Страница 37 из 52
— Гадюка?!..
Вик поднял взгляд такой холодный, что все мы поневоле захлебнулись этим словом. Он примерился, взвесив метлу в руке. Перевернул её прутьями вверх и самой палкой — вниз…
так спокойно, словно таракана давил.
Гадюка волновалась и шипела то тише, то громче, как вдруг Вик ловко ткнул её черенком в основание шеи и крепко прижал к одеялу. Я выпучила глаза, другие девчонки восторженно зашептались: поймал! Змея злилась и плескала телом по ткани, хвост громко бил о прутья железной койки, но вырваться она никак не могла. Вик, удерживая её метлой, плавно приблизился сзади и вдруг прихватил без перчатки или тряпки — или что там нужно при ловле змей? — прямо голой рукой в местах сочленения челюстей, отчего змея распахнула пасть и забила хвостом уже в воздухе. Вик поднял её на вытянутой руке, и мы прекрасно рассмотрели её длинные острые зубы и немалую длину тела. От вида такой твари — как и от мысли, что подобная может прятаться вот так в кровати одной из нас — меня передёрнуло.
— А теперь вынесите её куда-нибудь подальше от лагеря, — дрожащим голосом, но всё же пытаясь совладать с собой, сказала мисс Бишоп. Вик усмехнулся.
— С-смысл? У неё здесь наверняка поблизости г-гнездо. Его нужно найти и разрыть, — и он обвёл нас всех глазами. — А вы п-проверьте сегодня свои кровати, перетряхните подушки и одеяла. И вообще, на природе имейте п-привычку делать так каждый раз прежде, чем лечь. Хорошо?
Он говорил ровным тоном, а мы как зачарованные пялились на это чёртово индейское божество в расстёгнутой рубашке, и я возблагодарила богов, что он хотя бы догадался её накинуть. Судя по восторженным лицам девушек, без рубашки его порвали бы прямо тут на сувениры.
— Хорошо, мистер Крейн, — отозвались мы едва не хором, и он кивнул и вышел молча из домика. Следом за ним отлипла от стены мисс Бишоп и громко прочистила горло.
— Все слышали, что он сказал? — строго нахмурилась она, уже взяв себя в руки и снова овладев ситуацией. Девчонки зашептались и защебетали, улыбаясь. — Ничего смешного, Дафна! Ничего смешного! Чтоб все сегодня же проверили своё постельное бельё и вещи тоже!
Она тоже вышла из домика, и мы разразились, сами того не ожидая, громким хохотом. Хохотали буквально все, до слёз — даже Джесси Пайнс, по чьей вине всё и произошло. Наверно, сказывалась усталость — вчера мы здесь всё мыли и драили, размещались и приводили себя и домик в порядок… а ещё стресс: мы здорово напугались этой чёртовой змеи.
И вроде бы все подуспокоились, как вдруг Элис Бривз громко сказала, поправив бретельку пижамы на шоколадном плече:
— Джесси, а давай назавтра опять к тебе подкинем змею, только, например, когда он будет душ принимать. А то что это за ерунда… шорты какие-то…
У нас снова случилась истерика, и ржали мы как бешеные, утирая слёзы с мокрых щёк. Вот так прошло наше первое утро в лагере Паканак.
Он оказался достаточно заброшенным, чтобы попотеть нам с тряпками и метёлками над домиками, а парням с лопатами и граблями — над территорией. Весь первый день мы старательно наводили чистоту, ропща и недовольно кривя лица: ну как же, мы сюда отдыхать приехали! Но мисс Бишоп и Вик нам поблажек не давали и работали сами не покладая рук. Вик и Бен Стилнер часа на полтора спрятались ото всех в каком-то внушительного вида сарае, где, ругаясь на генератор, чинили его на пару, вернувшись с чумазыми руками до локтей, но очень довольными.
Зато сегодня с удовольствием мы проснулись в чистом домике и поняли, высыпав наружу, как же легко здесь дышится. Воздух такой чистый и прозрачный, что прямо тает прохладным паром…
Мальчишкам уже было очень интересно, что такого случилось утром, так что не прошло и пяти минут, как они подошли к нам, и все вместе мы, как и положено было, отправились на завтрак в столовую. Стив тут же подошёл к нам с Дафной и обнял обеих за плечи, становясь в центр: он был в бриджах и майке без рукавов, открывающей неожиданно внушительную мускулатуру.
— Доброе утро, — буркнула я, потирая нос ладонью.
— Доброе, — улыбнулся он, тихонько притянув меня за шею к себе и чмокнув в висок, — что за шум вы подняли?
— У Джесси Пайнс в кровати была гадюка, — скривила рожицу Дафна, тряхнув светлыми волосами.
— А Вик…тор её поймал, — добавила я, вдруг замечая неодобрительный усталый взгляд Стива. — Представляешь, голыми руками!
— Ну всё, — усмехнулся он, — точно — скаут года. Крокодил Данди…
Дафна покосилась на него и фыркнула:
— Завидуй молча, он прекрасен. У меня вообще в последнее время кардинально поменялось мнение о Крейне. Он оказался неплохим мужиком, к тому же, — и она ехидно ущипнула меня за бок, перегнувшись через Стива, — очень нравится Лесли.
— Неправда! — залилась я поневоле румянцем.
— А вот и правда! — расхохоталась она, не замечая, как лицо Стивена становится всё более и более недовольным. — Ты бы видела себя, пока он ловил змею. Такая масляная у тебя была физиономия…
За это Дафна схлопотала по лбу, и я, найдя себя достаточно отмщённой, перехватила руку Стива, покачивая ею и ускоряясь. Дафна рассмеялась нам вслед:
— Идите-идите! Голубки!
Протоптанная дорожка вела по пролеску, и мы быстро добрались до столовой, однако всю дорогу Стив почему-то молчал. Я думала, что мы спокойно поболтаем, потому что настроение у меня было очень хорошее — но Стив угрюмо насупился и шёл, на меня не глядя, а отвернувшись в сторону. Господи, ну он же не из-за слов Дафны, правда? Я глупо улыбнулась и дёрнула его за руку:
— Ты только не говори, что злишься на меня, ревнуешь или что-то типа того, — заметила я, собирая волосы рукой в хвост и тут же отпуская от неожиданности, потом что Стив ответил:
— А сама как думаешь?..
Удивило ли это меня? Ну ещё бы. Я пожала плечами и вдруг сухо, даже сама того не замечая, сказала:
— И в чём же причина?
— Ну как, — Стив недовольно закатил глаза и провёл по волосам рукой быстрым, раздражённым жестом. — Кому понравится, когда твоя девушка пялится на чужого мужчину? Да ещё и поёт ему восторженные дифирамбы?
Я задохнулась, толкнув его в плечо:
— Так, Стиви, давай разъясним, во-первых. Две недели вместе погулять — не значит, что я стала твоей девушкой, с чего? — я озорно улыбнулась. — Мы в конце концов даже не целовались.
— В щёку? — вскинул он брови, улыбнувшись в ответ и начав заметно расслабляться.
— Не считается! — парировала я.
— Так это можно изменить хоть сейчас, — вдруг заявил Стив и подхватил меня за талию, крепко прижав к себе и потянувшись за поцелуем. Я взвизгнула, упёрлась руками ему в грудь, старательно уворачиваясь, отчего мы остановились: с цоканьем языками и улыбками, нас обошли по дорожке, оставив наедине.
Стив со смехом отпустил меня, и мы поплелись за остальными, наслаждаясь ласковым солнышком сквозь древесные кроны; крепко держались за руки, радуясь дню, ни о чем не думая и любуясь лесом. В этот момент мне на самом деле захотелось представить, что мы со Стивом — пара. Но что-то скребло в глубине души, не позволяло так думать, и когда мы приблизились к одноэтажному домику, где и располагалась столовая, я поняла, что именно мешало.
Вик сидел без рубашки на срубленном пеньке, напротив него — средних лет полная женщина с большой бутылкой в руке и бинтом. Я выскользнула из руки Стива и не думая подбежала к мужчине, касаясь его плеча:
— Что такое?!
Только тогда мой взгляд упал на левую руку — и я вздрогнула: кожа пожелтела, на ней образовался мокрый струп, который женщина старательно поливала прямо из бутыли.
Я внимательно посмотрела на Вика:
— Так что произошло?
— Д-да ерунда, — торопливо сказал он, — облился.
— Кто-то оставил бутылку с кислотой на верхней полке у генератора, — хмуро сказала женщина в поварском фартуке, — в столовой выключился свет, и батюшки, смотрю — он идет из домика и плечо аж дымится!
Спохватившись, она передала бутылку мне и заявила: