Страница 35 из 42
Наконец, она почувствовала, что её мозг стал работать на автопилоте. Гермиона подалась изнеможению, которое угрожало поглотить ее, и провалилась в тревожный и беспокойный сон.
Утром Гермиона проснулась раньше, чем планировала, но спать больше не могла, ей был необходим кофе, чтобы взбодриться.
На кухне она увидела Гарри, он выглядел невыспавшимся, но уже не таким злым, как ночью.
— Ты не передумала насчёт заведения дела на Люциуса? — первым делом спросил он.
— Нет, — спокойно ответила Грейнджер, с благодарностью гладя на друга. — Я понимаю, почему ты так хочешь наказать его, и одна часть меня согласна с тобой, но вот другая… — она вздохнула, — я больше всего, не хочу привлекать внимания к себе. Даже боюсь представить, что будет писать пресса, ты же знаешь, какие у нас журналисты. Они ведь будут преследовать меня, начнут спрашивать у всех моих друзей и знакомых о том, что тогда происходило между мной и Драко.
— Они и тогда много писали о том, что девушка из семьи маглов вышла замуж за чистокровного мага, потомственного аристократа Малфоя, который ушёл из дома ради тебя, — напомнил Поттер.
— Сейчас, если журналисты узнают, что на самом деле случилось, почему я потеряла ребёнка, начнётся просто ад для меня, — поморщилась Гермиона, сделав глоток кофе.
— И для Малфоев тоже, — жёстко сказал Гарри, его брови взлетели вверх. — Ты ведь жалеешь своего бывшего мужа? Не хочешь бросить тень на его бизнес?
— Да, этого я тоже не хочу, — спокойно ответила Грейнджер, выдержав взгляд друга. — Гарри, я знаю, как ты всегда относился к Драко, но одно ты не можешь отрицать: он любил меня, и вчера я видела, как ему было тяжело признаться мне, что его отец так поступил с нами. Поэтому я так боюсь, что всё наше грязное белье будут полоскать все, кому не лень.
— Наша пресса всё может вывернуть, с этим по работе я сталкивался, и не раз, — был вынужден признать это Поттер. — Люциус, я думаю, не будет сам афишировать свои грехи, если он что-то заявит журналистам, то мне точно придётся завести на него дело за предумышленное нанесение вреда здоровью. По нашим законам — это реальный срок в Азкабане, года на три потянет.
— Я вернусь в Дублин, приготовлю зелье и вылечусь, — уверено заявила Гермиона. — Пусть всё это останется между нами. Люциус, я не сомневаюсь, будет молчать.
— Хорошо, даю тебе слово, я никому ничего не расскажу, — пообещал хозяин дома.
Друзья обнялись, Поттер отправился на работу.
Встала Джинни, Грейнджер согласилась посидеть с ней, пока она будет завтракать.
— У меня до сих пор не укладывается в голове, что старый козёл всё это сделал, — поморщилась подруга, сделав глоток кофе. — Я не сомневалась, что он придумал историю о зелье… а на деле…
— Я тоже надеялась, что это всё выдумка, — вздохнула Гермиона.
— Слушай, — хозяйка дома посмотрела в глаза гостье, — я понимаю, ты зла на Люциуса, а что ты думаешь о Драко? Ты винишь и его тоже?
— Вроде нет… не знаю, — пожала плечами Грейнджер и пересказала их разговор в оранжереи.
— Вот видишь, он любит тебя, — улыбнулась Джинни.
— Я и раньше это чувствовала, но не была уверена, мне, конечно, было приятно услышать это из уст Драко, — призналась Гермиона. — Но, несмотря на его слова, между нами столько всего было: тайны, недосказанность, боль, потеря ребёнка…
— А ещё любовь, страсть, счастье, — строго напомнила миссис Поттер. — Ты ведь помнишь, что я сразу поддержала твои отношения с Малфоем, потому что быстро заметила, с какой нежностью он смотрит на тебя. Гарри и Рон были уверены, что он хочет просто поиграть с тобой, но я не сомневалась, что он влюбился в тебя. И точно такой же взгляд я увидела вчера на празднике.
Я прошу тебя, хорошо подумай о том, как ты дальше будешь вести себя с бывшим мужем, — Джинни взяла подругу за руку. — Не совершай прошлых ошибок, не руби сгоряча.
— Обещаю, я всё обдумаю, — дала слово Грейнджер.
Она не стала больше задерживаться и вернулась в Ирландию.
Оказавшись в Дублине, Гермиона почувствовала огромное облегчение, ей словно дышать стало легче. В Ирландии её мало кто знал, уж тем более окружающие не догадывались о её отношениях с Малфоем и их проблемах, здесь она ощущала себя свободно.
Оставив вещи в квартире, Грейнджер выписала из дневника Забини список ингредиентов для зелья и сразу отправилась в магазин, чтобы всё купить. В лавке Гермиона быстро всё приобрела и вышла на улицу. Она поняла, что находится в пяти минутах ходьбы от офиса, ноги сами повели её туда. Грейнджер дошла до угла и увидела здание, в котором работает, окна начальника выходила на эту сторону улицы. Одно окно было открыто, Гермиона не хотела, чтобы Драко увидел её, знала, как он любит наблюдать за прохожими, поэтому развернулась и отправилась домой. Можно было трансгрессировать, но она решила пойти пешком.
До обеда Грейнджер начала готовить зелье и читала дневник Забини. Она была поражена, как прабабушка Блейза Фелиция Забини ненавидела своих соперниц, она даже свою собственную дочь ревновала к мужу, когда он дарил ей дорогие подарки. Неудивительно, что Фелиция поила женщин зельем, чтобы у них не могло быть детей волшебников.
Миссис Забини хотела контролировать всех своих детей, договаривалась об их свадьбах. А когда её младшая дочь отказалась выходить замуж за выбранного жениха и ушла из дома, она отдала приказ лишить её наследства. А когда Фелиция узнала, что её муж всё равно общается с дочерью и сделал ей подарок на свадьбу, она закатила ему скандал. Гермиона поняла, почему прадедушка Блейза изменял своей жене, с такой ведьмой мало кто сможет нормально жить.
«А ведь эта Фелиция во многом похожа на Люциуса — они одинаково смотрят на жизнь, — пришла к такому выводу Грейнджер. — Они оба жестокие и беспощадные. Фелиция всегда думала только о своих интересах и удовольствиях, так же ведёт себя и Люциус. Он убеждён, что я не подхожу Драко, потому что я из семьи маглов, и старается сделать всё, чтобы разлучить нас, совсем не думая о том, что хочет его сын. Он уверен, что он знает всё лучше.
А в конце жизни Фелиция осталась совсем одна, с дочерьми она давно прекратила общаться, её муж потом стал жить с сыном, он просто ушёл из дома, оставив большое поместье жене. В конце жизни Фелиция чувствовала себя одинокой, но так и не осознала своих ошибок».
Гермиона закрыла дневник и поняла, что ей жаль прабабушку Блейза, она умерла в одиночестве, если не считать эльфов, так и не признав, что была неправа, она даже не поняла этого. Грейнджер не сомневалась, что такое же будущее ожидает и Люциуса. Он вряд ли раскается и попросит прощения, прежде всего, у своего сына, которому причинил столько зла.
Положив дневник на стол, Грейнджер занялась обедом. Она целый день провела дома, готовила зелье и пыталась понять, как ей жить дальше.
*
На работе Драко очень быстро понял, как ему плохо без помощи Гермионы. Она столько всего делала, он просто поражался её трудоспособности. Хорошо, что все самые важные контракты он заключил с помощью своей помощницы, сейчас ему надо было только следить за поставками товара к заказчикам и проверять, какие ингредиенты доставляют ему на производство.
День получился очень тяжёлым, Малфой вернулся домой без сил, ему хотелось одно: поесть и лечь спать. Через камин он пообщался с друзьями, никто ничего нового сообщить не мог.
Во вторник Драко надо было присутствовать на деловой встрече в городе. Его слава о контракте с Министерством магии быстро разлетелась по умам, ему предложили ещё несколько выгодных сделок. Малфой был доволен, теперь надо было всё проработать, а для этого ему была нужна Грейнджер, а он пока даже не знал, где она находится. Вернулась ли она в Ирландию?
— Драко, — услышал он знакомый голос, обернувшись, увидел, что ему машет Венделлом. Малфой оставил машину на парковке супермаркета, он догадался, что отец бывшей жены пришёл сюда за продуктами.
— Венделлом, тебя подвести? — предложил мужчина, когда тот подошёл к нему, и они поздоровались.