Страница 12 из 16
– Неа. – Сергей ответил слегка раздражённо, но я каким-то образом понял, что ненависти лично ко мне он не питает. – Камней не нашли, зато нашли золото.
– В смысле? О чём ты?
Мы с Александром были оба не в курсе, а остальные сделали вид, будто вообще не различили слов Сергея за набирающим обороты ветром. Я подобрался к костру поближе и подставил огню затёкшие ладони. Там же, среди языков пламени, я увидел лицо Светланы, которое она прятала в высоко поднятых коленях. Специально смотрел на неё дольше обычного, чтобы наши взгляды пересеклись, но у меня ничего не вышло. Я уставился на Сергея, снова открывшего рот, чтоб набрать воздуха побольше для затянутого доклада, как обычно он делал на любой научной встрече.
– Тот кудрявый иностранец постоянно матерился и пинал песок, пока не начал подпрыгивать на одной ноге, матерясь ещё сильнее. Мы все подбежали к нему и увидели всего один камень – самородок, торчащий наружу. Мы попытались его приподнять, но не вышло. Вячеслав, заметивший последним золото, упал на колени и руками принялся раскапывать, пока мы не обнаружили огромный золотой валун. У меня чуть челюсть не выпала, а Сергей Витальевич захохотал как сумасшедший и ушёл куда-то в сторону. Последний раз я его видел, следующим за семейкой с детишками-альбиносами.
– И где сейчас тот камень? – Александр встал и принялся оглядываться по сторонам.
– Они его с собой утащили. Вообще непонятно, зачем он может понадобиться на острове. – Слово взяла женщина, нежно убаюкивающая на своих тонких руках смирно лежащее дитя, завёрнутое в какие-то обноски. И снова я узнал платье Светланы, укоротившееся уже более заметно. На ней уже будто набедренная повязка, а не юбка, когда-то скрывавшая ноги почти до коленей. – Перед заходом солнца я увидела столб огня за горой. Наверное, там они образовали новый лагерь.
Я обернулся и не разглядел ничего в уже фиолетовом небе с последними жалкими всполохами оранжевого цвета. Солнце последний раз сверкнуло и пропало совсем, оставив нас наедине с кротким костерком и иссиня-чёрным небосводом.
– Влада пообещала им спасение… – Голос Светланы звучал совершенно измождённо. Она так и не подняла лица, упёршись лбом в свои колени, и шёпот её терялся в резко оживших волнах океана. – Она ножом резала чужие головы, сама выбирала, кого заберёт с собой, а кого оставит.
– И вас всех тоже резанула? – Александр, наверное, сам того не желая, слишком повысил голос и тут же осёкся, откашлявшись в свой огромный кулак. – Вы позволили ей?
– Нет, мы как раз все отошли в сторону и просто смотрели. – Сергей говорил будто сам с собой, уставившись в точку, спрятанную где-то во тьме джунглей. В огне его лицо казалось особенно зловещим. – Я вообще хотел сбежать в джунгли, но побоялся.
– Что она там искала?
Это был риторический вопрос одного из молодых парней. Второй как раз вернулся с берега и принёс новых веточек. Костёр ожил, получив чуток пищи, и радостно заскрежетал, выбрасывая маленькие искорки вверх.
Золото. В голове не укладывается. Тут не водятся животные, птицы даже куда-то пропали. Сам остров малюсенький просто до безобразия. Мы выжили после падения чёртового самолёта и выбрались на мягкий песок без единого камушка. И вот – золото.
И что там было… в тот момент, когда спускался.
Помню, я быстро перебирал ногами, чтобы не упасть. Валуны, большие и маленькие, падали за мной и обгоняли меня, тихонько и почти музыкально цокая по склону горы. Там внизу были Виктор и Александр. Виктор потом решил утонуть. Может, он тоже что-то увидел? Во лбу у меня резко взбухла точка и тут же растворилась. Я пошатнулся и привалился к плечу одного из братьев.
– С вами всё в порядке?
Вопрос его уже пропадал в эхе, что окружало меня и накрывало. Женские голоса становились мужскими, мужские – женскими. Силуэты вскочили на ноги и буквально метнулись ко мне. Они миновали костёр, ставший таким ярким, что пришлось зажмуриться и представить, что всё это сейчас закончится, и мне станет лучше.
«Стоило проверить, прежде чем показывать подобное. Вам не стыдно? Вот мне было бы стыдно. Я как чёрт там стоял, а вы теперь здесь и вообще клоуничаете. Я сообщу кому надо и вас тут же выставят за дверь».
Голос Светланы дорвался до моих ушей посреди бреда, заполонившего голову. Моих губ коснулось сладкое молочко кокоса, ещё оставшееся после вечерней трапезы.
«Я всегда хотел этого, желал, как ничто иное. Я ждал помощи, потому что думал, что, оказывая помощь другим, получу то же взамен. Я не просил, никогда, и сейчас мне правда стыдно. Вы мне верите?»
– Поднимите его! – Александр снова взял на себя командование. Меня оттащили к воде. Чьи-то руки бережно, но достаточно жёстко умыли меня в прохладе океана. Соль защипала разбитые сухие губы. Мне на секунду стало лучше, а потом я снова где-то пропал, будто меня с головой погрузили в наполненную ванную. Тут слишком тесно даже для меня одного.
«Я старался, правда. Бог знает, сколько было приложено сил, чтобы оказаться здесь. А где? И одному ему известно, где мы теперь находимся. Я попрошу у него совета, когда мне станет лучше. Если станет лучше. Но одно известно точно – этот день запомню до конца своей жизни».
Тепло огня помогло очнуться. Вся боль резко отступила, и я ощутил себя лёгким как пух. Вокруг меня собрались те, кто не последовали за Владиславой и остались на этом бутафорском пляжу.
– Как ты? Что случилось? Такое происходило раньше?
Александр говорил за всех, будто забрав у каждого по одному вопросу. Я зацепился за взгляд Светланы. Теперь полностью смог увидеть её лицо со впавшими скулами. Глаза у неё такие добрые, но мокрые от слёз. Я хотел сказать ей, что…
Крик разорвал небо пополам. На этом маленьком острове слышно и видно всё. И вот оранжевые языки высокого костра почти достигли верхушки горы. Треск деревьев настигал нас, и мы встали в одну линию, видя, как огонь разрастается быстрыми темпами. Знакомый голос молил о пощаде – Сергей Витальевич.
12
Мы бежали совсем рядом, чтоб не потеряться в ночи без источника света. Александр вёл нас, задрав голову к самому кончику огромного пожарища, и уже у горы я ощутил жар, заставивший горло тут же ссохнуться.
Мы рвали вокруг себя ветки, листья пальм. Скрежет горящего дерева забивал уши, и ничего, кроме этого шума больше не было слышно. Даже крики людей пропали, осталось только пламя. На небе уже собирались тучи, выжидая словно какого-то завершения сюжета. Они готовы обрушиться дождём на весь этот постыдный ужас, чтоб забрать его в океан и спрятать навсегда.
– Держитесь рядом!
Александр кричал, подняв руку вверх, чтоб не затеряться в листве. Мы выбежали на уже знакомое плато. Александр провёл нас змейкой вокруг разлома и перенял у женщины дитя, пустив вперёд Сергея. Тот не сразу понял, что от него потребовалось, и сначала тупо пялился на нас всех, ожидавших, что стаю поведёт новый лидер. Сергей им не был никогда, и вот сейчас он слишком долго колебался, в нас зародились сомнения, страх и безнадёга. Остров нас точно не отпустит, сегодняшняя ночь – последняя для нас.
Я схватил Светлану за руку и повёл за собой всех остальных, стараясь не убегать сильно вперёд. Приходилось оборачиваться, чтобы убедиться – все ли на месте, прежде чем джунгли закончились. Теперь гора была за нашими спинами, а впереди мерцало адское пламя.
Сергей Витальевич больше не кричал. Я узнал его тело, привязанное к пальме и лишённое скальпа. Череп оголён и повернут к огню словно в поклоне. Повсюду валялись растерзанные трупы, и лишь семья безумцев осталась в живых. Каким образом это им удалось – чёрт его знает, но сейчас только они стояли перед нами, подняв руки к разгорячённому небу.
– Примите наказание, падшие, или докажите, что вы достойны быть рядом с нами!
Владислава кричала, подводя Софью, свою напуганную дочь, ближе к огню. Мать взяла в руки нож и отре́зала волосы с детской головы вместе с кожей. И я увидел его – металл. Череп Софьи был из золота. Он блестел, переливался и пускал зайчиков по песчаному пляжу. Сергей упал в обморок, и Вячеслав, обративший на это внимание, залился хохотом. Он подвёл своего сына, Казимира, туда же, где лишилась скальпа его дочь, и сам проделал экзекуцию над своим же отпрыском. Череп Казимира тоже был золотым. Оба дитя встали и подошли к костру ещё ближе. Их тела тут же охватило пламя, и два тощих силуэта растворились в жёлтом свете огня. Сноп искр взмыл к нахмуренному до безумия небу, оно вот-вот разорвётся напополам, взбешённое наглостью тех, кто смотрит сейчас на него с этого острова.