Сделка со зверем

Мысли о еде заставили вспомнить об ужине. Кажется, Честер говорил, что хочет отпраздновать их свадьбу. Это был шанс. Иногда она присутствовала на празднествах, устраиваемых лордом Кроуби. Как правило и он, и Себастьян всегда перебирали вина и засыпали прямо за столом.

Надежда озарила душу. Ариадна встала и решительно направилась в холл. Там уже все было готово. Слуги принесли огромный стол из кухни и накрыли его скатертью с вышитыми на ней гербами Макконов: сокол на лазурном щите. Посередине стояла ваза с розами, разноцветные лепестки были разбросаны между блюдами, невольно напомнив о брачном ложе.

Ариадна поморщилась, но убирать их не стала. Позвала слугу и приказала известить герцога, что ужин готов.

Честер не заставил себя ждать. Он сбежал по лестнице и подошел к девушке.

— Я думал, вы слишком устали для этого, — он небрежно кивнул в сторону ломившегося от яств стола.

— Вы же приказали моим слугам приготовить свадебный ужин. Было бы несправедливо проигнорировать результаты их усилий, — отозвалась Ариадна.

— Поэтому вы злитесь? — догадался он. — Что я начал распоряжаться вашими людьми? А они не возразили мне?

— С их стороны возражать было бы глупо: я сама известила всех, что вы — мой муж, с чего вдруг слугам игнорировать ваши приказы? — отмахнулась она, снова украдкой потирая виски. Головная боль возобновилась, и больше всего Ариадна хотела, чтобы этот безумный день, наконец, закончился.

Герцог протянул руку, и она не сразу поняла, что должна положить свою сверху: по традиции именно так жених сопровождал невесту к свадебному столу. Честер нахмурился, но ничего не сказал. Просто провел свою жену к столу и лично придвинул стул.

— Вина? — взмахом руки он отослал слугу, который собирался прислуживать хозяйке. Ариадна хотела отказаться, но в последний момент спохватилась:

— Пожалуй, да.

Рубиновая жидкость наполнила огромный кубок из серебра, грани которого были усыпаны лазуритом и напоминали ночное небо.

— За плодотворность нашего союза! — герцог подхватил свой кубок.

Ариадна поморщилась от двусмысленности этого тоста и торопливо сделала несколько глотков. Голова закружилась, а по телу разлилось тепло. Она бросила взгляд на своего спутника. Наверняка, он чувствовал то же, что и она сама. Во всяком случае, зеленые глаза заблестели ярче.

Честер легко разделал фаршированную куропатку и положил несколько кусочков на тарелку Ариадны.

— Вижу, ваша кухарка постаралась на славу.

— Да, — она снова потянулась за кубком. — Как вам вино?

— Неплохо! — Он сделал еще глоток, раскатывая жидкость по языку. — Весьма впечатляет!

“Так выпейте же его побыстрее!” — хотелось крикнуть Ариадне, но она промолчала. Просто поднесла кубок к губам, размышляя, как побыстрее напоить герцога. Честер не торопился, неспешно пробуя то одно блюдо, то другое.

— Вы мало едите, — заметила девушка, стремясь нарушить повисшую в холле тишину. Герцог пожал плечами:

— После трех месяцев аскетизма следует быть осторожным.

— С вином тоже?

— Возможно, — он внимательно взглянул на Ариадну, а затем усмехнулся. — Хотя вы правы, это же наша свадьба. За вас, моя дорогая!

Она склонила голову и снова отпила из кубка. Честер осушил свой до дна и снова наполнил, плеснув и Ариадне.

— На свадьбах вино должно литься рекой, это же традиция! — пояснил он.

— Верно… выпьем за вас?

— Как пожелаете.

Ужин тянулся неимоверно долго. Бессмысленные фразы, тосты, испытующие взгляды Честера, то и дело подливавшего вино в кубки… Ариадна потеряла счет выпитому. Комната вокруг покачивалась, а веки внезапно стали тяжелыми. Борясь с сонливостью, она несколько раз моргнула, а потом опустила голову на сплетенные пальцы.

— Вы в порядке? — голос герцога звучал издалека.

— Да, я… — язык заплетался, а мысли разбежались. Она попыталась встать, но ноги не слушались.

— О, да вы пьяны! — тихо рассмеялся Честер. Не долго думая, он подхватил девушку на руки и направился к лестнице.

— Не надо… я сама, — пролепетала она, не совсем понимая, что должна делать. Ее внесли в спальню и аккуратно посадили на кровать. — Мне надо раздеться…

Она попыталась развязать шнуровку корсажа, но безуспешно: мешала косынка. Тогда девушка начала отстегивать булавки, но вскоре ойкнула, больно уколовшись. Чтобы слизнуть кровь Ариадна поднесла палец к губам и взглянула на герцога. Он с шумом втянул воздух.

— Встаньте! — коротко приказал он, поднимая жену, словно куклу. Его пальцы быстро пробежались по ткани, косынка отлетела в сторону, еще несколько движений, и платье будто бы само упало к ногам. За ним последовал корсет.

— Вы так быстро это делаете, — пробормотала девушка.

— Что именно? — отрывисто спросил он.

— Расшнуровываете платье. Можно подумать, что вы работали в услужении у знатной дамы… — она зевнула. — Вы не будете возражать, если я лягу? Пол шатается…

Не дожидаясь ответа, Ариадна рухнула на кровать и сразу же заснула.

Честер взглянул на нее и тряхнул головой, прогоняя наваждение. То, что глупая девчонка решила его споить, он понял почти сразу. Слишком уж она нервничала и постоянно хватала свой кубок. Пришлось отплатить ее же монетой. Благо, кувшина вина хватило с лихвой…

Привыкший к дворцовым пиршествам, герцог, тем не менее, не был уверен, что смог сохранить ясность мысли, если бы пришлось пить больше.

Он вздохнул. Как бы не хотелось провести ночь в покое, время играло против него. Честер подошел к окну и открыл тяжелую раму. Стекла, вставленные в свинцовые переплеты зазвенели, Роберт покосился на Ариадну, но она ничего не услышала.

Вздохнув, герцог сосредоточился. Миг, и все стало ярче: шорохи ночи, звон посуды, пересуды слуг, обсуждающих внезапную свадьбу хозяйки. Рысь потянулась и мягко забралась на подоконник. На всякий случай оглянулась, а потом легко перепрыгнула на дерево. Пробежав по стволу, зверь соскочил вниз и беззвучно направился к каменной ограде.

Летняя ночь коротка, а Роберту надо было успеть сделать многое

Глава 8

Темный квартал встретил герцога суетой. Как только Честер шагнул за марево, звериный слух уловил какофонию звуков: грубые голоса, сидящих в тавернах, визгливый смех шлюх, дребезжание тележки старьевщика — квартал никогда не спал. В нос ударили запахи помоев, дешевых духов, табака и ориентального чарраса — травы, курение которой вызывало яркие видения.

Зверь неодобрительно чихнул и затрусил по узкой улице, освещаемой светом из узких окон. Он легко нашел нужное здание. Покосившееся, с потрескавшимися некогда белыми стенами и цоколем, выложенным диким камнем. Вывеска над рассохшимися дверями гласила, что это — таверна “Три рыбака”.

Почему именно рыбаки, и что эти бравые ребята сделали такого втроем, чтобы быть увековеченными в названии питейного заведения, история умалчивала. Оборачиваться в человека Честер не стал. Ударил лапами по перекошенным створкам и ввалился в помещение. В зале было шумно и душно.

Клубы дыма плавали под потолком, три стола в центре были сдвинуты, там играли в ориентальные кости. Плоские пластины с возможными комбинациями точек от одной до шести укладывались друг за другом в определенной последовательности. Побеждал тот, кто первым избавится от всех пластин. Судя по крикам, которыми зрители подбадривали игроков, битва была нешуточной.

Оно и к лучшему. Зверь беспрепятственно пересек зал и скользнул за барную стойку и скрылся за панелями. Он двигался бесшумно, и рыжеволосый халфлинг, разливавший эль не заметил рысь, слишком уж был занят тем, чтобы смешать хмельной напиток с нужным количеством воды.

Небольшой коридор упирался в дверь. Обитая железом, она разительно отличалась от убогой обстановки, царившей вокруг. Герцог потянулся, снова становясь человеком и переступил порог:

— Здравствуй Ретт!

Сидящий за столом невысокий человек вздрогнул и в изумлении взглянул на незваного гостя. Впрочем, его тонкие губы сразу же расплылись в улыбке, которая не затронула маленьких глубоко посаженных глаз.