Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 60 из 92

— Ты сумел найти бойцов, которые уже побывали на Древе в прошлый раз? — я встряхнул головой, прогоняя бесплодные мысли.

— Половина рейда — именно такие бойцы, — подтвердил древний гхэлл. — Остальные на их опыте проинструктированы, что делать и чего ждать на Древе. Сам знаешь, место предельно опасное, а ситуация как раз из тех, когда инструктаж лишним не будет. Аура Смертного Истощения срезает по проценту нашей жизни в секунду, причем усиливает защитников Древа, так что не стоит терять время на их убийство, достаточно сдерживания.

— Тридцать секунд, — я задумчиво кивнул. — Больше не стоит. Заходим, берем Семена, уходим. Сколько получится, столько получится. Главное, как можно меньше риска, бойцов и так потеряно сверх всякой меры.

— Верно говоришь. Аура Истощения действует еще тридцать секунд уже после того, как покинуть зону ее влияния. Поэтому если задержимся хоть на мгновение дольше, чем следует — свалимся в кому.

— За благословение Горэла благодарю. Может пригодиться.

— Только в крайнем случае, — покачал косматой головой гхэлл. — Самом крайнем. Территория Древа Смерти не подвластна ни Горэлу-воину, ни Йеноху-охотнику. Никто из нас даже не знает — сработает ли. А если сработает, то каким образом. Владыка очень силен, и там, в зоне его власти, Горэл может просто надорваться.

— Ясно, — я с сожалением вздохнул. — В крайнем, так в крайнем.

— Впрочем, для тебя это благословение — лишь на всякий случай. Ты в портал не идешь, — голос гхэлла ощутимо отяжелел, как бы пресекая любые возражения с моей стороны заранее. — И я не иду. Мы важнее простых бойцов, без нас всё развалится, так что никакого лишнего и неоправданного риска. Да и как они попадут в Список, если ты сам погибнешь? Достаточно того, что ты сможешь установить черный портал, большего от тебя сейчас не требуется.

Я нахмурился, обдумывая его заявление.

— С одной стороны, склонен согласиться, особенно с учетом Метки Смерти, никак не могу от нее избавиться. Она как маяк для Владыки Смерти, стоит появится на Древе — и наверняка привлеку ненужное нам внимание. С другой — я сейчас сильнее любого “когтя”. А Древо и в самом деле место опасное: что, если как раз моей силы не хватит добыть эти клятые Семена? А без них всё бессмысленно.

— Ну так и попытка будет не единственной, — резонно напомнил Тарп Старый. — Не выйдет в первый раз, попробуем во второй. Столько, сколько надо. Жертв для активации нам хватит, а не хватит — добудем новых. Ночью легче всего зачищать пожирателей на островах, они в это время едва шевелятся. Слишком холодно для этих тварей.

Это он верно заметил. Я ведь когда в то утро рыскал по Черепу Властелина, то пожиратели тоже заторможенными показались.

— Тогда вот что. Нет меня — нет маяка. А раз для парней запасного варианта отхода не будет, то сразу после перехода стоит оставить хотя бы двоих для охраны самого портала. Чтобы было куда вернуться.

— Оставлю трех, — согласно рыкнул гхэлл. — Это важнее, чем ты думаешь. Смерть на Древе — худшая смерть из возможных, точка возрождения будет переписана, а игрок возродится уже пожирателем, пусть и рангом повыше, чем обычная бойцы, но вряд ли ему от этого легче станет.

— Ревуны? Так они и появляются? Есть факты, это подтверждающие?

— За мою долгую жизнь мне приходилось сталкиваться в бою с теми, кто когда-то был мне знаком. И даже с теми, кто был близок. Воины, увы, пропадают нередко. Пожиратели убивают далеко не всех, часто берут в плен. Вот с ними и случается худшее. Прошлого перерожденцы не помнят, для нас они потеряны навсегда. Даже Остров Мертвецов, как выяснилось, был не самой глухой задницей, раз сумели вернуть воинов в Колыбель.

Дверь каюты вдруг с треском распахнулась от сильного удара. Неверный свет магического светильника упал на возникший в проеме силуэт, скрадывая очертания. Но главное я увидел и сердце взволнованно забилось в груди: из пышной черной шевелюры гостьи торчали острые рога, вокруг лодыжек гибко извивался хвост, а её глаза горели красным внутренним огнем.

— Не помешала, повелитель? — насмешливым тоном поинтересовалась Марана, причем сказала она это голосом Юлианны.