Страница 116 из 154
На его слова из одной комнаты вышла уставшая сухощавая женщина лет сорока пяти. Окинув внимательным взглядом меня, залитого чужой и своей кровью по самые брови, хмурую Элеонору рядом, она спросила:
— Это ведь тот самый монстр, что остановил благородных?
— Да, — коротко ответил ей подручный Войцеха.
Она прищурилась и, поведя рукой, пригласила нас следовать за собой.
— Сначала купальня, если можно, — попросил я.
Хозяйка постоялого двора только кивнула, и через минуту мы вошли в раздевалку, где она остановилась и произнесла:
— Вода до сих пор горячая. Что-то ещё нужно?
— Выпить. И перевязать раны, — буркнул я, пытаясь снять доспех.
Одной рукой это не получалось, но тут уже подключилась Элеонора, помогая мне.
— Сейчас всё будет, — кивнула женщина и оставила нас одних.
Упал на пол искорёженный панцирь, шлем, стёганка, за ней рубашка и сапоги. Бросив выразительный взгляд на смущённо отвернувшуюся девушку, я снял штаны и прошлёпал в купальню. Где, присев на табурет, стал поливать себя из ковша, смешивая горячую и холодную воду.
Вода окрасилась в красный цвет. Особенно тяжело было отмыть волосы. Но я старался, пока позади не скрипнула дверь. Бросив взгляд, я увидел принцессу в совсем лёгком коротком платьице, которое мало что скрывало. В руках она держала большую кружку и свёрнутые бинты.
Поставив рядом со мной пиво, она опустилась за спиной на колени и, взяв мочалку, стала тереть мне спину. И всё молча, лишь иногда невзначай задевая меня грудью, особенно когда перешла на плечи и волосы.
Повернув голову, я взглянул в смущённую, но горящую решительностью девушку. Вздохнув, поднялся и шагнул в большую, на нескольких человек, ванную. Она замерла позади, а потом я услышал шелест скидываемого платья, и, через мгновение, обнажённая девушка погрузилась в воду рядом со мной.
Я же расслабленно, кроме одной единственной части организма, лежал, чувствуя, как тёплая вода и невесомость разгружает натруженные мышцы. От ран, всё же, поднялось немного кровавой мути, но ничего критичного. Глубоко вдохнув, я скосил взгляд на девушку и устало произнёс:
— Знаешь, ты ведь не обязана этого делать.
На что она усмехнулась и села сверху мне на живот, выставив вперёд налитую грудь с задорно стоящими сосками. Спустя мгновение меня уже целовали. Неумело, но страстно, даже яростно. Обняв её целой рукой, я ответил на поцелуй. И только спустя полминуты она отстранилась и, отдышавшись, хрипло произнесла:
— Просто заткнись. Больше между нами нет препятствий! Никакого «сохранения невинности до свадьбы», никаких демонстраций простыней. Я буду делать то, что хотела давно!
Впившись мне в губы поцелуем, приподнялась и опустилась, направляя меня в себя рукой. Тут же Элеонора отстранилась от моих губ, зашипев от боли.
— Через пару дней всё будет совсем по-другому, — ободряюще поцеловал я её.
— Я знаю, — поморщилась она, но решительно встряхнула длинными волосами, и припечатала: — Но я не для того этого так долго хотела и ждала, чтобы сейчас отступить!
Я мягко усмехнулся и, двинув бёдрами, произнёс:
— Тогда превозмогай!