Страница 41 из 66
— Не может, — подтвердила Катрин, нарушая данное самой себе слово молчать, отдав настоятельницу на растерзание некроманту. — Храм не спустит подобного. Если они не смогут наказать меня, накажут ее.
Тайберг пожал плечами.
— Придумай что-нибудь. Потому что я свою женщину вам не отдам, даже если придется раскатать по камушку этот склеп.
“Свою женщину”? Катрин почувствовала, как на лицо наползает глупейшая улыбка. Она ущипнула себя, чтобы прогнать ее, но тут некромант обнял ее за талию, притягивая к себе. И мимоходом поцеловал в висок.
Ох… Пресветлые боги, ну разве в этом мире существует женщина, способная не влюбиться в него?
Если и существует, то это не Катрин…
Настоятельница наградила их мрачным взглядом.
— Я могу запереть ее для ожидания суда и выпустить ночью. Сестрам скажу, что она сбежали…
Побег? Катрин встрепенулась.
— Я согласна, — подала она голос.
Тайберг покачал головой.
— Исключено. Я не собираюсь скрываться, словно преступник только потому, что занимался самой естественной вещью на свете.
— Я говорила про Катрин…
— Ты же не думаешь, что я брошу свою женщину? — он усмехнулся. — Не все мужчины такие, как твой Лаур.
Настоятельница снова поджала губы и наградила Катрин обиженным взглядом.
— Есть еще выход, — с некоторым злорадством объявила она. — Согласно древнему уложению, вписанному в устав монастыря, грех пресветлой сестры может быть искуплен в глазах богов, если совратитель в тот же день сочетается с ней законным браком до захода солнца.
Она выпалила это и уставилась на Катрин с непонятным торжеством.
— То есть я, как честный человек, должен жениться? — уточнил Тайберг с широкой ухмылкой.
— Именно, — подтвердила настоятельница, явно ожидавшая от некроманта категоричного отказа. — Но прощенная грешница теряет сан и должна вернуться в мир, супругой своего господина и повелителя.
Пальцы мага коснулись подбородка Катрин, заставляя монашку поднять голову и посмотреть ему в глаза.
— Ну что, моя хорошая? Пошли жениться?
Глава 29. Уйти победительницей
Я бы хотела сказать, что это было продуманной, тщательно спланированной операцией. Но правда в том, что я просто психанула. Меня мутило от ярости и отвращения к Аншлеру. Хотелось сделать хоть что-то, чтобы сорвать эту самодовольную гримасу с красивого эльфийского лица. Чтобы обозначить: все не будет по его плану. Я не покорилась, он не победил…
Сбежать без помех не получается. Стоит мне выскочить за дверь, как прямо по курсу выныривает парочка полуогров, профессионально перекрывая дорогу. И да — я ждала подобного. Аншлер должен был предусмотреть вариант с моим бегством.
Не снижая скорости вскидываю руки, чтобы снести громил с пути волной силы. На мое счастье, полуэльф не озаботился антимагической защитой для своих дуболомов. Не знал, что блокирующий браслет — пустышка.
Вылетаю на площадь чуть ли не под копыта экипажа. Возница резко дергает поводья, направляя лошадь в сторону и осыпает меня бранью. Не вслушиваясь в слова, запрыгиваю в повозку.
— На вокзал! Немедленно! Плачу втрое, если домчишь за десять минут!
Колеса с грохотом подпрыгивают на брусчатке пока я судорожно просматриваю содержимое сумочки.
Деньги есть, но в обрез. Не знаю хватит ли на билет до Арса. И когда отправляется ближайший поезд.
А самое паскудное — мне не хочется уезжать. Глупое сердце требует выскочить из экипажа и бежать разыскивать Роя. Поговорить с ним, рассказать все. Быть может, еще не поздно…
Поздно. Я не найду его в городе с миллионом жителей. А вот Аншлер меня найдет. И даже думать не хочу что мне устроит миллиардер в отместку за купание в горячем супе.
Приступ адреналина сжирает навеянную бренди храбрость. На меня обрушивается откат. И осознание, что я сделала.
Не будет никакой косметической империи. Аншлер меня в порошок сотрет. А Рой… Рой больше не станет защищать.
Пальцы дрожат противной мелкой дрожью. Сжимаю кулаки до боли.
Плевать, прорвемся! Если меня дракон не съел, то диббук точно подавится.
Сейчас главное — смыться из столицы. Конечно, Аншлер легко достанет меня и в Арсе, но там у меня есть друзья, авторитет, какие-то ресурсы. Не зря говорят, что дома и стены помогают.
Экипаж вылетает на площадь перед вокзалом. Возница оборачивается.
— Прибыли, миледи.
Без споров отсыпаю названную им сумму и бегу к кассе. Мне везет — ближайший поезд на Арс отходит через три минуты.
Везет дважды. Оставшихся монет хватает на место в третьем классе.
Здесь грязно, пахнет немытыми телами и пивным перегаром. В воздухе стоит гомон, квохчут в корзинах куры. Прирожденная аристократка, пожалуй, упала бы в обморок, но мне эта обстановка, несмотря на некоторый налет экзотики, кажется знакомой, почти родной.
Что я — в электричке никогда не ездила?
При моем появлении в вагоне медленно воцаряется тишина. Рабочие в картузах и деревенские бабки в платках пялятся на меня, как на диво дивное. И от этого куда неуютнее, чем от общей затрапезной обстановки.
Напускаю невозмутимый вид и иду вдоль лавок, выискивая свободное местечко. В этом плане вагоны третьего класса тоже напоминают знакомые с детства электрички.
Дорогу преграждает здоровенный детина в застиранном комбинезоне.
— Леди, небось, заблудилась?
— Ничуть. У леди билет в третий класс, — помахиваю синим картонным квадратиком. — Не подскажешь, где тут свободное место?
— Э-э-э… — мужик ошалело моргает. Что я не так сказала? Или он рассчитывал на визги и падение в обморок. — Леди одна? — уточняет он, тщетно выискивая за моей спиной спутника.
Что же, его можно понять. Знатные женщины в Эндалии редко путешествуют в одиночку. И никогда не путешествуют в одиночку в третьем классе.
— Одна. Леди Эгмонт — боевой маг. Она недавно победила дракона и способна за себя постоять, — прищелкиваю пальцами, вызывая огонек.
Над вагоном пролетает изумленный вздох.
— Ух ты… — в глазах здоровяка загорается совершенно детский восторг.
— Так что насчет свободного места? — спрашиваю я с очаровательной улыбкой.
— Сейчас найдем. Эй ты! — здоровяк отвешивает плюгавому мужичку у окна подзатыльник. — А ну подвинься! Леди надо сесть!
Опускаюсь, бросив короткий взгляд за окно. Мне почудилось или в толпе действительно мелькнула рожа одного из подручных Аншлера?
Поезд издает истошный гудок и трогается. Успела! Выкуси, диббук.
Мальчишка лет семи на скамейке напротив улыбается, демонстрируя отсутствие двух передних зубов.
— Тетя леди, а вы правда победили дракона? — спрашивает он, трогательно картавя.
— Чистая правда, — подмигиваю ему. — Об этом во всех газетах писали, а газеты врать не станут.
Пассажиры переглядываются. И сдвигаются ближе.
— Расскажите? — застенчиво просит тот самый громила, что добыл мне место.
Почему бы и нет? Дорога до Арса займет добрых шестнадцать часов — это ночной почтовый идет быстро, а дневной поезд останавливается на каждом полустанке. Лучше уж я проведу это время за беседой, чем буду снова и снова прокручивать в голове воспоминания о лице Роя.
— Конечно. Все началось с нападения кочевников на нашу деревню…
***
Не так Катрин представляла свою свадьбу.
Если уж честно, то еще недавно она совсем никак ее не представляла. Но после слов Тайберга в голове иногда вспыхивали смутные картинки — белое платье, множество гостей, оркестр и цветочные лепестки. Что-то такое розовое, сахарное, из неслучившегося в девичестве…
Вместо белого платья на ней был уже не очень свежий монашеский балахон. Но больше одеяния смущало странное ощущение нечистоты — все произошло так стремительно, что у Катрин даже не было времени заглянуть в купальню.