Страница 117 из 154
Глава 12
Проснулся я под вечер следующего дня, и протяжно зевнув, остался лежать в постели, смотря в незнакомый потолок.
— Во что же я влез? — тихо прошептал себе под нос.
Тогда, в бою, всё это казалось единственно правильным вариантом. Эмоции, даже кое-какие корыстные планы. Но что с этим всем делать сейчас? Ведь, если не справлюсь, город уничтожат…
Впрочем, бойня будет в любом случае. А штурмовать города — это не в чистом поле биться, особенно когда стороны настолько люто друг друга ненавидят. Мотивация горожан зашкаливает. И при условии что подобное по всей стране, то достаточно просто не сдаваться, перемалывая силы благородным. Достаточно быстро наступит момент, когда они не смогут удерживать территории.
Однако нужны военные победы. А где их взять? Когда с той стороны баррикад обученные, хорошо экипированные бойцы, а с твоей обычный городской народ. Но, опять же, оборона города — это не чистое поле…
В любом случае, нужно искать специалистов. Покупать наёмников, обучать ополчение. И как это сделать за отведённое время, я понятия не имею. Не самому же пытаться их учить? Нет, я немного знаю строй, в деревне тренировали, но что делать с конницей, особенно с конными лучниками, понятия не имею.
Вздохнув, поднялся с кровати и, увидев рядом висящие на стуле новые рубаху и штаны, порадовался. Сапоги остались старые, а вот всё остальное пришло в негодность. Повязки пока не снимал, только, не удержавшись, с удовольствием почесал заживающие раны.
Насвистывая песенку, вышел из комнаты, спустившись в общий зал таверны. Кровь уже смыли, как не было и раненых, наоборот, общая зала гудела выкриками и жаркими спорами. За сдвинутыми столами расселось несколько десятков человек. А в центре всего этого взбешенная Элеонора.
Вскинув на меня полные надежды глаза, она кивнула на место во главе стола и облегчённо выдохнула. Кажется, принцессу успели сильно достать. Разговор на секунду прекратился, как только я показался, но стоило мне сесть, как возобновился ещё яростнее.
Сухощавый, с залысинами, мужчина жарко сказал:
— У нас в городе полсотни тысяч населения, все мужчины готовы сопротивляться. Есть все шансы!
— Они способны бросить на нас сравнимое число только благородных, без учёта мобилизованного населения, — покачал на его слова головой толстый мужчина, оглаживающий шикарные, длинные, висячие усы.
— Им потребуется намного больше людей для окружения города и штурма, — продолжал стоять на своём его оппонент.
— Несмотря на то, что они умеют воевать? — хмыкнул усач.
— А умеют ли? Когда у нас была последняя война? — вмешался в разговор третий, потерев сверкающую лысину.
— Тридцать лет назад, и то масштаб был намного меньше, — нехотя согласился усатый. — Но мы-то вообще ничего не умеем.
— Нам есть, на ком тренироваться, — пожал плечами лысый.
На этом моменте я повернулся к принцессе и вопросительно поднял бровь.
— Квартал благородных не взят. Там высокие стены, обученная охрана. Они заперлись в своих имениях, и не получилось пробиться.
Я только поморщился, предчувствуя очередные проблемы, и спросил:
— Сколько их там?
— Не менее тысячи человек. Много женщин и детей, но хватает и бойцов, — ответил мне сидящий рядом и посвежевший Войцех.
Причём так резко посвежевший, что я совсем не удивился, обнаружив в его теле немало скверны. Не пожалели дорогой алхимии, чтобы поставить его на ноги. И сейчас бывший узник жадно ел курицу, из последних сил стараясь сохранять приличия.
— Чем мы будем их атаковать? Они соберутся с силами и выйдут из своих нор. Даже если не сейчас, то просто дождутся, когда под стенами появится армия, — продолжал сокрушаться усатый скептик.
— Сейчас не выйдут, — хмыкнул лысый, кинув в мою сторону.
— Уважаемый Бьёрн при всей своей силе не сможет быть сразу везде, — покачал головой толстяк.
— Значит нужно нападать самим, заставляя их защищаться, — уверенно проговорил сухощавый.
— Вот я и спрашиваю: кто будет атаковать? Стража? — хмыкнул усач.
На что лысый пожал плечами, ответив толстому:
— Мы же будем брать имения по одному, и я надеюсь, что Охотник нас поддержит в этом.
— Не сегодня и не завтра, — поморщился я.
— Эти дни можно потратить на то, чтобы стража поучила мужиков хоть немного держать оружие, действовать в строю, — продолжал напирать, сухощавый.
— Не смешно, — поморщился усач. — За десяток дней ничему не научить.
— Тебя послушать, так нужно сдаться, — фыркнул его собеседник.
— Нам нужны наёмники, несколько тысяч, — решил их примирить лысый.
— Я уже отправил людей, будут зазывать. Но мы не успеем, — скривился сухощавый.
— А стража уже начала тренировки ополчения, — добавил толстяк.
— Запасов в городе достаточно для того, чтобы выдержать осаду? — спросила у замолчавших мужчин Элеонора.
— На несколько месяцев всего хватит. Да и по реке можно будет подвозить, это сейчас не так важно. Главное — военные силы, — ответил ей лысый.
Передо мной поставили блюдо с мясом, положили краюху хлеба. А следом о стол ударилась большая кружка, заглянув в которую я попросил:
— Не хмельное, пожалуйста.
Я неспешно насыщался, слушая разговор местных лидеров. Если так можно называть главных в местных кооперациях ремесленников. Что делать — совершенно не ясно ни мне, ни им. Будь у нас хотя бы полгода, вопросов нет. Но ведь нет и месяца.
Пока я спал, горожане, не успев даже похоронить павших, начали готовить город к осаде. Вот и сейчас иногда разговор принимал деловой оборот: где нужно обновить стены, где готовить котлы со смолой. Что нужно изготовить как можно больше луков и стрел, чтобы встречать нападающих.
Тут я им подсказать ничего не могу, их знания, хотя бы теоретические, о том, как защищать свой город в данных условиях больше моих. Я помогу в бою, но при таких людских массах — это и не так и важно. Нету меня нет запаса сил на длительную битву. То, что убью несколько сотен человек, ситуацию не сильно изменит.
На стол поставили какой-то ягодный напиток, довольно сладкий и прохладный. Вкусный. Благодарно кивнув официантке, я продолжил слушать и размышлять: Например, могу ли я предложить что-то в плане оружия?
Мысли есть, конечно. Если я буду работать над этим не один, то что-то можно и сделать… Но, опять же, не за это время. Всё упирается только в него, и, тяжело вздохнув, я спросил окружающих:
— Может у них кого-нибудь убить, чтобы дать нам нужное время?
Народ на пару секунд замолк, обдумывая варианты. Но ответила мне Элеонора: