Страница 12 из 52
Говорят, если хочешь сделать жизнь лучше, нужно освободиться от всего ненужного?
Рука легла на чёрные локоны на затылке. Крепко сжала копну в кулаке, сильно дёрнув в сторону мотнувшуюся голову. Даже с вырезанным языком, она пыталась что-то предложить ему, чтобы выжить. Умоляюще скребла кончиками пальцев, хотя руки и были связаны, по его бедру. Пыталась откупиться. Одним словом, тварь.
Он потёр больное плечо и устало поморщился… До того момента, как в дело влезла блондинка, которую вчера он за дело и прирезал, всё шло как надо. Он по глазам её видел: эта догадалась или видела что-то. А когда назначила встречу с Лесли…
Рану Крик переложил и перебинтовал, сам вынул пулю — вон она, лежит в пепельнице, всё равно ею никто не пользуется… так пусть останется как сувенир.
Уже завтра он опять выйдет на охоту, ведь обещания, даже неприятные, следует выполнять.
====== А вот и Джонни ======
Комментарий к А вот и Джонни Change (In The House of Flies) / Deftones
— Откуда столько репортёров?..
Холод кусал за щёки и лип седым туманом к пальцам; промозглое утро выдалось таким, что хотелось спрятаться по самый нос под тёплое одеяло и провести утро в благостной дремоте. Не то что сейчас — стоять в толпе ребят и выдыхать холодный пар изо рта безо всякой надежды на то, чтобы согреться. В школу пока никого не впускали: любопытных учеников отгоняли от двери, возле которой давал интервью директор Деверо.
Я чертыхнулась и запахнула воротник куртки. Дафна рядом тоже сунула руки в карманы и нахохлилась, точно птица.
Полицейские машины здесь были ещё с ночи, а следом за ними подтянулись и фургоны с логотипами телеканалов. Весь двор и вся лужайка были заставлены, учителя ходили одновременно растерянными и сердитыми, некоторые ученики дурачились и норовили попасть в объективы телекамер, пока операторы их настраивали. Да, в новостных сводках штата Вудсборо точно засветится…
— Сумасшествие, — фыркнула Дафна и поправила сумку на плече. — Всё, что они делают — устраивают столпотворение и никому не нужный шум. К чему?! Следствию это точно не поможет, только спугнёт убийцу. Идиоты…
— Так жертв уже семь, — напомнил Энтони. — И не похоже, чтобы этот ублюдок кого-то боялся, тем более — огласки.
Он был во вчерашнем, потому что ночевал у нас дома и не успел заскочить по дороге к себе, как изначально планировал. Пришлось из исключительно дружеских чувств делиться с ним дезодорантом, так что Энтони всю дорогу шутил, что будет пахнуть «энергией океана». — Считаешь, это не повод для шума? Три убийства за один вечер?
— Просто убийце это может быть вполне на руку.
— Да с чего? — хмыкнул Энтони. — Он сейчас наоборот должен затаиться, потому что действовать при такой огласке уже гораздо труднее, чем если бы всё замалчивали.
Они спорили и препирались, каждый настаивая на своём. Я же задумалась: три убийства… когда он успел? Почему напал именно на этих людей? Почему прежде его жертвами становились лишь школьники, ну а теперь их список пополнил учитель биологии? Есть ли в цепочке его убийств определённая логика? Наверняка есть, только я её пока не вижу, как и полиция.
Если говорить о маньяках, так очень часто у них есть свой определённый тип жертвы. Взять хотя бы Теда Банди: я вспомнила один неплохой фильм про него. Маньяку перед смертной казнью на дознании называли определённое количество жертв, подсовывали бумаги со списком из тридцати четырёх имён и спрашивали, насколько он соответствует действительности. «Добавьте к этим цифрам ещё одну впереди» — заявил им Банди с улыбкой. Намекнув, что количество жертв исчислялось сотнями, всё равно отказался показывать, где лежат их тела — не потому, что боялся справедливого правосудия. Просто испытывал, как утверждали, чувство ревности к тому, что останки увидит кто-то кроме него.
В голове помутилось. Неужели здесь орудует такой же психопат?
Но если и так, согласно какой логике он выбирает жертв? Все они — разных полов, внешности, телосложения. По какому принципу выбирает, кого убить?
Взгляд медленно скользил по людям, в голове набатом бились тяжёлые мысли: отчего-то я ощущала сопричастность к случившемуся, может, ещё не отойдя от вчерашнего. В любом случае, уже дважды рука, несущая смерть, меня минула — и это ещё одна загадка. Почему?
Вдруг из толпы я выцепила глазами Дэрила, стоявшего возле бюста городского мецената, Эдриана Мэнсона. Офицер разговаривал, активно жестикулируя, со школьным уборщиком, а тот кивал ему в ответ, опершись на уличную метлу.
Дэрил! Меня осенило. Вот он-то мне и нужен. Вчера он исчез так внезапно из-за убийства мистера Пайка, но я хочу спросить, как движется расследование. Вряд ли он расскажет хоть что-то новое, но попытать удачу стоит…
— Ребята, — я коснулась плеча Энтони, привлекая к себе его внимание и ненароком прерывая спорщиков. — Я на минуту отойду, хорошо? Не ждите меня. Встретимся уже на занятиях.
Пробиться через такую толпень — это, хочу вам сказать, неблагодарное занятие. Школьники топтались на месте: полиция их активно разгоняла, они не менее активно отказывались уходить, слоняясь по лужайке. На лицах некоторых я видела кривые улыбки: странная реакция на смерти одноклассников, как по мне… но что с них взять? Многие — дураки дураками: пытаются заглянуть в объективы, обсуждают убийства и сколачиваются в шумные воробьиные стайки. Кругом голоса и смех.
Я торопливо шла к Дэрилу, боясь, что он вполне может уйти по своим делам, и была от него уже шагах в десяти, когда вдруг за локоть меня кто-то поймал. От неожиданности сердце в груди инстинктивно замерло, и я резко обернулась и рванулась вперёд, готовая в случае чего громко кричать…
— Эй, — Стив округлил глаза, осторожно отпуская меня и убирая руку. — Ты чего, Лесли? У тебя всё в порядке?
Видимо, я выглядела такой напуганной, что он тут же сам переменился в лице.
— Прости… — промолвил Стив, ероша рукой тёмные волнистые волосы, спускавшиеся на смуглую шею завитками. — Не хотел тебя напугать, просто увидел — бежишь куда-то, и решил подойти.
— Всё нормально…
На нём была куртка футбольной команды Школы Вудсборо: эмблема, рычащая красная пума, таращила с широкого плеча янтарно-жёлтые глаза. Стив был на целую голову меня выше и значительно крупнее, так что пришлось поднять подбородок, разговаривая с ним.
И вдруг виски прострелило: а какой комплекции убийца?..
Я прищурилась и прикинула, окинув парня взглядом.
Маньяк был достаточно высоким и мускулистым, чтобы принять его за спортсмена: да хотя бы того же игрока в американский футбол. От этой мысли холодный пот пробрал до загривка.
Какой комплекции был убийца? Да примерно такой же.
Когда он пробрался ко мне в дом или бил ножом Дрю, мозг не фокусировался на деталях, а выхватил образ целиком, так что я сразу сообщила полиции: это был довольно рослый мужчина крепкого, спортивного телосложения.
Неосознанно, я взглянула теперь на Стива совсем иначе, и в горле поднялся липкий страх, хотя рассудок твердил обратное. Теперь что же, бояться всех высоких спортсменов?.. Абсурд. Но попробуй скажи это своему подсознанию и сердцу, испуганно застучавшему в груди.
— Лесли? — снова мягко позвал Стив, отвлекая меня от размышлений. И его голос мигом упал, стал тихим и глухим. — Я слышал, ты была вчера с Дрю в парке. Получается, всё случилось у тебя на глазах…
Глядя ему в лицо, я понимаю, что смерть подруги больно ударила по парню, и, хотя он пытался держаться молодцом и вёл себя непринуждённо, боль так и сквозила во взгляде.
— Да, — тихо кивнула я.
Другие слова здесь излишни, но в этом коротком «да» заключено одно из самых страшных воспоминаний в моей жизни: её белые волосы, намотанные на кулак. Рвущийся из горла сдавленный крик, страх и паника в глазах — и лезвие, блеснувшее перед тем, как вонзиться в высокую грудь. Оно вошло почти по рукоять и показалось снова, но уже обагрённым. Кровь медленно расползлась алыми пятнами по белой кофте…