Страница 7 из 104
Между тем часть студиозов с недовольным видом побрела в противоположную сторону, смерив завистливыми взглядами оставшихся с нами. Юлия, Тиций и третья девушка, имени которой мы пока не знали, выжидательно уставились на нас, определив за мной и Содером роль лидеров.
— Веди нас в библиотеку, — обратился я к Юлии.
Девушка кивнула и двинулась к зданию в сторону неприметной двери, которую я разглядел не сразу. По пути мы опросили ребят, как у них организованы занятия, есть ли в Академии тренировочные площадки, где расположены общежития и столовая, кто из преподавателей самый вредный и требовательный, а кто самый добрый. В общем, задали все те вопросы, которые всегда интересуют любого студиоза, попавшего в стены другого учебного заведения. Естественно, обо всем расспросить не успели, отложив это дело на после занятий.
Первым уроком оказалась общая теория магии, которую пришел проводить дряхлый дедушка, по возрасту вполне способный дать фору ректорам обоих Академий. Я поначалу расстроился, но после того, как дедушка представился, мое настроение резко поднялось. ОТМ нам будет читать сам Дав де Девил! Известнейший теоретик, автор нескольких серьезных научных трактатов, он считался самым опытным и умным темным магом во всех десяти королевствах, уступая по силе лишь нескольким архимагам, включая де Ларанга. Де Девил являлся уроженцем Ураласа и в последнее время проживал отшельником где-то далеко на севере. Оставалось только гадать о причинах, заставивших оставить привычный образ жизни, переехать в Тардинское королевство и начать преподавать в Яльской Академии.
Как позже выяснилось, наши одногруппники тоже видели его в первый раз. Это позволило сделать однозначный вывод — почтенного мага попросили вести занятия именно в нашей группе. Похоже, де Ларанг и на самом деле всерьез озаботился подъёмом уровня знаний студиозов.
На уроке мы выслушали длинную лекцию по комбинаторике, в которой был поднят вопрос формирования очередной группы сложных заклинаний. В нее вошли более совершенные поисковые плетения и защитные поля, отличавшиеся по построению от обычного кокона, доступного второму курсу. По словам мага, на основе этих структур лучшие из нас впоследствии научатся делать еще более совершенные заклинания, модификации которых используются состоявшимися магами уровня седьмого круга и выше.
После де Девила к нам в класс пришел некромант, магистр Дорнах де Никорус, посвятивший нас в основы работы сразу с несколькими представителями нежити. Дал нам теорию по контролю и не забыл упомянуть, что на практике мы освоим ее еще не скоро.
К концу занятий наши головы гудели от переполнявшей их информации, которую мы с Содером горели применить на практике.
— С ума сойти! — рухнула на стол Юлия, когда некромант покинул класс. — Нам никогда не давали столь много! Когда нам все это учить?
— Чего тут учить-то? — я аккуратно сложил тетрадки на полку, имевшуюся под столешницей. — Пока не научишься применять, не запомнишь. Главное, практика.
Тиций всхлипнул.
— Говорил же декану, я не справлюсь…
— Соберись, тряпка! — хлопнул его по спине Содер. — Ты справишься!
— Я, конечно, извиняюсь, но осмелюсь возразить, что вы не знаете ни моих способностей, ни…
— Хорош спорить! — я последовал примеру Содера и тоже хлопнул пухлого по спине. Только сильнее. Даже слишком, поскольку Тиций взвизгнул и поспешил отпрыгнуть. — Пойдем лучше обедать. Показывайте, где тут у вас хавчик!
— Что? — не поняла Явинта. Вторая девушка в нашей группе. — Что такое хавчик?
— Э-э-эй, темнота-а-а… Это так еда называется. Ну? Что стоим, глазами хлопаем? Кого охраняем? Погнали!
Столовая располагалась на первом этаже корпуса, не имевшего границ с тем внутренним двором, на котором проходили построения. Ее окна выходили на две стороны — на улицу, за которой тянулась красивая набережная реки Окочи, и на внутренний двор, расчерченный тремя тренировочными полями. По периметру центрального из них располагались трибуны, указывая на то, что временами на нем проходили то ли официальные события, то ли какие-то соревнования.
— Нам туда, — потянула нас Юлия к дальнему концу столовой, где я разглядел две линии раздачи.
Поначалу на нас никто не обратил внимание. Затем наши лица рассмотрел студиоз, сидевший за столиком в компании пятерых товарищей, и толкнул ближайших, которые, в свою очередь, оповестили остальных соседей. Почти сразу умолк второй столик. Сидевшие за ним студиозы пялились в нашу сторону открыто, нисколько не стесняясь. Третий столик, четвертый… По мере того, как мы продвигались по залу вперед, в зале становилось все тише и тише, и вскоре установилась тишина. Даже дородные поварихи на линиях раздачи прекратили махать половниками и с интересом вытянули шеи, наблюдая за нашим приближением.
Мне стало не по себе. Содер, судя по его физиономии, тоже ощущал себя не в своей тарелке. Сопровождавшие нас одногруппники побледнели и постарались казаться незаметными, спрятавшись за нашими спинами, хотя никто на них не смотрел.
— Всем привет! — первым нашелся я и жизнерадостно помахал рукой, поочередно поворачиваясь во все стороны.
— Привет! — засверкал фирменной улыбкой Содер.
Наши действия словно прорвали плотину — многие замахали руками и заулыбались в ответ, несколько десятков студиозов поднялись со своих мест и обступили нас плотным кольцом.
— Привет! — пробасил белобрысый здоровяк в светлой мантии, оттеснив всех в сторону. Его рожа, в повседневной жизни явно привыкшая к высокомерному выражению, всеми силами старалась излучать дружелюбие. — Кайл де Тренозар! Парни, в выходные я устраиваю вечеринку. Если не придете, обижусь!
Пожав его лапу, я попытался вежливо отказаться, сославшись на кучу дел, но Содер меня перебил.
— Обязательно будем, Кайл! — громогласно пообещал он. — Надеюсь, на вечеринке все будут в прикиде от Диди Аткусона?
Кайл икнул от восторга.
— Конечно!