Страница 98 из 154
Улыбнувшись, я сел на скрипнувшую под моим весом лавку, с ностальгией обведя взглядом пустой зал. Неужели всего чуть меньше двух лет назад я мыл тут полы и бегал, разнося пиво?
— Давно ты не заходил, — поприветствовал меня вышедший с кухни Эрхард и сел напротив, поставив большую кружку пива.
— Дела, — усмехнулся я, с наслаждением делая первый глоток.
— Говорят, ты собираешься покинуть селение? Надолго? — спросил толстяк, погладив, кажется, ставшую ещё более пышной, бороду.
— Кто знает, — пожал плечами. — Но рано или поздно вернусь, и, надеюсь, пока меня не будет, Эрну никто не будет обижать.
— Смеёшься что ли, — фыркнул мужчина. — Она алхимик, маг, нужный в селении человек. Ещё и свой, местный.
— Залётные авантюристы могут доставить проблем, — вздохнул я.
— Не переживай. Есть наши мужики, плюс баронские. Если кто начнёт чудить, мигом на место поставим.
— Кстати, про дом Феликса никто не спрашивал? Долго стоит без жильцов, ветшает.
— Все кому нужно — знают. Но нет пока достаточно большой группы новичков. Жди.
— Да мне-то что, — лениво отмахнулся я. — Хотя немного удивлён. Сначала мой дом простаивал, теперь этот. Такое ощущение, что людям перестали требоваться деньги. Ни одной большой ватаги новичков за последние месяцы не появлялось!
— Война намечается. Всех способных держать оружие выметают, — пожал плечами Эрхард.
— Она всё время намечается, сколько я себя помню, — недоверчиво фыркнул я.
— Как будто ты себя долго помнишь, — хмыкнул толстяк. — Раз до сих пор не началась, значит, бойня будет знатная. Будь уверен.
— Ну, возможно. Просто долго уже слухи все эти ходят.
Между прочим, война с королевством, откуда пришла Элеонора. Обычная такая, рядовая феодальная война за серебряные рудники на границе, которые были у них отжаты около тридцати лет назад. Именно такая версия событий на слуху в трактирах.
Впрочем, если вспомнить историю принцессы, возможно, там есть что-то ещё. И именно поэтому готовится то, что готовится, выметая всех умеющих сражаться. В любом случае, от нас это на другом конце страны, и меньше всего кто-либо из властей заинтересован в разрушении бизнеса охотников. Зелья нужны, особенно если впереди действительно война.
Бородач усмехнулся и объяснил ещё пару моментов:
— Сейчас золотое время для охотников. Приток новичков низкий, конкуренция среди отрядов небольшая, спрос на зелья большой. Просто богатей и всё. А вот после мясорубки останется много народу, который хлынет к нам в поисках лёгких денег. Так что не считай, что сейчас всё, как обычно. Сейчас хорошо.
— Тебе лучше знать, — согласился, делая ещё глоток пива. — И всё же, присмотрите за сестрой тут.
Он только собирался ответить, когда прозвенел колокольчик, и в заведение завалилась команда рыбаков.
— Привет, хозяин. Здарова, безумец! Пива нам! Сегодня гуляем!
Я отсалютовал мужикам кружкой, смотря, как они рассаживаются. Эрхард только вздохнул и, поднявшись, пошёл на кухню. Для него начинался рабочий вечер, я же слушал разговоры, приветствовал новых посетителей и тихо пил пиво.
Принесли закуску, гренки и куриные крылья, которые я начал с удовольствием вкушать вместе с пивом. А потом не маленького поросёнка, Впрочем, его вместе с деревянным блюдом и бочонком пива потащил домой. Устроим сегодня небольшой прощальный пир, раз уж так всё складывается. Да и Норе будет полезно, чтобы в норму придти.
Дом встретил меня тишиной, расставив кушанья, я вышел во внутренний двор. Где увидел, как принцесса остервенело вколачивает свои обмотанные тряпками кулачки в боксёрскую грушу.
Понаблюдав пару минут, довольно пробормотал про себя:
— Справится.
И прошёл мимо, начав растапливать баню. Раз не очень понятно, что меня ждёт в пути, нужно воспользоваться всеми благами цивилизации, пока есть возможность!
К тому моменту, как всё было готово, пришла Эрна. И подхватив уставшую, тяжело дышащую принцессу, затащила с собой в баню. Не знаю, что они там обсуждали, но вышла аристократка повеселевшая и задумчивая.
После них вволю попарился и я, наконец, полностью расслабившись. Хотя, как сказать, полностью? В голове опять начал звучать невнятный шёпот, и, стоило закрыть глаза, проносились видения, транслируемые скверной. Подняв перед собой руку, поморщился.
Вены начали чернеть, сигнализируя приближение к финальной фазе заражения. Если останусь в деревне, счёт до срыва пойдёт на дни. Можно отсрочить тренировками, но на текущем уровне массы и силы скорее сердце откажет, чем я выведу скверну.
Вздохнув, вылил на себя несколько вёдер воды, вытерся и, одевшись, направился в дом. На столе ждал поросёнок, свежий хлеб, овощи. Пиво. И девушки, не дождавшись меня, начали пировать.
— Ну что, за успех путешествия? — улыбнувшись, поднял я кружку с пивом.
— За успех! — поддержали меня они.
Несколько минут в комнате царили только звуки ужина, и, только потом, отхлебнув пива, Эрна поинтересовалась:
— Как думаешь, что ждёт тебя на островах?
— Тётя, братья и сёстры. А точно? Не знаю. Посмотрим.
— Главное, мирная и спокойная жизнь. За что предлагаю ещё выпить!
— Поддерживаю, брат, — вскинула кружку раскрасневшаяся Эрна.
Через несколько кружек они начали клевать носом. Допив кружку, сестра заплетающимся языком произнесла:
— Сегодня сплю тут! Никуда не пойду!
— Я всё равно сегодня полноценно не усну, — пожал я плечами и, подхватив со стола остатки поросёнка, утащил их в сени.
Довольно быстро по дому раздалось пьяное сопение, и, прикрыв двери, я продолжил поглощать пиво и мясо. Надолго этого не хватило, и я, всё же, растянулся на лавке. Спать не спать, но выпил достаточно, чтобы хотя бы немного подремать.
Стоило только закрыть глаза, как реальность сразу уступила место видениям. Ничего конкретного, но в огромных количествах. В очередной пережив фантомную смерть какой-то твари, я открыл глаза.
Невозможно спать. Шёпот в голове стал ещё сильнее.
— Да что же это… — простонал я, обхватив руками голову.
Холодный душ немного облегчил ситуацию, но не сильно. Плюнув на всё, вышел во двор и, размявшись, подлез под свой тренажёр из камней и брёвен. Присесть. Встать.
Спустя два десятка повторений в ушах остался только бешеный пульс. А я продолжил, прервавшись только, чтобы ещё сильнее увеличить вес. Вверх. Вниз. Выметая всю дрянь из головы. Заставляя тело работать далеко за пределами возможного. В груди стрельнуло болью, отдавшись в спину, а потом в руки и зубы.
Помутнело в глазах, навалилась слабость. Я рухнул на колени, схватившись за грудь. И свет перед глазами померк окончательно.
— Очнись, брат! Очнись!