Страница 38 из 110
Не чувствуя радости в голосе Анны, Джессика разволновалась еще сильнее.
– Я тебе не верю! Я очень хорошо чувствую, когда тебе хорошо. Катя в порядке?
– С Катей все в порядке, – попыталась успокоить ее Анна. – Вот, сидит рядом в аэропорту, жует гамбургер. Можешь с ней поговорить.
Передав трубку дочери, Анна стряхнула пепел в стеклянную пепельницу.
– Здравствуй, Джесси! – обрадовалась Катя, легко и свободно перейдя на английский. – Завтра будем дома. А кто нас встретит? Ты с Володей? Здорово! Я соскучилась очень-очень. Пока.
Девочка вернула трубку маме: чувствовалось, что настроение у нее слегка приподнялось.
– Аня, с тобой папа хочет поговорить.
– Здравствуй, родная, – от спокойного и уравновешенного голоса Роберта, старательно выговаривающего по-русски слова, повеяло теплотой, и Анна непроизвольно улыбнулась. – Не будем тратить время на лишние разговоры, вернешься – все расскажешь... – Балайзер сделал паузу. – Скажи, пожалуйста: документ, подтверждающий, что ты сотрудник корпорации, с тобой?
– Конечно, – удивилась Анна вопросу. – Я помню, что персоналу рекомендовано всегда и везде брать его с собой.
– Это очень хорошо... У нас возникла проблема с Киевским филиалом. Согласно контракту, там постоянно должен присутствовать один инженер и один ответственный работник от головного предприятия. Наш инженер... – Роберт сделал долгую паузу, а затем перешел на английский. – Наш инженер уехал домой на Рождество и простудился. Ему уже готова замена, и сегодня новый сотрудник из европейского филиала вылетает из Франкфурта в Киев. Но вчера вечером возникла еще одна проблема. Алану Новаку, он работал в твоем департаменте и ты должна его помнить, позавчера сделали операцию аппендицита. У него начались осложнения, и поэтому как только разрешат местные врачи, мы его отправим в Европу. Но на подготовку виз и документов для нового сотрудника потребуется около двух недель.
Анна напряглась. Мозг моментально включился в работу, едва Роберт перешел на родной язык. Балайзер всегда так поступал, если предстояло объяснить ей серьезность предстоящего дела. К тому же не зря она работала в департаменте, где составлялись не только отчеты о проделанной работе: главное предназначение его сотрудников заключалось в умении просчитать ситуацию наперед.
– Я поняла, – перебила она Балайзера. – Вы хотите, чтобы я летела в Киев?
– Лично я этого не хочу. Я соскучился без вас с Катей, но в то же время подумал, что для дальнейшей карьеры это будет хорошая возможность себя зарекомендовать. Ты знаешь, что подобной командировки люди ждут годами.
– Я готова. Вот только как быть с Катей?
– Вас встретят в аэропорту Франкфурта, и своим рейсом она улетит с сопровождающим ее человеком до Нью-Йорка, он же полетит с ней следующим рейсом домой. Тебе придется заехать в наше представительство, получить инструкции, забрать документы и утром вылететь в Киев. Все уже подготовлено, я ждал твоего согласия.
– Я согласна, – повторила Анна. – Только, Роберт, мы прилетим во Франкфурт не из Минска, а из Москвы. Почему так получилось, я объясню позже. Сейчас мы в Шереметьево, пишите номер рейса...
«Ну вот, – пряча телефон в сумочку, подумала она. – Как все быстро меняется. Едва не перевернувшие жизнь две недели остались за спиной, и на первый план снова выходит работа. Придется, конечно, поволноваться, как Катя долетит до дома без меня. Обидно, – неожиданно переключились ее мысли, – Минск будет рядом, а Костя с Николаем завтра улетают в Австрию... Значит, остается только работа и... Вера. Что же все-таки там произошло? Мой чемодан! Надо переоформить его до Франкфурта!», – сообразила она.
– Катюша, посиди здесь, пожалуйста. Мне надо вернуться к стойке регистрации...
Часть 2
Но не истек отпущенный нам срок
Вершить ошибки. Боль от них острее...
1
...Получив накануне вечером все соответствующие инструкции и документы, утром 4 января Анна подъезжала к аэропорту Франкфурта. В это же время в аэропорту Минска Хорин провожал в Австрию Крыловых, лететь которым предстояло с пересадкой все в том же Франкфурте.
Костя был без настроения. В пятницу он вернулся пораньше с работы и, стараясь отвлечься от невеселых мыслей, вместе с помощником по хозяйству убирал выпавший накануне снег. Но физическая нагрузка не помогала: в голове постоянно крутились обрывки фраз, воспоминаний, несколько раз он резко вскидывал голову, оттого что чувствовал рядом присутствие Анны. Он тоскливо оглядывался по сторонам, курил и снова продолжал работу. День на свежем воздухе принес свои плоды: после ужина, едва коснувшись головой подушки, он сразу же уснул.
– Все тело болит, – пожаловался он Виктору и попробовал размяться. – Если бы не согласовал поездку с Селиванами и Николаем, никуда бы не полетел. Впервые за последние годы нет никакого желания кататься на лыжах.
– Наоборот, тебе надо переключиться! – возразил Хорин. – Поносишься по горам, отоспишься, с сыном пообщаешься. Смотри, как он радуется.
– Ему проще, – глянул на сына отец. – Вчера еще грустил, а сегодня, стоило только Свете позвонить, улыбка до ушей.
– Селиваны давно прилетели?
– Они встречали Новый год в Женеве. Света завтра будет в Хинтерглемме, а Михаил подъедет в среду.
– Ты смотри, – усмехнулся Виктор. – Как же он ее одну отпустит? А вдруг она захочет к тебе вернуться?
– Главное, что теперь я этого не хочу, – спокойно ответил Костя. – И он, и она об этом знают. Ты постарайся к моему возвращению подготовить документы для посольства.
– Все сделаю, не волнуйся. Покажи-ка паспорт, когда у тебя Шенген заканчивается?
Крылов протянул паспорт, который вместе с билетами держал в руках.
– Слушай, да у тебя же только две чистые страницы остались, а в марте в Барселону лететь! И срок мультивизы истекает в феврале. Ничего не выйдет. Сначала придется его поменять, а уж потом заказывать приглашение.
– Черт! – озадаченно пролистал документ Костя. – Как я из виду упустил? Надоело менять его каждый год!
– Ты не один такой, – усмехнулся Хорин. – Ну, до встречи?
Мужчины крепко пожали руки на прощание. Подхватив чемоданы, Крыловы двинулись на таможенный контроль, даже не подозревая, что почти одновременно с ними в другом самолете, летящем по другому маршруту, в воздухе будет находиться и Анна Круглова.
...Поселившись в номере-люкс гостиницы «Днiпро», Анна распаковала чемодан, разобрала вещи и еще раз помянула добрым словом Сашу: ее решение сложить одежду дочери в отдельный чемодан оказалось очень даже кстати. Она долго принимала душ, сушила волосы и наносила кремы на уставшее лицо. Хотелось есть, но еще больше хотелось спать. Достав из бара шоколадку, она взяла в руки телефон, который не успела вернуть Крылову, и завалилась на кровать.