Страница 113 из 124
Глава 59
Мало кто обращает внимание на то, что Бельгию и Англию связывают особые отношения. Гораздо более близкие, чем Бельгию с соседней Францией. Это выражается во множестве деталей и мелочей. К примеру, Эркюль Пуаро, герой культовой английской серии детективов — бельгиец.
Для меня важно то, что именно Бельгия занимается для англичан решением некоторых деликатных вопросов. Это о том, что с окончания Второй Мировой войны, именно в Брюсселе вербуют наёмников в Африку и другие бывшие колонии. Достаточно сказать что Жан Шрамм, ближайший помощник Боба Денара — бельгиец. Пикантности этому придаёт то, что считается, что белые наемники в Африке, отстаивали французские интересы.
Но, для меня существенно одно. В Брюсселе, на авеню Леопольда, в неприметном здании, расположена контора по найму людей в вооружённые отряды, в частности на Юге Африки.
Многие из этих людей, исполнив контракт, за окончательным расчетом возвращаются сюда. Именно благодаря им на этой же улице, не очень стремясь к публичности, со временем открылся офис одного из бельгийских ювелиров. Он, не афишируя свою деятельность, занимается скупкой ништяков, попавших в руки наёмников. А что может привезти серьезный человек из Южной Африки?
С господином Жюлем Ферье, в прошлой жизни, меня познакомил начальник службы безопасности моих приятелей, занятых добычей алмазов в Африке. Мне, тогда, для подарка, нужен был какой то эксклюзив. А времени ехать в Антверпен не было. Мсье Ферье очень помог мне в тот раз. Вот к нему я и решил обратиться с подвеской.
Все это прекрасно, но есть тонкости. К примеру, я могу обратиться к ювелиру, сославшись на какого либо наемника. Но отсутствие специфического загара, боюсь, все испортит. И я решил не мелочиться.
Читая в нулевые о методике работы спецслужб, я уяснил одно. Если хочешь пропасть из поля зрения, оставаясь, по сути, на месте, не мелочись. Не прибегай к пошлым накладным усам и парикам. Меняй статус.
Гостиница на улице Коненк, где я переночевал — помесь борделя и ночлежки. Может быть чуть выше двух звезд. Но шум всю ночь не оставлял сомнений. Попив кофе, что принес портье, я с ним договорился. Оставляю номер за собой на неделю. Буду занят делами, поэтому в мое отсутствие прошу присматривать. Оплатил, да и уехал на метро, менять статус.
Выйдя на станции Луиза, я зашел в попавшийся почти сразу офис Арджента Банка, и разменял один из тревел-чеков. Получив наличные, направился на бульвар Ватерлоо. В нулевые именно здесь разместиться большинство брендовых бутиков. Да и сейчас, как выяснилось, тоже.
Брюссель, кстати — сильно не бедный город. Количество по настоящему дорогих авто здесь гораздо выше, чем где бы то ни было. И всяко больше чем в том же Париже. Все это я думал, пока шел до магазина Бриони, от метро. Вдоль выстроившихся у обочины, вряд, Порше, Роллс-Ройсов, Феррари, и прочих Ягуаров.
Середина восьмидесятых в Европе — время теплое и ламповое. Уходящая эпоха, еще сохранила людей, помнящих европейский большой стиль и привычки. По крайней мере, управляющий магазином Бриони оказался именно таким человеком. Он совершенно не удивился появлению в очень дорогом магазине чувака, одетого как студент- путешественник.
Я честно сказал, что намерен поселиться в Hotel Le Plaza. И хочу соответственно одеться. Да, мсье, я знаю, что лучше костюм заказать. Но нет времени. Поэтому прошу вас, полный гардероб. В средствах я не очень стеснен.
Джентльмен, что вылез из такси у отеля Плаза, меня напоминал только при внимательном рассмотрении. Я не торопясь кивнул бою на дверях, попросил забрать мои вещи, и рассчитаться с такси. А сам прошел к стойке портье. Где сообщил, что хотел бы снять люкс. И положил на стойку свою краснокожую паспортину. Портье окинул меня взглядом. Никаких кричащих новомодных приспущенных плеч и засученных рукавов. Сдержанная классика, стоимостью в десяток модных костюмов. Портье вызвал управляющего.
— Добрый день! Я управляющий отеля, Жак Лакоб. Как к вам обращаться? — он сразу начал разговаривать со мной на английском.
— Меня зовут Николай Андреев, мистер Лакоб.
— Вы надолго намерены у нас остановиться?
— Пока в планах неделя, если не изменяться обстоятельства. Кстати, хотелось бы сразу решить вопрос оплаты. — я достал тревел-чек и вложил его в паспорт- это чек на десять тысяч долларов. Прошу вас, получите их в банке. Хотелось бы, что бы эти средства остались у вас до окончательного расчета. Я намерен пользоваться отельным лимузином, и возможно, другими услугами.
— Под каким именем вы бы хотели фигурировать в списке постояльцев? — ах, это прайвиси, которое сгинет напрочь в девяностые.
— Давайте не будем усложнять, мистер Лакоб, — засмеялся я. — Ник Эндрю. Так будет нормально. И, мсье управляющий. Я сейчас в номере приму душ, а потом прошу вас уделить мне десять минут.
— Номер пятьсот тридцать три — кивнул управляющий, взглянув на портье, — вас проводят, мистер Эндрю. Через пол-часа я к вам зайду.
Когда я, в белом махровом халате, вышел из ванной, мои вещи уже были разобраны. Костюмы извлечены из портпледа, и повешены в гардеробной. Ботинки аккуратно расставлены. Моя походная одежда была извлечена из сумки, и, видимо, унесена в чистку. Мои документы и деньги аккуратно лежали на письменном столе.
Достал из бара бутылку, и налил себе коньяку. В дверь, постучавшись, вошел управляющий. Оставшись у двери, он произнес:
— Вы хотели меня видеть, мистер Эндрю.
Я закурил и снова подумал — почему нет?
— Мистер Лакоб. Я бы хотел, что бы вы договорились с ювелиром Жюлем Ферье, о том, что он меня примет.
Взгляд управляющего изменился. Я отвернулся к окну. Помолчали. Потом он, откашлявшись, спросил:
— Вы хотели бы что то продать?
Я обернулся и посмотрел ему в глаза. Он смутился и опустил взгляд:
— Прошу прощения. Я немедленно с ним свяжусь. И позвоню вам. Это все что вы от меня хотели?
К дверям офиса Жюля Ферье, меня привёз отельный Роллс-Ройс. Охранник открыл мне дверь, только убедившись, что я один. Ювелир занимает совсем небольшое помещение, в две комнаты и прихожую. Господин Ферье встретил меня в приемной, и предложил кофе. Он почти не измениться за пятнадцать лет. Разве что поседеет. Мы уселись в кресла, и минут пять трепались ни о чем. Пока он, достаточно деликатно, не поинтересовался целью моего визита. Я достал из внутреннего кармана пиджака подвеску, и молча протянул ему. Он взял её в руку, и лицо его изменилось. Стало хищным и сосредоточенным. Он оценивающе посмотрел на меня и встал.
— Прошу в кабинет.