Страница 52 из 93
— …также я хочу взять под опеку ребёнка, которого вы сейчас держите в морозильнике.
Ручка выпала из руки ошарашено застывшего Феликсатуса.
«Что это, чёрт возьми, значит! Как этот проходимец об этом узнал! Это же невозможно! Может он просто разыгрывает меня…А что если…Нет…Не мог же он всерьёз припереться из самого «Центра» и притвориться каким-то работорговцем, садистом, извращенцем или кого этот ненормальны там вообще пытался изобразить!»
— О чём вы говорите? — вымолвил первую пришедшую в голову фразу Феликсатус, стараясь как можно сильнее выразить недоумение на лице.
— Именно о том, о чём я сказал. Я знаю, что сегодня днём вы заперли в морозильнике некого мальчика, за крайне плохое, в вашем понимании, поведение. Вполне возможно вы наказали и не одного ребёнка. Если так, то его тоже…
— …Господин…я не понимаю, что внушило вам эти абсурдные мысли…Если что-то вам наговорил кто-то из детишек, то это, разумеется, всего лишь глупые выдумки. Сами посудите, можно ли ожидать честности в их состоянии?
— Я сделал выводы и раньше, из собственных наблюдений. Даже с вашим наигранным добродушием и воздержанием в моей присутствии, скотское отношение к детям видно насквозь!
— Богиня, Богиня…— ворчливо пробормотал Феликсатус. — Не пойму, что в нашем отношении к детям вам показалось неприемлемым?
— Всё, что вы делаете — это мучаете и убиваете их! — внезапно гневно прокричал Шедоу, ударив кулаками по столу. Несколько стопок документов взлетели вверх и пустились врассыпную. Полноценно напуганный поведением молодого демона, Феликсатус первые несколько секунд не посмел пошевелится и пытаться поймать разлетающиеся по комнате бумаги.
— Я не сомневаюсь в том, что я видел и слышал. — процедил Шедоу. — Сейчас же отдайте мне ключи от морозильника или я…!
— Вы сумасшедший! — директор отскочил от стола, прежде чем над ним успели нависнуть когти осерчавшего гостя. — Убирайтесь вон отсюда! Или я позову охрану! — отступая к окну, прокричал он.
— Какую же охрану? Одного единственного охранника, который выполняет работу за троих?
— За троих, но выполняет! — проголосил Феликсатус, боязливо обнажая когти. — Охрана!
Не дожидаясь пока кто-то откликнется на зов демона о помощи, Шедоу принялся надвигаться к нему.
— Н-Не смейте приближаться ко мне! — воскликнул директор, полу-истерично замахав когтями.
Он явно терял самообладание. Для молодого демона стало очевидно, что директор даже со своей раскрывшейся садистской натурой никогда не боролся ни с кем лицом к лицу. Тем сильнее гость приюта почувствовал гнев и отвращение.
— Вам хватило зверства и низости, чтобы истязать детей! — прошипел Шедоу, жёсткой и сильной рукой заблокировав замахнувшуюся на него с когтями ладонь директора. — Но вам никогда не хватало никакой воли и смелости, чтобы удовлетворить свою кровожадность в равном бою! Вы — не демон! Даже не монстр! Вы просто жестокое и трусливое ничтожество! — глаза Шедоу вспыхнули чёрной яростью, и он свернул в сторону ладонь Феликсатуса. Раздался пробирающий до дрожи хруст, за которым незамедлительно последовал преисполненный боли вопль. Хотя молодой демон мог поклясться, что уже всё в нём ненавидело и презирало стоящее перед ним существо, что-то в его душе мучительно сжалось, как только вопль резанул по ушам. Нечто мягкое, что было у него…Но, тем не менее, ни малейшего оттенка сих чувств не проступило на лице Шедоу. Если бы кто-то увидел его в этот момент, то подумал бы только, что он сдержанно наслаждался той болью, что удалось причинить Феликсатусу, значительно уступающему в силе.
Молодой демон думал, что директор, скорее всего, примет ещё более трусливый вид и начнёт умолять не причинять больше вреда. Какого же было удивление Шедоу, когда тот с предельной яростью отдёрнул сломанную правую ладонь и огрел его кулаком левой руки по лицу.
— Свихнувшаяся скотина! Да как ты смеешь так рявкать обо мне! Да, я признаю! Эта сволочь с его буйным дружком в морозильнике! Мы делаем это с самыми неуправляемыми из них для наведения порядка! И они — далеко не первые, кого мы так наказываем! Да, никто из них не страдает Майдкатом: Ричард предложил эту идею, чтобы изолировать тварей от всякой официальной помощи и сердобольных идиотов, сующих нос не в свои дела! Но ты ни черта не знаешь ни о чём, чтобы обвинять меня! — проорал Феликсатус, — Тебе ли судить о низости, когда ты угрожаешь мне и пытаешься переломать все кости! Проклятый бандит! Преступник! Подонок! — поняв, что его удар не возымел никакого эффекта (молодой демон похоже был непрошибаемым), Феликсатус решился попробовать отбежать обратно к столу, но едва он сделал движение в сторону, как Шедоу моментально отреагировал на него, припечатав директора рывком за руку обратно к окну.
Стекло тяжёлым колеблющимся звоном отозвалось на падение демона, и Феликсатус уже всерьёз начал подумывать выпрыгнуть в окно. Никто так и не приходит ему на помощь. И прыжок никак не должен быть смертельно опасным, ведь они находились на втором этаже! Но, чёрт возьми, с такого близкого расстояния проломить стекло не удастся!
— Повторяю ещё раз. Отдайте мне ключи от морозильника, и я…оставлю вас в живых. — усиливающаяся упорность Шедоу грозила уже отнюдь не одному директору, а всей системе приюта, норовя сокрушить её в пух и прах.
— И что потом?! Уберёшься отсюда?
— Затем вы освободите всех остальных, вернёте их личные вещи и документы, а дальше позвоните в Ординум и сами признаетесь в своих преступлениях.
Нет. Феликсатус точно знал, что никогда не согласиться на это, угрожай этот жуткий элемент общества хоть пустить его через мясорубку. Демон уже давно уверился, что только устрашением и диктатом возможно воспитывать детей и лишь те, из них, которые приходят к должному подчинению, достойны жизни и даже, возможно, освобождения от ненависти их главного опекуна. Иначе от мелких дьяволят можно ожидать только бед. Пускай, очень немногие выживали при таких подходах, но конечный результат же оправдывал любые средства?
— Так я и позволю тебе взять и творить, что вздумается! Чёрта с два я допущу, чтобы ты пришёл к этому холодильнику и выпустил этих малолетник уродов оттуда! Они заслужили смерти и только через мой труп они избегут её!
— …Тогда через него. — с могильным спокойствием промолвил Шедоу. Феликсатуса пробила дрожь, и ещё до того, как нечто острое секундой позже разорвало путь к воздуху, он осознал всем существом, что необратимо произойдёт. Из прорубленного почти насквозь горла потекла кровь, окрашивая его светлую рубашку в страшный, ни с чем не путаемый цвет. Адская, режущая боль душила директора не больше пары мгновений.
Нестор Феликсатус закрыл глаза и ненависть, давно убившая в нём всякий покой, отпустила его. Демон почти ясно ощутил, как рука смерти снисходительно легла ему на голову и повлекла за собой… И он тихо ушёл вместе с ней в неизвестность...Возможно в ту, которая успокоит его навсегда…
Тяжело дыша, Шедоу убрал кинжал и наклонился над мёртвым телом Феликсатуса, упавшего лицом вниз. Руки принялись искать карманы убитого…
«В этом нет ничего преступного…Не после всего сделанного им…» — ползали везде мысли.
«Я вовсе не собираюсь привыкать к подобному…Всё это лишь необходимость.» — еле слышно произнесли губы молодого демона, пока пустой взгляд его бродил по бессмысленным предметам, появлявшимся из карманов директора.
«…Нет…Это правосудие. Это должно было произойти…»
Мелкие деньги. Сигареты. Зажигалка. Телефон — возможно пригодится позднее, если Ординум…
…Ох…верно… Теперь уже Ординум…
Шедоу взглянул на свои руки, запачканные кровью…
«Дети испугаются, если увидят меня в таком виде…» — подумал он, и вытер ладони о свои чёрные брюки. Это была вовсе не единственная мысль, которая заполонила его ум при виде слишком ярких следов того, что случилось. Но то была первая мысль, которую молодой демон смог разобрать.
Нечто с глухим звоном выпало из кармана директора, слегка всплеснув лужу крови, растекавшуюся под ним. Это была связка ключей. Зрачки Шедоу возбуждённо расширились, он моментально поднял окровавленную ценную находку и притянул к себе.