Страница 33 из 109
Глава 08
Алхимия и создание брони.
— Кто тебе звонил? — спросила Ласка.
— Альберт.
— Что-то важное?
Я вздохнул и пересказал девушке все, что услышал от ученого, после чего наступила тишина. Ласка смотрела в одну точку, обдумывая сказанное, потом тихо произнесла:
— Значит, когда мы станем достаточно сильны, тогда сможем обзавестись большим количеством союзников?
— Верно. Если тебе сочувствуют, но ты слаб, все так и останутся сидеть по домам. Но если ты по-настоящему силен, если сочувствующие увидят, что можешь победить — тебя поддержат, — сказал я. — Теперь нам просто нужно подняться до максимального уровня, одеться в как можно более крутые вещи и заиметь могучие навыки. По крайней мере, это тот минимум, с которым мы можем противостоять корпоратам, даже если Боги хаоса отправят им демонов в поддержку.
— Да, но сколько мы на это времени потратим — страшно представить. Шестерня больше года брал сто пятидесятый уровень, и по твоим рассказам выходит, что только вчетвером они могли как-то противостоять лорду-демону четвёртого круга.
— Все зависит от нас. Понимание механик, зелья и прочее — ускорят наш прогресс. Я в этом уверен. Ладно, не будем задерживаться.
Перед тем как покинуть город, я заглянул в алхимическую лавку, где у местного алхимика за баснословные 500 000 зен купил две книги по алхимии. Помимо этого потратился на ингредиенты, в том числе и на торговой площади. Так что в итоге за полчаса я лишился почти миллиона зен. После чего мы двинулись к выходу из города. До нужного нам населенного пункта почти сто километров, что немало, но у входа в город я видел конюшню. Конечно, ездить на лошади не умею, но не думаю, что этому нужно учиться несколько лет.
В итоге все оказалось намного проще и помимо покупки лошадей, можно было арендовать карету с кучером, что мы и сделали. Как оказалось, такую услугу можно получить в каждом крупном городе, коих на острове насчитывается шесть штук, включая столицу. На словах «крупный город» я слегка ухмыльнулся, вспоминая супергорода. Здесь крупным городом считается населенный пункт с пятью тысячами населения.
Поездка до Гленурга заняла почти десять часов времени. Все десять часов, трясясь в карете, я пытался читать купленные книги. Обе были посвящены специальным ингредиентам и созданию продвинутых специальных ингредиентов. Как только Ласка решила осваивать профессию бронника, я решил поучиться создавать зелья нужные для этого. Специальные растворы, дающие определенные свойства — эта часть не менее важна, чем уникальность кожи или иного предмета, что требуется для создания доспеха. Что поразило меня — так это сверхтоксичность зелий. То есть, существуют зелья, что при употреблении повышают сопротивление к огню, но для доспеха, чтобы повысить его сопротивление огню, нужно зелье иного порядка, которое категорически запрещено к употреблению человеком и в случае употребления не только не даст положительных баффов, а наоборот наложит дебаффы.
Небо укрылось темным одеялом с сияющими на нем звездами, когда впереди мы увидели огни большого города. Даже с расстояния в километр было слышно гудение цехов, гул голосов и звон металла. В небо поднимаются черные клубы дыма и пара. У меня появилось чувство, что мы из какого-то средневековья готовимся попасть в промышленную эру.
Несмотря на поздний вечер, город и не собирается засыпать. Все дело в том, что большинство людей тут работают на себя. Здесь живут лучшие мастера. Они тратят больше времени на работу — потому что гордость не позволяет делать что-то спустя рукава, и потому что, чем быстрее сделают заказ, неважно какой — броню, оружие или алхимические зелья, тем быстрее приступят к новому, а каждый выполненный заказ — это немалый заработок.
Узнав, где мастерская Аскима, мы покинули карету и поспешили туда. Вообще, сначала хотели остановиться в трактире, а в мастерскую пойти утром, но раз в столь позднее время никто не спит и все работают — то зачем откладывать?
Мимо нас проплывают жилые дома, попадаются разного рода мастерские, кузницы разных мастей — от изготовителей оружия, до создателей калиток и замков. Каждый кузнец узкоспециализирован. Также попалась мебельная мастерская, где плотник и, судя по внешности, двое его сыновей выносили и укладывали в телегу покрытый лаком стол и несколько стульев. Судя по всему, этот город — вольный город. И именно такие города в свое время в нашем мире стали закатом для рыцарства. Множество мастеров и купцов, объединившись в городской совет, могли посчитать, что лорд для защиты города им и не нужен. Город, став сосредоточением богатств и ремесел, мог содержать крупную и хорошо вооруженную армию. Я уже вижу, как скоро простые мастерские превратятся в крупные цеха с четким разделением труда. Это сейчас кузнец-бронник сам стоит у печи, сам разогревает металл и делает все детали для нагрудника, максимум — ему помогает подмастерье, но уже вскоре их будет пять или шесть, одни будут делать одну часть доспеха, другие — другую, третьи уже собирать его из готовых деталей.
Уверен, что корпораты, работающие с торговыми гильдиями, поспособствуют ускорению процесса разделения труда, увеличению важности городов, а также уменьшению влияния феодалов. Ведь легче договариваться и обманывать простых людей, которые не имеют каких-то жестких принципов, как главы древних родов — графы и бароны. Так что уже совсем скоро рыцарство исчезнет из этого мира, как и феодалы, в принципе.
Наконец, впереди мы заметили кожевенную — узкое двухэтажное здание, с длинной одноэтажной пристройкой. В отличие от остальных мастерских, свет в ней горит только в одном окошке, да и то тускловатый, словно кто-то жжет свечу.
— Похоже, там уже закончили работу. Вернемся в трактир? — поинтересовалась Ласка.
— Мы зря проделали такой путь? Тем более свет горит не в жилой части, а в пристройке, которая и является мастерской.
Подойдя к двери, осторожно постучали. Но никто не ответил. Тогда я заглянул в окно. Взору предстало просторное помещение. Несколько широких тазов, в которых отмачивается кожа, также вдоль стены на специальных крюках подвешена кожа для сушки, в стороне на деревянных манекенах различного рода кожаные доспехи в разной степени готовности.
В центре помещения за небольшим крупным столиком на табурете сидит худощавый мужчина в простой рубахе, у него длинные до плеч черные волосы, подвязанные ремешком, и длинный крючковатый нос. В центре стола стоит подсвечник, испускающий свет с зеленоватым оттенком, а рядом с ним бутылка и жестяная кружка.
— Похоже, у него какая-то беда.