Страница 40 из 63
Второй оргазм к ней пришёл быстрее, так же прижав её ко мне с теми же дрожью и громкими стонами. Я не спешил выходить из неё и лишь замедлился. Сам, впрочем, был уже близок.
— Ты детей хочешь, или мне вынимать? — скороговоркой прохрипел я девушке в ухо, в ответ на что получил очень болезненный щипок в плечо. — Понял, не дурак!
…..
— Затрахал, — потягиваясь, пробормотала девушка. — Зверюга дикая. Псина безбожная.
Хихикнув, она ткнулась носом мне в грудь и обняла меня за талию. Я машинально гладил её по голове, утопая пальцами в шелковистых волосах. В другой руке держал сигарету, которую как-то отрешённо курил. Взгляд бродил вокруг, ни за что не цепляясь. Да, мы, отдышавшись и приведя себя в порядок, снова продолжили. Благо, успешная эякуляция перед этим уже не грозила. Кстати, никогда не интересовался, как долго после этого сохраняется риск заделать нового человека, если вернуться к приятному процессу. Презервативы у меня были — Лис перед банкетом выдал две штуки, заклиная использовать только в случае уверенности в своих возможностях. Ну а что поделать, вещь очень дефицитная по нынешним временам. Производств в окрестностях нет, а довоенные запасы не бесконечны.
— А узна́ю, — сказал он мне тогда, — что пытался надеть и по пьяной лавочке облажался, получишь прикладом по жопе!
Не знаю уж, как бы он это узнал. Сомневаюсь, что наутро стал бы интересоваться у Киры, как у меня с ней прошла ночь. Но тут ведь главное предостеречь от опрометчивых поступков и дать стимул не накосячить. С чем командир успешно справился.
— Да и сам затрахался, — отогнав воспоминания, отозвался я, легонько дунув Кире в ушко, от чего она поёжилась и хихикнула. — И вообще, кто бы говорил.
Кира подняла голову и с очень довольной улыбкой — знай, мол, наших, — посмотрела на меня. Я показал ей язык и протянул сигарету. Кто-то скажет, что курить после полового акта, да ещё и одну на двоих, слишком по́шло. Ну а как по мне, времени прошло достаточно, чтобы это курение не считалось за курение после секса. Душ, одевание, неторопливый выход на улицу. Не засекал, но по ощущениям это было долго. Вот так-то!
— Ты ведь от меня никуда не исчезнешь? — с шутливыми капризными нотками в голосе внезапно спросила девушка, обняв меня крепче.
Я склонился к ней, коротко чмокнул в кончик носа и ответил максимально серьёзно:
— Разве что погибну при исполнении.
Кира с довольным выражением лица кивнула и, погладив меня по щеке, полувопросительно сказала:
— Значит, решил остаться.
Я, продолжая смотреть ей в глаза, кивнул в ответ и задал встречный вопрос:
— Могу ведь рассчитывать на что-то большее, чем просто физическая близость?
Она снова уткнулась лицом мне в грудь и, хихикнув, спросила:
— Это продолжение вопроса касательно детей?
Я издал какой-то булькающий звук, долженствовавший изобразить не вырвавшийся наружу смех, ответил:
— Может, в отдалённой перспективе.
Кира отникла от меня, отобрала почти закончившуюся сигарету и докурила. После этого снова прижалась, потёрлась мне щекой о грудь, поймала обеими ладонями мою и крепко сжала.
— Ну давай, — сказала она, — попробуем.
Я поцеловал её в макушку и приобнял, мягко прижимая к себе.
— Везде есть плюсы, — едва заметно покачивая Киру из стороны в сторону, пустился я в философствования. До войны так быстро мало у кого начиналось.
— Угу, — согласилась девушка. — Просрав всё, к чему шли тысячелетиями, люди всё равно стремятся к сохранению вида. Вот только в глобальном смысле надо ли это, раз всё так закончилось?
— Я тебе что, — хохотнув, ответил я на риторический, по большому счёту, вопрос, — Гегель или Демосфен, чтобы о глобальном мыслить.
— Диоген, бестолочь.
Как это «бестолочь» из её уст ласково прозвучало-то. И ведь я от алкоголя уже отошёл. Ну, насколько это было возможно.
— В смысле?
— Демосфен не философ, а оратор, — ткнув меня пальцем в бок, наставительным тоном произнесла она.
— Ну перепутал, — сказал я, возвращая Кире тычок. — Кстати, если уж на то пошло, был. Как и остальные упомянутые.
— Ой, не нагнетай. Пошли лучше спать.
Не дожидаясь ответа, она взяла меня за руку и, шагнув на тропинку, уводящую от беседки, потянула за собой. Быстро дошли до подъезда, так же, почти бегом, миновали пост дежурного. Краем глаза я заметил, что тот очень старательно прячет ехидную улыбку, так же косясь на нас. Мдя, будет же разговоров завтра. Ну да что естественно, то не безобразно. Для гордости, конечно, сомнительный повод, так что хвалиться не буду. Но очков уважения среди Стражей, как мне кажется, этой ночью я какое-то количество заработал.
Закрыв за собой дверь кубрика, мы разделись до белья. Затем я всё же стянул с Киры лифчик, одев её в свою футболку. Велика, ну и что. Девушки в мужских футболках смотрится уютно, по-домашнему. Этот довод я озвучил вслух. Кира согласилась и тут же улеглась на кровать спиной кверху, приглашающе хлопнув по простыне рядом с собой. Я подошёл и остановился.
— Ну чего ты там? — сонно пробормотала девушка.
— Так, одно дело, на пару минут буквально, — ответил я, уселся ей на ноги так, чтобы лишить возможности ими пошевелить, и положил ладони на ступни, начав угрожающе медленно водить кончиками пальцев по подушечкам.
Кира тут же поджала пальцы на ногах, с притворным возмущением фыркнула и, довольно поурчав, пробормотала:
— Грязный фетишист!
— Пять минут за поклёп! С тобой же вместе мылся, — отозвался я и приступил к делу. — Так что очень даже чистый!
Девушка очень вовремя уткнулась лицом в подушку. Перемешанный со стонами смех и довольные подвывания за дверью слышны быть не должны.
[1] ЗППП — заболевания, передающиеся половым путём.
Глава 21. Покой нам только снится
Утро красит нежным светом стены, шкаф, соседнюю кровать с разбросанными по ней деталями гардероба и рыжую шевелюру моей ненаглядной, лежащей у меня под боком и сладко посапывающей мне в плечо. Преисполненным нежностью взглядом полюбовался ставшими за одну ночь родными чертами лица и играющим в волосах солнцем и повернул голову, уставившись в потолок. Закономерно не найдя на нём ничего интересного, я откинул с себя одеяло, аккуратно, стараясь не разбудить Киру, поднялся, перелез через девушку и направился к шкафу. Достав из него резиновые армейского образца тапочки, штаны, футболку и умывальные принадлежности, оделся и вышел в коридор. Дежурный с новой смены окинул меня скучающим взглядом и вернулся к чтению довольно объёмистой книги, далеко не какой-то служебной, судя по цветастой обложке. Как хорошо, что в полиции суточные наряды заступают утром, а не как в армии — по вечерам. Подколки вчерашнего блюстителя порядка, который с ехидцей поглядывал на нашу парочку, когда мы с Кирой ночью шастали по этажу, слышать не хотелось бы.
Умывшись и приведя себя в порядок, я вернулся в кубрик, аккуратно сложил мыльно-рыльное на полочку и повесил омоновскую форму, тщательно её огладив, на вешалку. Полюбовавшись медалью, закрыл шкаф и подошёл к кровати. Усевшись, легонько поводил ногтями по высунувшейся из-под одеяла узкой стопе, на что Кира среагировала поджатием пальчиков и неразборчивым ворчанием сквозь сон. Второе прикосновение к округлой пятке привело к тому, что нога скрылась под одеялом, а девушка, повозившись в кровати, перевернулась на другой бок и снова засопела.
— Ну и ладно, — зачем-то вслух пробормотал я. — Надеюсь, сегодня у тебя выходной.
Впрочем, не думаю, что работающая сегодня смена явилась бы вчера на столь масштабную попойку, так что пусть себе спит. А я, не обнаружив у себя признаков похмелья, решил провести время с пользой. Натянул носки (ладно, сойдут и вчерашние), сменил тапочки на берцы, оставил записку, бросив её, чтобы Кира точно заметила, на платье, вышел на улицу и лёгкой трусцой побежал к спортгородку. В здоровом теле — здоровый бух. То есть, простите, дух, но и бухать без здоровья, согласитесь же, нельзя! Поддерживать себя в форме надо, просто, со скидкой на вчерашнее, без особых нагрузок. Километра в лёгком темпе и кружочков пяти-шести КСУ[1] хватит на сегодня. Планам, правда, не суждено было сбыться. Едва окончил вторые четыреста метров вокруг спортивной площадки, как меня остановил оказавшийся неподалёку Лис, одетый, в отличие от меня, во вполне себе приличный спортивный костюм: обтягивающая футболка, сквозь которую виден был, казалось, каждый мускул, просторные шорты по колено и беговые кроссовки. Футболка на командире была насквозь мокрая — уже успел, вестимо, позаниматься. И выглядел Лис, уж на что я похмельем не мучился, гораздо свежее меня. Надо бы узнать, в чём секрет — бухал хорват вчера, всё-таки, как чёрт.