Unpurified

— Вздор! Ничего вы не знаете! — кричал охранник, как будто отчаянно пытался оправдать себя и каждого пленного. — Они все участвовали в этом! Те, кто не избивал, те просто смотрели, слушали и ничего не пытались сделать! Помяните моё слово, вы берёте под свой кров малолетних убийц и просто неблагодарных тварей! Они сломили всех, кто заботился о них! Не только господина Феликсатуса, многие порядочные учителя ушли, потому что не хотели больше работать с ними!

— Поэтому Феликсатус стал нанимать садистов, практикующих насилие над детьми? — презрительно ответил Шедоу.

— Вы не имеете права винить его в этом после всего, что он пережил. — желчно сказал Аезон. — Вы — никто. Просто случайный прохожий, ничего не знающий!

— …Нет, сегодня я стану вашим судьёй. — с железным спокойствием отозвался Шедоу и, захлопнув дверь, запер своих пленников. Он старался не слушать летящие сквозь все стены и двери яростные слова:

«Они сломят и вас, не сомневайтесь!»

Важнейший выбор дня теперь терзал разум Шедоу: казнить или пощадить вольных и невольных соучастников мерзкого преступления? ...

Впервые за долгое время Фраджил испытывала нечто подобное: она не могла справится с переполнявшими её радостью и облегчением, в то время как не все горести ещё были оставлены позади. Острая скорбь по матери вовсе не покинула сердца, но сейчас, пройдя за один этот день через особенно мощный водоворот боли, девочка с гордостью почувствовала себя способной предаться в сию минуту счастливой надежде и отложить горе на более поздний час.

Почему-то Найт встретил бойкость и заверения Фраджил в защите растерянно и робко. Ликование мальчика по поводу спасения было каким-то отстранённым, будто он никак не мог прийти в себя после пережитого кошмара. Друг его, Райан, ненамного сильнее позволил себе отдаться победному упоению.

Несмотря на продолжительные противления Фраджил оставлять любимого друга, Найт в конце концов уговорил её выйти во двор и узнать, что Шедоу, голос которого он сразу узнал, хочет им сообщить. Райан как-то невесело пошутил с заумным словом, что «таинственный спасатель похоже совершил узурпацию в Стрейсолсе». Вспомнив, что Шедоу сделал в кабинете директора Фраджил помрачнела, но решила ничего не рассказывать. Райан и так выглядел излишне предубеждённым против спасителя.

Как только девочка вышла из кабинета медсестры кто-то внезапно крепко поймал её шершавой хваткой за руку. Это был Райан.

И когда он успел выйти за ней?

— Слушай, мне есть что сказать. — сухо, с неприязнью в глазах говорил он. — Я понял, что Найта покалечили сегодня из-за тебя. Я бы много чего высказал, а, может, и сделал бы за это…но вышло, что ты сама, вроде как, и спасла нас. Так что …наверное, я должен сказать спасибо. Это не значит, что мы теперь друзья. Ты по-прежнему противна мне…Я не прощу за то, что пришлось из-за тебя пережить Найту. — глаза Райана загорелись яростью, и он продолжил. — И знай, если подобное произойдёт когда-нибудь ещё раз, если я узнаю, что ты опять используешь его как живой щит, то ты за это ответишь! Понятно?

— Я же сказала, что хочу защитить Найта! И я ни за что не позволю ему больше жертвовать собой ради меня. — твёрдо ответила Фраджил.

— Посмотрим…— хмуро ответил Райан, и больше не говоря ни слова, вернулся в кабинет медсестры.

В душе остались тяжёлые впечатления после разговора с юношей, но всё же девочка постаралась воспрянуть духом и продолжила идти к выходу.

Маленькая демонесса переживала встретить либо кого-то из учителей, избивающих детей, которые рвались наружу, либо горы трупов. Но к большому собственному удивлению и облегчению коридоры были чисты и спокойны. Только воспитанники приюта с робостью и недоверием направлялись к выходу, как прожившие всю жизнь в клетке животные, которых собирались выпустить на свободу.

Никогда ещё свежий воздух и ветер, бьющий в лицо, не наполняли таким воодушевлением лёгкие Фраджил.

А каково ещё будет за оградой!

Девочка изумлённо заморгала, увидев, что страшные, некогда бездвижные, как виделось из окон, ворота были действительно открыты.

Это не сон! Они правда все свободны!

Между распахнутыми воротами и детьми, у каждого из которых перехватило дыхание, стоял Шедоу. В руках его что-то было. На вид это было похоже на толстую стопку документов.

А затем он начал говорить. Стройным, ободряющим и вселяющим уверенность голосом.

От объявших её со всех сторон чувств счастья, изумления, свободы и растерянности Фраджил не смогла следить за словами Шедоу и улавливала сказанное лишь отрывочно.

Он называл имена и просил их обладателей подойти к нему. Ничего не понимая, дети, подходили к нему по очереди и что-то получали. Словно какую-то награду, которую они заслужили, но никак не догадывались за что.

И тут прозвучало имя Фраджил. Девочку бросало то в жар, то в холод от восторженного волнения, и она медленно пошла вперёд.

Шедоу дал непонятную «награду» и ей. «Пропуск в жизнь» — так он сказал.

Дело оставалось лишь за одним: решить отправиться ли Фраджил жить самостоятельной жизнью, воспользовавшись самой необходимой поддержкой Шедоу, или же остаться с ним, полностью под его опекой.

Это был сложный выбор. Но девочка уже решила всё в своём сердце. Ласково примкнув к груди молодого демона, она прошептала: «…с тобой, папа.»

Шедоу не выглядел во много раз старше Фраджил и, по правде сказать, никак не мог по возрасту годиться ей в отцы. Но маленькая демонесса всей душой желала, чтобы именно этот молодой мужчина стал для неё новым родителем. И совсем неважно, если он снова будет у Фраджил один.

Не все решающие выборы были сделаны. Ещё было неизвестно, что захочет выбрать Найт и его друг Райан.

Но даже если пути их здесь разойдутся, для Фраджил это вовсе не станет новым прыжком в отчаяние и сомнения. Связи не будут утрачены, сильные чувства не потушат никакие расстояния и преграды, и надежда под руку с верой вновь засияют на небе.

Дышать теперь можно более чистым, а не спёртым от пыли и вредных химикатов воздухом.

Ощутив сильный подъём в душе, Фраджил увидела нечто маленькое в форме кристального осколка, светившегося розовым цветом над её грудью. Форма её души. Миг значительного уединения создания с самим собой. Верный пути к самопознанию.

Свершилось долгожданное возвращение к истинной жизни. И начало жизни новой, возможно всё-ещё тяжёлой, страшной и в чём-то непостижимой.

Но жизни.

Той, в которую Фраджил собиралась войти, используя все свои силы, чтобы выжить и быть счастливой.

====== Глава 5. Ускользающий сон. Часть 1 ======

Несмотря на основательные перемены, сопровождавшие правления нового повелителя, глубокие раны, оставленные Каллистусом, не заживали быстро. Не все выжившие жертвы Кровавого Тенилвура готовы были, сбросив оковы, вернуться к мирному, не запятнанному насилием, течению жизни. Для некоторых боль, нанесённая великим извергом, была и вовсе слишком непомерна, чтобы когда-нибудь прекратиться и оставить их в покое. И с ней вся дальнейшая непрочная жизнь несчастных созданий сводилась к отчаянному поиску пути утоления страданий.

— Флорин! — Андре пропел это невыносимо манящим и душещипательным голосом, который распространился по всей роскошной столовой со стенами, покрытыми золотым ажуром. Кажется, бархатные шторы даже слегка всколыхнулись, подобно юбкам светских кокеток, поддуваемым лёгким ветром. Чувства были так прекрасно преподнесены, что Андре был готов поверить сам себе. На глаза почти непроизвольно навернулись слёзы.

— Нет! Нет! Нет! Нельзя! Это неправильно! — взвизгивала от страха и возбуждения Флорин, отстраняясь и едва не прячась за изысканными стульями с высокими мягкими спинками.

— Твой отказ убьёт меня! Я не смогу жить без тебя, Флорин!

— Я не могу! Не могу так поступить с Лионом! — с видом затравленного хищника красивая демонесса отбежала назад.