Страница 17 из 154
«Разве ты не видишь его? Он прямо здесь!» Чувство болезненного разочарования, что он не может вскочить со стула и коснуться экрана. «Нижний правый угол. Если ветка — Италия, то масса — Сицилия ».
"Понятно."
«Как ты думаешь, Мэл? Лишайник, верно? И я бы проголосовал за Parmelia conspersa ».
— Может быть, — осторожно сказал техник. «Но там много лишайников».
"Но не так много сине-зеленых и серые лишайники, — сухо ответил Райм. — На самом деле почти ничего. И этого больше всего в Центральном парке. . . . У нас есть две ссылки на парк. Хорошо. Теперь давайте посмотрим на грязь».
Купер установил еще один слайд. Изображение в микроскопе — крупинки грязи, похожие на астероиды — не было показательным для судебной экспертизы, и Райм сказал: «Пропустите образец через ГХ-МС».
Газовый хроматограф/масс-спектрометр представляет собой сочетание двух приборов для химического анализа, первый из которых расщепляет неизвестное вещество на составные части, а второй определяет, что из себя представляет каждая из этих частей. Например, белый порошок, который кажется однородным, может быть дюжиной различных химических веществ: пищевой содой, мышьяком, детской присыпкой, фенолом и кокаином. Хроматограф сравнивают со скачками: вещества начинают двигаться через прибор вместе, но продвигаются с разной скоростью, разделяясь. На «финише» масс-спектрометр сравнивает каждое вещество с огромной базой данных известных веществ, чтобы идентифицировать его.
Результаты анализа Купера показали, что грязь, извлеченная Саксом, была пропитана маслом. База данных, тем не менее, сообщала только о том, что он был основан на минералах, а не на растениях или животных, и не могла его точно идентифицировать.
Райм скомандовал: «Отправьте это в ФБР. Посмотрите, не наткнулись ли на это сотрудники их лаборатории». Затем он заглянул в полиэтиленовый пакет. — Это ты нашел черную ткань?
Может подсказка, может ничего. . .
Она кивнула. «Это было в углу вестибюля, где была задушена жертва».
— Это было ее? — недоумевал Купер.
«Возможно, — сказал Райм, — но пока давайте предположим, что это убийца».
Купер осторожно вынул материал. Он осмотрел его. «Шелк. Подшит вручную».
Райм заметил, что, несмотря на то, что его можно было свернуть в крошечный комок, в раскрытом виде он стал довольно большим, примерно шесть на четыре фута.
«Мы знаем по времени, когда он ждал ее в вестибюле», — сказал Райм. «Держу пари, он так и сделал: спрятался в углу с накинутой на него тканью. Он был бы невидим. Он, вероятно, взял бы ее с собой, если бы не появились офицеры, и ему пришлось уйти».
Что, должно быть, почувствовала бедняжка, когда убийца материализовался, словно по волшебству, надел на нее наручники и накинул веревку на шею.
Купер обнаружил несколько пятнышек, прилипших к черной ткани. Он установил их на слайд. Вскоре на экране появилось изображение. Под увеличением пятна напоминали рваные кусочки салата телесного цвета. Он коснулся одного тонким зондом. Материал был упругим.
«Что это за чертовщина ? » — спросил Селлитто.
Райм предположил: «Какая-то резина. Кусок воздушного шара — нет, слишком толстый для этого. И посмотри на слайд, Мэл. Что-то смазанное. Тоже телесного цвета. Прогони его через ГХ».
Пока они ждали результатов, в дверь позвонили.
Том вышел из комнаты, чтобы открыть дверь, и вернулся с конвертом.
— Латенты, — объявил он.
— А, хорошо, — сказал Райм. «Отпечатки пальцев вернулись. Прогони их через AFIS, Мэл».
Мощные серверы автоматизированной системы идентификации отпечатков пальцев ФБР, расположенные в Западной Вирджинии , будут искать оцифрованные изображения гребней трения — отпечатков пальцев — по всей стране и возвращать результаты в течение нескольких часов, а возможно, даже минут, если команда латентных нашла хорошие, четкие отпечатки.
"Как они выглядят?" — спросил Райм.
«Довольно чисто». Сакс показал ему фотографии. Многие были просто частичными. Но у них был хороший отпечаток всей его левой руки. Первое, что заметил Райм, это то, что у убийцы на этой руке были деформированы два пальца — безымянный и мизинец. Они соединялись, казалось, и заканчивались гладкой кожей, без отпечатков. Райм хорошо разбирался в судебно-медицинской экспертизе, но не мог сказать, было ли это врожденным заболеванием или результатом травмы.
иронии судьбы, подумал Райм, глядя на фотографию, левый безымянный палец субъекта поврежден; моя единственная конечность ниже шеи, которая вообще может двигаться.
Затем он нахмурился. «Отложи сканирование на минуту, Мэл… Ближе, Сакс. Я хочу увидеть их ближе».
Она подошла к Райму, и он снова рассмотрел отпечатки. — Заметили в них что-нибудь необычное?
Она сказала: «Не совсем… Подожди». Она смеялась. «Они такие же». Листая картинки. «Все его пальцы — они одинаковые . Этот маленький шрам, он в одном и том же месте на каждом из них».
«Должно быть, на нем какие-то перчатки, — сказал Купер, — с фальшивыми фрикционными гребнями на них. Никогда раньше такого не видел » .
Кто, черт возьми, был этот преступник?
Результаты хроматографа/спектрометра выводятся на экран компьютера. «Хорошо, у меня чистый латекс… а это что?» он задумался. — Что-то, что компьютер идентифицирует как альгинат. Никогда не слышал…
"Зубы."
"Что?" — спросил Купер у Райма.