Страница 6 из 12
Герберту не было видно ее лица, а так хотелось увидеть ее в этот момент. Она улыбается или это деловой разговор?
Чудо случилось во второй раз: незнакомка оглянулась, явно пытаясь понять, где она сейчас находится. Кинула взгляд на гостиницу, где у Герберта был снят номер, и что-то сказала в трубку. Она улыбалась.
Улыбалась тому, с кем говорила по телефону.
В груди у него кольнуло ревностью. С чего вдруг? Он не имеет никакого права ее ревновать. Такая женщина не может быть одинока. Это против всех законов вселенной. Он сам только что ее увидел и даже не знает ее имени.
А незнакомка, тем временем, закончила разговор и неожиданно пошла в обратном направлении. Еще раз посмотрела на его гостиницу, глянула на часы на левом запястье и таким же спокойным шагом пошла обратно. Хочет засечь время, чтобы понять, сколько времени занимает дорога до его гостиницы? У нее здесь будет назначена встреча? Свидание в одном из шикарных номеров?
Да, скорей всего. Женщины ее возраста не приводят в свой дом мужчин.
Они приходят сами в гостиничный номер.
На свидание к любовнику. Платок на голове и очки, скрывающие половину лица, являются тому подтверждением.
Все они одинаковые. И не имеет значения, сколько им лет!
Герберт, неожиданно разозлившись, ушел с балкона.
Все. Они. Одинаковые. Все!
Глянув на часы, ругнулся сам на себя. Сейчас должна прийти Анжела, а он так и не принял обезболивающую таблетку и даже еще не сходил в душ.
Анжела любила наброситься на него сразу, с порога. Им обоим так нравилось. Она набрасывалась на него дикой кошкой, а он отвечал ей тем же. Позу, кстати, Анжела тоже любила коленно-преклоненную, картинно выгибала спину, подставляя свою упругую, натренированную в спортзале и с личным тренером, попку. Любила, когда Герберт шлепал ее по этой натренированной заднице, заводясь от этого еще больше. Приходила она к нему всегда на два часа, а потому надо было максимально использовать это время, получив разрядку по полной.
После долгих изнуряющих переговоров быстрый секс с любовницей можно было засчитать как поход в спорт зал. О да! За два часа свидания он сжигал столько же калорий, сколько за полноценную тренировку в зале.
Вот Анжела яркий представитель женщин возраста 40+. Имеет свой бизнес, дочь 7-ми лет и мужа. Все именно в такой последовательности. В ее семье она зарабатывает, а муж обеспечивает уют и растит дочь. Нынче это в порядке вещей. Герберт знаком с ее мужем. Знаком и ничего более – им приходится бывать на общих мероприятиях, так что да, он знает, как выглядит муж его любовницы. Обычный мужик приятной наружности. Ничто в его облике не выдает того, что он домохозяин. Да нет, выходит, что домохозяйка. Звучит странно и даже уничижительно.
Ах, да, еще Анжела имеет любовника. Его, Герберта Альбертовича Лелло. А он имеет ее, Анжелу. В гостиничных номерах этого города. В свой дом Анжелу он приглашал всего пару раз.
И оба раза они вылезали из постели только лишь затем, чтобы поесть. О, да! Они провели так несколько шикарных уикендов.
Ее муж и дочь улетали на отдых, она сама, придумав какую-то чушь, обманув мужа, улетела к ним спустя два дня. Улетела сытой, довольной кошкой.
Как она после этого смотрела в глаза своему мужу? Интересно, а на него она так же, едва переступив порог их квартиры, набрасывалась?
Хотя – это вряд ли. Там же дочь.
До сегодняшнего дня Герберта этот вопрос не интересовал.
Неужели ее муж не замечает ничего? Не чувствует, что его жена изменяет ему?
Наверняка и замечает, и чувствует. Такие вещи всегда чувствуются. Другое дело, готов ли ты принять это?
Нет, не так.
Когда ты готов принять это? К этому невозможно быть готовым. Предательство близкого человека – это всегда больно. Если, конечно, этот человек по-настоящему близок тебе.
Впрочем, Герберту нет никакого дела до того, какие у его любовницы с мужем отношения. Сам он больше не подпустит ни одну женщину близко. Хватило и одного раза, когда было больно. До крови, до дыры в душе, размером с космос, до состояния, когда режешь сам, по живому, лишь бы уже все закончилось. Когда плевать, какой величины будет шрам в душе, и как он будет заживать. Лишь бы уже вскрыть этот нарыв под названием «любовь», выпустить весь тот яд из себя, лишь бы он уже не отравлял жизнь и дал спокойно жить и дышать.
В душ Герберт все равно не успел, стук в дверь его номера раздался раньше.
– Ты не ждал меня? – удивилась Анжела, переступив порог его номера и увидев его в брюках и рубашке.
– Переговоры затянулись, я только что вошел в номер.
Солгать получилось легко. Не говорить же любовнице, в самом деле, о том, что он простоял на балконе добрых десять минут, дыша осенью и разглядывая незнакомку. Хотя, странно, раньше он Анжеле не врал. Не было смысла. Рассказывал не все, но не врал. Зачем врать той, с кем ты имеешь только секс? Рассказывать все не обязательно, а вот врать нет смысла. Вранье унижает человека, и в первую очередь того, кто врет.
– Хочешь, давай примем душ вместе! – Герберт шагнул к своей любовнице и поцеловал ее в шейку.
Анжела, как обладательница копны черных волос, любила тяжелые духи. Они ей шли, да и она не обливалась ими с головы до ног, всего лишь капля на шее и капля на запястье. Этого хватало. Герберт вдохнул аромат ее духов и почему-то сегодня они ему помешали, он поморщился и отстранился.
– С ума сошел? Какой душ вместе? Мне потом макияж восстанавливать пол часа! Давай ты сам, один. Быстренько смоешь с себя сегодняшний день и придешь ко мне. Твоя тигрица будет ждать тебя, изнывая в предвкушении, мой тигр! Р-р-р-р! – Анжела рыкнула, прижавшись к Герберту всем телом на секунду и тут же отступила, расстегнула первую пуговку на блузке, неотрывно глядя ему в глаза.
Еще в прошлую их встречу Герберта бы это завело, а сегодня нет. Совсем нет. Даже отдаленно нет. Он вдруг вспомнил, почему Анжела требует принять душ перед их встречей. И совсем не потому, что брезглива, о, нет! Дело не в брезгливости, ей в постели это чувство не знакомо. Анжела всего лишь на всего требует от Герберта смыть с себя парфюм. Боится, что муж почувствует его запах и обо всем догадается. Герберт даже вспомнил, как Анжела, смеясь, пояснила: «Муж чувствует все запахи, как беременная женщина! У меня иногда такое чувство, что это не я Ирину родила, а он, веришь?»
Герберт спокойно разделся, аккуратно убрал вещи в шкаф и ушел в душ. Анжела права: надо смыть с себя сегодняшний день, а там и возбуждение нахлынет. Он уверен в этом.
Не нахлынуло.
– Что происходит, мой тигр?
Спросила, видя, что он не готов даже после всех ласк, что она щедро дарила ему. Анжела извивалась под ним, лаская, как всегда, умело и жарко. За эти полгода, что они вместе, она уже изучила его тело и знала, что любовника особо заводит.
Не завело. Не в этот раз.
– Устал. Партнеры всю душу вынули, пока подписали контракт.
Герберт встал с кровати в одно движение, повязал полотенце вокруг бедер и шагнул к бару за соком.
Он опять соврал. Это не первые переговоры, где, говоря его же словами, партнеры вынимали из него душу. Открыл бутылку сока, сделал глоток так, из бутылки. Почему-то сегодня захотелось пойти против своих же правил.
– А у тебя есть душа? – усмехнулась Анжела и осталась лежать на смятых простынях, лишь приняла более соблазнительную позу.
Герберт, услышав это, развернулся к женщине, лежащей на кровати.
– Душа есть у всех. Даже у неверных жен, – ответил медленно, разглядывая любовницу так, будто видел ее в первый раз.
Почему он раньше не замечал, что она жестока?
– Герочка, что происходит?
Герберт, услышав, как она его назвала, сморщился, словно от зубной боли. Уменьшительно-ласкательное склонение своего имени он не любил, и Анжела знала об этом, но зачем-то все равно назвала его так.
– Ты хочешь расстаться? Ты бросаешь меня? У тебя появилась другая? – вопросы посыпались один за другим.