Страница 5 из 110
– Жить будете на проспекте, в районе парка Челюскинцев, – пояснил Савицкий. – Коттедж Артюхин сдал дипломатической миссии, а квартиру оставил.
– Вот, располагайтесь, – продолжил он уже в прихожей. – Каждое утро к восьми часам приходит домработница Ирина: готовит, убирает, может остаться с Катей или сводить ее в парк погулять. Вот твой телефон, – протянул он Анне миниатюрный аппарат. – В память введены все нужные номера: я, водитель, Ирина, ну... и разные там, сама посмотришь. Машина, на которой вы приехали, по первому же звонку будет у подъезда в течение пяти минут, можешь пользоваться ею хоть 24 часа в сутки. Что еще? Ах, да! – он сунул руку во внутренний карман и, улыбаясь, протянул Анне два конверта. – Владимир Анатольевич и Татьяна оставили специально для вас.
– Жаль, что мы с ними здесь не встретились, – улыбнулась Анна, почувствовав, как стало тепло на душе. – Спасибо им за заботу. И тебе, Слава, тоже спасибо. Честное слово, все так неожиданно, а потому особенно приятно.
– И мне приятно. Таких гостей, как вы, приятно встречать. Ну, отдыхайте.
Закрыв за ним дверь, Анна первым делом позвонила Балайзерам и сообщила, что они благополучно добрались до места, затем неспешно распаковала два чемодана, накормила приготовленным, по-видимому, Ириной ужином Катю и, несмотря на ранний час, уложила ее в постель.
«Посмотрим, что эти шутники написали», – закурив на кухне у открытой форточки, принялась она распечатывать конверты.
Длинное письмо-поздравление от Татьяны изобиловало датами и названиями мероприятий, которые Кругловым обязательно надо посетить: тут же прилагался телефон билетерши, у которой можно будет заказать билеты в цирк, театр и на новогодние утренники. Далее следовал список магазинов, где, по ее мнению, можно что-то прикупить, телефоны маникюрши и парикмахера. Заканчивалось письмо контурами обведенной фломастером детской ладошки с надписью: «Поздравляю маму Аню и Катю. Весна!»
Улыбнувшись, Анна загасила сигарету и, присев на табуретку, распечатала второе письмо. Владимир Анатольевич, как и следовало ожидать, был более конкретен.
«Девочка моя, – начинал он словами, которыми с некоторых пор всегда к ней обращался. – В первую очередь с праздниками, перечислять все не буду – займет много времени. Второе. Ты можешь долго и пространно объяснять Татьяне, почему сюда рвалась, но меня не обманешь, я понимаю в этом намного больше. А потому оставляю тебе информацию о человеке, которым ты обязательно станешь интересоваться. Упрощаю тебе эту задачу и, тем не менее, позволю дать совет: если не хочешь новой боли, не ищи с ним встречи. Подумай о том, что тебе придется возвращаться обратно за океан. Целую тебя и Катю. Владимир».
Развернув следующий лист, Анна пробежала глазами шапку и принялась бегло читать отпечатанный на принтере текст.
«В период с 01.01.2000 года Константин Петрович Крылов, являющийся генеральным директором и основным соучредителем СП ООО „TransitLink“, осуществлял деятельность...» – руки Анны задрожали. Встав с табуретки, она снова достала сигарету. «...Состав семьи за отчетный период не изменился: сын Олег, 1992 года рождения, и проживающая вместе с ними Александра Степановна Тимошенко, 1941 года рождения... После переезда за город летом 2000 года Крылов К. П. ведет в основном закрытый образ жизни».
Ниже стояла дата недельной давности. «На следующий день Артюхины улетали в Штаты», – вспомнила Анна и тупо уставилась на большой, от пола и почти до потолка, цилиндрический аквариум, в котором медленно и чинно плавала пара золотых рыбок.
«Владимир Анатольевич, Владимир Анатольевич! – грустно усмехнулась она, опустив руку с письмом. – Все-то вы видите, все-то вы знаете. Я даже себе боялась в этом признаться, а вы, как всегда, прямо в лоб. Интересно, Роберт тоже догадался? Скорее всего, да. Даром, что ли, почти до семидесяти дожил, а по-прежнему председатель правления!»
– Мама, мне не спится, – неожиданно появилась из спальни Катюша. – Можно, я с тобой лягу?
– Можно, – улыбнулась Анна и привлекла дочь к себе. – Если сразу не уснем, посекретничаем? Ты мне расскажешь, кто же такой Джимми: завалил письмами, подарками, а в гости заходить боится! Кстати, писем в последнее время от него не было, не знаешь почему?
– Писем в конвертах он мне больше не пишет, потому что я дала ему свой электронный адрес. Но Джимми мне не нравится.
– И кто же тебе нравится? – Анна обняла дочь за плечи и пошла вместе с ней в отведенную для нее спальню...
2
Кругловы проснулись лишь в первом часу дня. Прислушавшись, Анна уловила звук льющейся за стенкой воды, затем кто-то аккуратно закрыл дверь в санузел. Набросив шелковый халат, она вышла на кухню.
– Проснулись! – обрадовалась женщина средних лет в ярком фартуке. – Доброе утро, то есть уже день! Ой, я вас не разбудила? Я так старалась все делать тихонечко, только чуть-чуть пошуршала в санузле. Если это я, простите ради Бога! – выдала она скороговоркой.
– Что вы! Нам действительно пора просыпаться. Надо же как-то перестраиваться на местное время. Вас зовут...
– Ирина! – подхватила женщина. – А вы Анна? И доченьку вашу Катей зовут? Я все о вас знаю, перед отъездом мне Татьяна столько о вас рассказала! Вы такая молодец! На такой работе смогли закрепиться, она так гордится вашими успехами...
– Да какие успехи! – не выдержав, Анна прервала ее словесные излияния. – Работаю, как все. Извините, я бы хотела кофе выпить, чтоб окончательно проснуться. Вы не поможете мне с кофеваркой?
– Да, да! Сейчас приготовлю! – засуетилась женщина, открывая пачку с молотым кофе. – У меня есть и блинчики с творогом, и омлетик с ветчиной. Вам покрепче или как?
– Покрепче, – улыбнулась Анна, понимая, что прикоснуться к кофеварке ей вряд ли позволят.
Женщина ее забавляла. «Интересно, она изо всех сил старается угодить или же приветливое суетливое состояние для нее – норма?» – подумала она, продолжая наблюдать за Ириной.
– На журнальном столике свежие газеты. Владимир Анатольевич всегда читает по утрам, поэтому я и для вас на всякий случай купила по дороге.
– Спасибо, – Анна зашла в гостиную, бегло просмотрела названия периодики, но, зевнув, поняла, что первым делом все же желательно принять душ и выпить кофе.
После завтрака она взяла мобильный телефон и просмотрела внесенные в память номера.
«Кому бы для начала позвонить? Попробую Надежде. В этом городе она, возможно, единственный человек, у которого свежа память обо мне».
– Добрый день. Надежда? Это Анна Круглова... Да-да, та самая из самолета...
– Анечка, значит так, – категорично заявила женщина, перейдя на «ты». – Завтра мы ждем тебя к двум часам по адресу, записывай, записывай... Если не с кем будет Катю оставить, привози с собой, но ей будет у нас скучновато: дом не такой уж большой, поэтому всех приглашаем без детей, но вы – исключение. Далее, – женщина сделала паузу. – Форма одежды парадная. Что еще? Да, мы можем послать за тобой машину. Не надо? Тогда ждем к двум часам! До свидания, Анечка.
Локтионова отключила телефон и задумчиво зажала трубку в руке.
– Это Анна, я тебе вчера о ней рассказывала. Удивительная женщина, ты не поверишь! От нее так и веет добротой и чистотой.
– Надя, дорогая, – усмехнулся муж. – Это от тебя за версту добротой веет, оттого-то вокруг тебя все добрые и чистые. Жизнь, она намного разнообразнее, общественница ты наша! Небось, для Крылова присмотрела?
– А почему ты так решил?
– Да твоя активность устроить его личную жизнь всем давно известна! Даже ревную слегка: отчего ты так о нем беспокоишься? – пошутил Юрий.
Пригладив рукой седые волосы, он надел шапку и, спрятав во внутренний карман список того, что следовало купить на рынке, застегнул куртку.
– Как тебе не стыдно! – всерьез возмутилась Надежда, поправив на его шее шарф. – Хотя отчасти ты прав, я за него переживаю: ну, сколько можно такому мужику одному оставаться? Ну, развелся с женой, всяко бывает, так ведь жизнь продолжается! Я за него как за сына или брата переживаю. Вспомни, когда нам было тяжело, много таких, как он, осталось вокруг нас? То-то же!