рейд, прихватив все созревшие Семена — надо постараться, — согласно добавил Корх Меткач, одной рукой нервно размахивая алебардой, а второй придерживая тяжеленный арбалет на плече.
И все трое — Тарп, Корх и Мэйх, неодобрительно уставились на меня.
Крайнего нашли?
— Ждем разведчика и открываем следующий портал, — не поддавшись на провокацию, распорядился я. В этот момент иконка не вернувшегося воина-разведчика сперва резко покраснела, а затем накрылась значком черепа.
— В сторону! — рявкнув, я без промедления ударил “Копьем пламени”.
Жарко вспыхнувший на три метра от земли факел огня расплескал портал словно чернильную кляксу, прервав сообщение с той стороной. Свет пламени разогнал сумрак вокруг и высветил напряженные морды гхэллов, взявших в ощетинившееся алебардами кольцо площадку, где находился портал. Чего не отнять у “когтей” — так это дисциплины и решительности. Действовали слаженно, молча, без лишних приказов.
— Разведчику не повезло, но операция не закончилась, — оглядывая воинов и командиров, жестоким тоном бросил я. — Окончательно он не погиб, его имя теперь в моем Списке Мертвых. Чего ждем? Тащите второго пленника, живо!