Страница 135 из 154
глухой удар. . .
Средневековый и футуристический парад был гипнотическим. И его сообщение было безошибочным: все, что существовало за пределами палатки, недействительно здесь. Вы можете забыть все, что узнали о жизни, о человеческой природе, о самих законах физики. Твое сердце теперь билось не в своем ритме, а в такт хрустящему барабану, и твоя душа уже не принадлежала тебе; он был захвачен этим неземным шествием, преднамеренно направляющимся в мир иллюзий.
Глава сорок пятая
Мы подошли к финалу нашего шоу, «Почтенная аудитория».
Пришло время представить нашу самую знаменитую и противоречивую иллюзию. Вариант печально известного Burning Mirror.
Во время нашего шоу в эти выходные вы увидели перформансы иллюзий, созданных такими мастерами, как Гарри Гудини и П. Т. Селбит и Говард Терстон. Но даже они не попытались бы действовать как Пылающее Зеркало.
Наш исполнитель, запертый в подобии ада, окруженный неумолимо приближающимся пламенем — и единственный путь к спасению — крохотный дверной проем, защищенный огненной стеной.
Хотя, конечно, дверь могла вовсе не быть путем к отступлению.
Может быть, это просто иллюзия.
Должен предупредить вас, уважаемая аудитория, что последняя попытка проделать этот трюк закончилась трагедией.
Я знаю, потому что я был там.
Так что, пожалуйста, ради вашего же блага, найдите минутку, осмотрите палатку и подумайте, что вы будете делать, если произойдет бедствие. . . .
Но, поразмыслив, нет, уже слишком поздно для этого. Возможно, лучшее, на что вы можете надеяться сейчас, — это просто молиться.
• • •
Малерик вернулся в Центральный парк и стоял под деревом примерно в пятидесяти ярдах от сияющего белого шатра Фантастического цирка.
Снова бородатый, он был одет в спортивный костюм и вязаную рубашку с высоким воротом. Пучки потных светлых волос торчали из-под кепки Chase Manhattan 10K Run for the Cure. Искусственные пятна пота — из бутылки — свидетельствовали о его нынешнем образе: мелком финансовом управляющем крупного банка, отправившемся на вечернюю воскресную пробежку. Он остановился, чтобы передохнуть, и рассеянно смотрел на цирковой шатер.
Совершенно естественно.
Он обнаружил, что странно спокоен. Эта безмятежность напомнила ему тот момент сразу после пожара в цирке Хасбро в Огайо , до того, как стали ясны все последствия катастрофы. Хотя по праву он должен был кричать, на самом деле он оцепенел. В эмоциональной коме. То же самое он чувствовал в этот момент, слушая музыку, басовые ноты, казалось, усиливались натянутым полотном самой палатки. Разлитые аплодисменты, смех, вздохи удивления.
За годы выступлений он редко боялся сцены. Когда ты знал свое выступление хладнокровно, когда ты достаточно отрепетировал, из-за чего было нервничать?
Это то, что он сейчас испытал. Все было так тщательно спланировано, что он знал, что его шоу будет разворачиваться так, как задумано.
Осматривая палатку в последние несколько минут ее пребывания на земле, он увидел две фигуры сразу за большой служебной дверью, через которую незадолго до этого он проехал на машине скорой помощи. Мужчина и молодая женщина. Разговаривая друг с другом, прижав ухо ко рту, чтобы они могли разговаривать под звуки музыки.
Да! Одним из них был Кадески. Он беспокоился, что продюсера может не быть рядом во время взрыва. Второй была Кара.
Кадески указал внутрь, и они вместе пошли в указанном им направлении.
Малерик прикинул, что они должны быть не более чем в десяти футах от машины скорой помощи.
Взгляните на его часы. Почти время.
А теперь, друзья мои, уважаемая аудитория. . .
Ровно в девять вечера из дверного проема палатки вырвалось пламя. Мгновение спустя силуэт огромного пламени внутри катился по светящемуся полотну палатки, пожирая трибуны, публику, декорации. Музыка резко оборвалась, сменившись криками, и из верхней части палатки повалил клубок темного дыма.
Он наклонился вперед, загипнотизированный ужасом увиденного.
Больше дыма, больше криков.
Изо всех сил пытаясь не позволить неестественной улыбке скользнуть по его лицу, он вознес благодарственную молитву. Не было божества, в которое Малерик верил, но он послал эти слова благодарности душе Гарри Гудини, своего тезки и кумира, покровителя магов.
Вздохи и крики, когда окружающие в этой укромной части парка бросились вперед, чтобы помочь или поглазеть. Малерик подождал еще несколько минут, но знал, что скоро сотни полицейских заполнят парк. Выглядя обеспокоенным, вытащив свой сотовый телефон, чтобы сделать вид, что звонит в пожарную часть, он направился к тротуару. Тем не менее, он не мог не остановиться еще раз. Он оглянулся и увидел, полускрытые дымом, огромные знамена перед палаткой. На одном из них в маске Арлекино, потянувшийся наружу, подняв пустые ладони.
Смотрите, уважаемая аудитория, в моих руках ничего нет.
За исключением того, что, подобно мастеру ловкости рук, персонаж что-то держал в руках — что-то, скрытое от глаз в идеальном сокрытии пальцев слева.
И только Малерик знал, что это было.
Застенчивый Арлекин держал смерть.
III
ОПРОКИДЫВАНИЕ БАГАЛА