Страница 52 из 74
Выбежав во внутренний двор, Мисселина остановилась на пороге храма и улыбнулась чародейке, что только что спешилась и переговаривалась с Нэннеке. Обратив внимание на ведьмачку, Йеннифер быстро кивнула матери-настоятельнице. Последняя быстро отправилась прочь со двора, и Мисселина подбежала к чародейке и крепко обняла ту.
— Йеннифер!
— Ау! Ну что ты творишь, господи! — зашипела Йен, освобождаясь из хватки Мисселины. Схватив ту за плечи, женщина поставила ведьмачку перед собой, и, облегчённо вздохнув улыбнулась. — И я тебя рада видеть, Мисселина.
Девушка почувствовала, как губы расползаются в улыбке пошире. Йеннифер из Венгерберга была самой любимой из всех чародеек, которых Мисселина встречала на своём пути. Хотя она и обладала противным характером, и была вредной, девушке она казалась чуть ли не идеалом, что могло показаться странным. Ведь некоторые знакомые Мисселины недоумевали, с чего Йен ей так симпатизирует.
— Не смотри на меня так, — прервала радостные раздумья ведьмачки чародейка. — Это пугает.
— Да я… я просто рада тебе, — покачала головой Мисселина. Йен пожала плечами и, поправив на плече дорожную сумку, приобняла девушку за плечи. Чародейка хмыкнула.
— Смотрю, пользуешься тем, что я тебе дала.
— Пользуюсь, — кивнула Мисселина, и Йеннифер гордо вскинула подбородок.
— Хорошо. Хорошо, потому что мы с тобой будем об этом говорить, — слегка понизив тон, ответила чародейка. Войдя в холл храма, Йен сняла руку с плечей Мисселины. — Ты пока иди к себе. Я разберу вещи, и навещу тебя.
Успев лишь кивнуть в ответ, Мисселина провела взглядом удаляющуюся Йеннифер. Затем, пожав плечами, девушка отправилась к себе.
Добравшись до своей комнаты, Мисселина вышла на небольшой балкончик, с которого открывался вид на сад. Девушка вздохнула, и присела на быльца, устремив свой взгляд вниз. Цири, кажется, и не заметила ухода сестры, продолжая весело играть с подругами. Мисселина мягко улыбнулась, облокотившись на стену за своей спиной.
Вдруг пепельноволосая девочка остановилась и, радостно похлопав в ладошки, отбежала от подружек навстречу кому-то. Этим кем-то оказался Эскель, который тут крепко обнял девочку, опустившись на здоровое колено. Мисселина почувствовала, как сердце ёкнуло в груди. А Цири, ещё раз обняв ведьмака за шею, указала наверх, прямо на балкончик Мисселины. Эскель обернулся и, слегка приподняв уголок рта, приподнял руку в приветственном жесте. Сжав губы в тонкую линию, девушка отвела взгляд.
— Любовь ушла, завяли помидоры? — спросила вошедшая Йен. В голосе чародейки прозвучала насмешка, но Мисселина решила пропустить это мимо ушей, и просто пожала плечами.
— Нет. Я просто не в настроении.
— Как скажешь, — Йеннифер присела на кресло, только что само по себе образовавшееся в воздухе, и сцепила пальцы в замок. — Ты выглядишь неспокойной.
— Не без причины, — ответила Мисселина, скрестив руки на груди.
— Тогда потрудись рассказать, — развела руками чародейка. — Ты же не думаешь, что мне охота лезть в твою головушку на ровном месте?
— Слушай, может, это ты без настроения? — усмехнулась Мисселина, на что Йен раздражённо отмахнулась. Ведьмачка фыркнула, и снова поглядела вниз - Эскеля в саду не было, а Цири продолжила играть, как ни в чём ни бывало. — Мне кажется, здесь небезопасно. В храме.
— С чего бы? — недоверчиво приподняла бровь Йен.
— С того, что одна из монахинь кажется мне подозрительной.
— Ох, нас уже паранойя одолевает? — хмыкнула чародейка.
— Йен, я же не просто так это говорю, — прервала последнюю Мисселина. Йеннифер покачала головой, и сложила руки на туловище, показывая свою готовность выслушать. — Сестра Игрэйн, она учит Цири… она не внушает мне доверия.
— Но ты просто чувствуешь, что эта женщина что-то скрывает? — Мисселина утвердительно кивнула, и Йен нахмурилась. — А медальон? Что он тебе говорит?
— Что… а впрочем, неважно, — покачала головой Мисселина. — Только он и говорит, если честно. И это… не знаю, как тебе объяснить.
Ведьмачка отмахнулась сама от себя. Хотя ей и было интересно, откуда Йеннифер знает про свойства подарка Трисс, Мисселина понимала, что не сейчас она будет об этом спрашивать. Девушка переместила руку на солнечное сплетение - туда, где лежала аквамариновая голова ласки. Затем обратила взгляд на Йен. Чародейка несколько секунд задумчиво качала головой, а потом протянула руку.
— Дай мне их.
— Кого - их? — опешила Мисселина.
— Медальон и кольцо, конечно же, — с явным раздражением ответила Йен.
Ведьмачка пожала плечами и, быстро сняв аквамариновую подвеску с шеи, а кольцо - с пальца, вложила их в ладонь Йен. Та повертела ласку перед глазами, рассматривая с лёгким прищуром. Закончив с первым амулетом, Йеннифер отдала его Мисселине.
— Ну что?
— Ничего. Я думаю, ты знаешь о свойствах этого кулона, — ведьмачка кивнула. Это было действительно так - медальон часто словно сам по себе подсказывал что делать.
Йеннифер тем временем рассматривала кольцо, то и дело сводя брови к переносице. Видимо, подарок тёти пришёлся Йен не по душе. Мисселина напряглась, когда чародейка провела пальцами по гравировке. И вдруг подбросила перстень в воздух, шепнув заклинание. Мисселина хотела было поймать предмет, но отдёрнула руку, когда кольцо остановилось на весу. Йеннифер щёлкнула пальцами - и вокруг перстня появилась причудливая золотая сфера. Ведьмачка почувствовала, как рот непроизвольно открывается в немом удивлении. Йен всплеснула ладонями.
— Ха! Я так и знала! — чародейка посмотрела на девушку. — Мисселина, скажи мне - чем ты думала, когда надевала его?
— Но… оно превращается в хлыст! — запротестовала ведьмачка. — Я не думала, что это кольцо…
— Вот именно! Ты не думала! — рявкнула Йеннифер. — А это колечко следит за тобой! Значит, следит и твоя тётушка! — Мисселина нахмурилась - к Йен был ещё один вопрос. А она, в свою очередь, сокрушённо покачала головой. — Ну ничего. Все мы совершаем ошибки.
— Постой! Хочешь сказать, Бьянка следит за мной? — развела руками Мисселина, и Йеннифер кивнула. — Но зачем?
— Мне откуда знать? — фыркнула чародейка. — Важно только одно: твоей тёте от тебя что-то нужно.
— В последний раз она сама меня выставила вон, — с раздражением бросила ведьмачка, вспоминая свою последнюю встречу с Бьянкой в Новиграде полтора года назад. — И потом, я не так уж ценна…
— Никогда не говори так о себе, — строго перебила девушку Йеннифер. Чародейка тяжело вздохнула. — Может, тебе будет неприятно это слышать… но если хочешь жить спокойно, избавься от кольца.
Мисселина вздохнула и снова посмотрела на перстень и сферу вокруг него. Кольцо преспокойно вертелось в воздухе, медленно, словно гипнотизирует. А золотое свечение вокруг него замерло, показывая все пути, пройденные Мисселиной. Девушка зажмурилась, облокотившись на стену. Зачем же Бьянке нужна именно она?
Или кто-то рядом с ней?
Ведьмачка взглянула на Цири - она о чём-то говорила с Ревеккой, сидя на изумрудной траве. Мисселина перевела взгляд на Йеннифер - та терпеливо ждала, пока девушка что-то скажет.
— Я могу оставить кольцо здесь? — спросила ведьмачка, ища глазами сестру Игрэйн. Йеннифер за её спиной фыркнула.
— В храме - нет. Но вот вне его стен…
— Хорошо, — Мисселина обернулась к чародейке. Коротко хмыкнув, девушка схватила перстень и сжала его в руке. Золотая сфера мигом испарилась, и Йен покачала головой.
— Знаешь, из тебя бы вышла отличная чародейка, — женщина улыбнулась, глядя на недоумевающую Мисселину. — Но думаю, ты уже ступила на этот путь.
— В каком смысле?
— Учишься. Понемногу, конечно… но я ещё никогда не видела, что такое отрывочное обучение усваивалось так хорошо, — Йеннифер улыбнулась по-доброму - она так делала редко, - и смахнула прядь волос с лица. — Мда… хороша во всём, неизменно добрая и не скучная одновременно… Ты настоящий ангелочек, Мисселина.
— Сама бы о себе так не сказала, — рассмеялась ведьмачка, на что Йен лишь отмахнулась.