Страница 58 из 85
Впрочем, бой мы, похоже, уже и так почти выиграли. Еще одна Свечка заткнула второй пулемет, и со стороны шато снова раздалась винтовочная трескотня: уцелевшие защитники принялись палить из окон, выгоняя немецких солдат прямо под мои Серпы.
– Я закончу здесь, князь! – Герцогиня взмахнула рукой, отправляя в полет очередное заклятье. – Помогите остальным. Кажется, у конюшни сейчас жарко!
Я не слишком-то хорошо представлял себе поместье – зато выстрелы слышал прекрасно. В саду и у стен шато пальба действительно уже почти стихла: похоже, солдаты лезли через ограду и отступали к дороге, пользуясь прикрытием зданий. И там их встречали то ли местные егеря, то ли охотники, вернувшиеся другим путем.
Вздохнув, я усилил плетение Лат и зашагал на шум. По той самой дороге, которой Жан-Поль с Жераром привезли нас утром. До самого поворота мне никто не встретился, но стоило заглянуть за угол, как моя магическая броня тут же застонала от пуль. Даже отступая, солдаты сохраняли какое-то подобие боевого порядка, и местным Одаренным приходилось несладко. Те наступали со стороны конюшни и гнали немцев через огороженное забором выкошенное поле… впрочем, гнали куда медленнее, чем мы с герцогиней.
Среди них не оказалось ни одного по-настоящему серьезного мага, а большинство и вовсе полагались на охотничьи ружья, а не не на родовой Дар. То ли уже исчерпали скромные резервы, то ли берегли остатки сил на Щиты.
Ничего, поможем.
Когда я хлестнул боевым пламенем наискосок через поле, сметая фигурки в сером, как щепки, до моих ушей донеслись радостные крики. Ободренные моим успехом местные будто обрели второе дыхание и принялись лупить по уцелевшим солдатам всем подряд.
– Они бегут! – заорал кто-то на французском. – Бегут, черт побери!
Я напоследок запустил вслед отступающим еще одну Свечку и замедлил шаг: отлавливать солдат по-одному на местных дорогах в мои обязанности явно не входило. Да и сил осталось не так уж много, чтобы тратить их на всякие глупости. В конце концов, где-то там еще был чертов менталист, который наверняка…
– Ты в порядке?!
Гижицкая повисла у меня на шее прежде, чем я успел сообразить, откуда она вообще взялась. Она где-то потеряла ружье и до крови расцарапала щеку – видимо, когда продиралась сквозь лес – но, похоже, была цела и невредима.
– Более-менее, – усмехнулся я, осторожно опуская ее обратно на землю. – А ты?..
– Хорошо! – Гижицкая тряхнула головой. – Знаешь, когда это все началось, я так испугалась, что тебя… Саша, берегись!!!
Ход еще действовал, и я крутанулся на пятках прежде, чем громыхнул выстрел. С такого расстояния крупная дробь наверняка проделала бы в моей спине изрядную дырку – но я успел закрыться Щитом. Невысокий полный господин в охотничьем костюме выстрелил еще раз, а потом отшвырнул опустевшее ружье…
И пошел на меня с голыми руками. Медленно, спотыкаясь и настолько неуклюже, что в любой другой обстановке это, пожалуй, выглядело бы смешно. Больше всего его движения напоминали трепыхание пойманной рыбы на леске – или конвульсии марионетки, попавшей в руки неумелого кукловода.
Но страшнее всего были его глаза – абсолютно пустые, без единого проблеска мысли, будто нарисованные на лице и ко всему прочему еще и разъехавшиеся в разные стороны. Господин шел ко мне без единого звука. Шаг, другой, третий… пока откуда-то сбоку не громыхнул выстрел, швырнувший его на землю.
У кого-из местных не выдержали нервы.
– Менталист! – прошипела Гижицкая, хватая меня за руку. – Я чувствую…
Когда она закрыла глаза, я едва успел подхватить обмякшее тело. Сам не удержался на ногах – только подставил колено, чтобы не плюхнуться на землю кулем.
– Что это?.. – простонал я.
– Он тут… Попался, сволочь! – Гижицкая бормотала едва слышно, вцепившись в меня так, что ногти впивались в кожу. – Сейчас я его, Саша… Сейчас!
Я мог только догадываться, что происходит. Загадочный враг, конечно же, отпустил сломанную игрушку – но тут же попытался ухватить новую… или сам угодил к той, кто умел сражаться его же оружием. Гижицкая запрокинула голову и больше не говорила ни слова – только шумно дышала. Ее глаза бешено двигались под закрытыми веками, будто во время тяжелого и страшного сна.
А я… я просто держал ставшее вдруг немыслимо тяжелым хрупкое тело. Изо всех сил – а что мне еще оставалось делать? Моего Дара оказалось явно недостаточно, чтобы последовать за Гижицкой туда, где она намертво сцепилась со страшным противником.
– Стой, скотина такая… Вот тебе, на! Саша…
Не открывая глаз, Гижицкая торжествующе улыбнулась – и вдруг с хрипом выгнулась так, что захрустел позвоночник. Распахнула рот то ли в беззвучном крике, то ли отчаянно пытаясь вдохнуть… но так и не смогла.
Я почти физически почувствовал, как у нее внутри что-то лопнуло перед тем, как по бледным щекам заструилась алая кровь, а тело снова обмякло, повиснув в моих руках безвольной тряпичной куклой. Чужая магия сломала Гижицкую – и сломала так, что оказались бессильными даже самые могучие из известных мне плетений.
Я полыхнул Даром, разом сжигая остатки резерва. Рванулся к немыслимо далекому Источнику, черпал из него обеими руками, залезая по локоть, пока в глазах не начало темнеть. Мощи, которую я вдохнул в неподвижное тело, хватило бы превратить в лужу расплавленного металла целый панцер… нет, целый “Бисмарк”!
Но и ее оказалось мало.
– Достаточно, князь, – раздался за моей спиной негромкий голос герцогини. – Вы уже ничем ей не поможете.