Hunters and Victims

Джесси вышла в пустой школьный коридор. Практически все ученики разошлись по домам: те, кто остался, были либо в библиотеке, либо на дополнительных занятиях. Сейчас в школе было так тихо, что девушка даже улыбнулась с наслаждением. Она так устала от бесконечного бубнежа и оскорблений.

Джесси шла мимо мужской раздевалки, откуда уже давно должны были выйти все парни — их тренер отпустил гораздо раньше — и застыла, услышав странные глухие звуки, похожие на удары.

Что это?

Она остановилась и робко замялась. Благоразумие подсказывало идти дальше прямо до дома, сунув наушники в уши и включив музыку на полную громкость. Но вместо этого Джесси убрала рукой назад жидкие русые волосы, слипшиеся на потном лбу, и вслушалась ещё.

— Грёбаный ублюдок. Ты вообще здесь нет никто. Чего ты лезешь не в своё дело? — прошипел некто.

— Каждая шваль будет указывать, что мне делать, а что нет?! — девушка вздрогнула и невольно закусила губу. Второй голос Джесс знает: это Джонни Палмер. Она вздрогнула и затаилась за дверью. — Это твоя работа, прибирать за нами дерьмо, вот и не вякай.

— Д-да я буду в-вякать. П-потому что н-надо же из в-вас д-делать людей… хоть кому-то… р-раз родителям вы на… — тяжёлый вздох, точно слова человек выдавливал с трудом. — … нахрен не сдались.

И снова удар. Кулак глухо сшибся о тело, затем ударил снова и снова. Кто-то застонал.

Джесс закусила губу и отступила назад: по-хорошему, нужно бежать за охраной, но что из этого будет? Пока она доберётся до вестибюля, парни уже закончат своё дело и просто покинут раздевалку. Да и Джонни… если всё же охрана подоспеет, что с ним будет?

Его накажут? Исключат? А если он узнает, что это Джесси стуканула руководству, что будет тогда?

Её ладони вспотели: она вонзилась в них ногтями, пока не стало больно, и плотно сжала руки в кулаки, слушая, как за наполовину прикрытой дверью в мужскую раздевалку несколько человек старательно отделывают одного.

— Нищеброд!.. Сука…

— Ублюдок долбаный. Сам напросился!

После особенно громкого удара что-то грохнуло: тогда Джесси расхрабрилась, хотя ладони вспотели, а угри на лице словно даже сильнее раскраснелись; подошла ближе и всмотрелась в узкую полоску двери, тут же схлынув с лица.

Один из парней, Чед Лоуренс, держал за шиворот школьного уборщика. Он уже стянул с молодого мужчины капюшон толстовки, обхватил другой рукой поперёк груди так, что тому точно не вырваться; Джесси взглянула на мистера Крейна и побледнела ещё больше от вида крови. Лицо у него разбито, над бровью ссадина, на скуле вот-вот расцветёт фиолетовый цветок.

— Убираешь ты дерьмо, так убирай молча, мудак! — Джонни мощно ударил Крейна в живот коленом: выше и плечистее, он долго ходил на джиу-джитсу и точно знал, как и куда бить. В ответ услышал лишь сдавленные охи-выдохи через стиснутые зубы.

Ещё два коротких удара. Стив Барнс стоит у зеркала и качает головой, не вмешиваясь, но и не избивая. Он вообще смотрит в телефон и делает вид, что это его не касается.

Когда Джонни прекращает бить и презрительно кидает на Крейна взгляд, как на ничтожество, он не ожидает от того ответа:

— Г-главное д-дерьмо с-стоит прямо передо мной, — процедил он и сощурил светлые глаза. — М-маменькины сыночки. Только и м-можете что г-гадить. Кто дал вам п-право…

Но он не договорил. Чед со всей силы швырнул его лицом о стальные шкафчики, разжимая руки. Уборщик едва притормозил падение, ухватившись за острый металлический край дверцы рукой и заодно раня её, но всё же успел удариться, да так, что из рассечённого об решётку вентиляции лба потекла тоненькая струйка крови.

От неожиданности Джесси вздрогнула слишком громко: парни тут же повернулись к двери. На лице Стива появилось странное выражение — чёрт возьми, а ЭТА сюда зачем припёрлась?!

Она отпрянула от двери и попятилась назад, но было слишком поздно: Джонни уже пошёл навстречу.

— Мы же просили постоять на стрёме, — нервно выговаривал Чед Стиву.

— Я дожидаюсь, когда Джонни-придурок выпустит пар, — холодно ответил тот. — Но в этом не участвую.

Однако обоих заставил заткнуться странный смех. Уборщик разогнулся, упёрся в колено рукой, пачкая кровью спортивные штаны. Поправил чёрную короткую шапку на голове.

— Уже у-участвуешь, п-парень, — с неприкрытой ненавистью усмехнулся вдруг он, выпрямился и вытер рукавом толстовки лицо. А после со стальным грохотом хлопнул дверцей шкафчика, закрывая её. Ребята заметили, что изнутри на дверцу был наклеен постер с голой девушкой: она зазывно улыбалась и блестела шоколадной кожей, изогнувшись в привлекательной позе. Однако поверх была наклеена распечатка двух целующихся парней: и, сказать честно, это было куда горячее, чем обнажённая модель, приподнявшая волосы так, что груди с кофейными крупными сосками выпятились вперёд. Стив ещё подумал, что весь этот коллаж выглядит как-то странно, прежде, чем покрылся мурашками от холодных слов Крейна. — Это так и называется, д-детки: с-соучастие.

— Завались! — огрызнулся Джонни, оборачиваясь. Третий парень, Джек МакГрубер, коротко стриженый шатен, молча поигрывал перочинным ножом у стены. Лезвие так и блестело в длинных пальцах, когда Джонни сам шагнул за дверь и втащил в раздевалку Джесси.

Напуганную, шмыгнувшую носом, потную, ту самую — неудачницу Джесси. Смуглое лицо уборщика вытянулось, он дёрнулся вперёд так, что резиновые подошвы кед скрипнули по полу, но Чед и Джек остановили его — и толкнули назад, заслонив собой Палмера.

— Д-девочку не надо, — тихо произнёс сотрудник.

— Не надо куда? — усмехнулся издевательски Джонни. — В ротик или в дырочку?

Он навис над Джесси, хищно оскалился. Русые волосы, почти того же сероватого оттенка, что у неё самой, упали ему на глаза, и вдруг ей показалось, что они невероятно друг на друга похожи. Это открытие заставило её обомлеть.

— Ну что, Джесси-гёрл, — он прищурил зелёные глаза, чмокнул красивыми пухлыми губами. Девушка робко опустила взгляд… и подняла снова, чувствуя сейчас, в совсем неподходящее время, то самое, что так не одобряла её мать-мормонка. Так близко она никогда рядом с ним не была, а теперь может разглядеть каждую веснушку на коже. — Что же ты здесь забыла? Мимо проходила?.. Так и шла бы дальше.

Он вдруг поднял руку и медленно отвёл прядку волос от её лица, нарочито заботливо заправил за ухо. Джесс громко сглотнула: спину прошибло пóтом… А Джонни требовательно протянул руку к друзьям, и тотчас Джек, его друг и подельник во многих делишках, парень, с которым они не раз в детстве топили котят и царапали машины на парковках, уверенно вложил в его ладонь сложенный нож.

Тихо чиркнув, из костяной, коричневой складной ручки показалось серебристое лезвие. Джонни с улыбкой провёл им по собственной скуле, словно бреясь… крепко стиснул локоть Джесси, замершей, как кролик перед удавом, и приложил вдруг нож к её шее. Джесси совсем замолчала, не стало слышно даже дыхания.

— Да что вы т-творите такое, ч-чёрт бы вас побрал! — закричал Крейн, разбивая тишину.

Его грубо толкнули в грудь: Джек не дал ему и шагу сделать, однако уловил, что в голубых глазах вспыхнула странная, неконтролируемая ярость.

Короткий удар в плечо — и Джек изумлённо отступил, но не сдался. Стив выпрямился:

— Хватит. Перестаньте. Мистер Крейн, ну вы же старше. Остановитесь сами!

Но они, примерившись друг к другу, оскалились и замерли на миг, точно присматриваясь — а затем Джек попытался нанести удар кулаком в шею. Крейн коротко отбил руку в сторону, потом ухватил запястье в захват и вывернул крепкую руку парня. Джек даже вскрикнул.

— Больно, сукин сын!

— Ах ты дьявол!.. — Чед поспешил было другу на помощь, но не думал, что получит хорошего пинка ногой в живот, и согнулся, обрушивая ругань на уборщика. Стоило ему это сделать, как Крейн, удерживая за вывернутую руку Джека — и повернув его к себе спиной — врезал Чеду в челюсть коленом.

Парень болезненно замычал, хватаясь за лицо и отползая к шкафчикам. Стив покачал головой.