Страница 62 из 85
Им было приказано проникнуть в квартиру как можно быстрее и тише и по возможности не привлекать внимания других жителей подъезда. Прошлым летом в этом поместье три ночи бушевали беспорядки, которые начались после неудачного ареста торговца наркотиками, когда был застрелен ребенок. Меньше всего Изабель хотела, чтобы случилось что-то, что могло бы снова вызвать проблемы, предупредить Рамдани и джихадистов и отправить их по другому пути.
Когда «газовщики» подошли к двери квартиры Рамдани, Сёра и Изабель ждали в конце коридора. Было время ужина, и было тихо, если не считать звука телевизора, доносившегося из квартир. В каждом конце коридора стояли еще двое в желтых куртках ГАЗ, готовые задержать любого, кто попытается пройти по коридору.
Первый полицейский позвонил в звонок и постучал в дверь. Все напряженно ждали и молчали, и вдруг дверь открылась. Но это был не тот, что в квартире Рамдани. Из соседней квартиры вышла старушка; Изабель застонала.
— Кто ты, черт возьми? — требовательно спросила старушка. У нее была с собой трость, и она угрожающе махала ею мужчинам, стоявшим у двери Рамдани.
— Все в порядке, мадам, — вежливо сказал старший из мужчин. — Просто вернись внутрь, если не возражаешь. Нам сообщили, что из этой квартиры исходит запах газа, и нам нужно проникнуть внутрь, чтобы разобраться. Возможно, ничего серьезного, но нам нужно проверить. Вы не знаете, дома ли ваш сосед?
— Я понятия не имею, где он, — сказала она. — Не мое дело следить за соседями. Но если он не открывает дверь, я полагаю, он вышел. Что ты собираешься делать — ломать ему дверь?
— Нет, мадам, в этом нет нужды, — успокаивающе ответил «газовщик». «Теперь, если вы хотите просто зайти внутрь, чтобы не замерзнуть, мы это проверим. Я не думаю, что есть какие-то проблемы, но лучше перестраховаться, чем сожалеть». И он осторожно проводил ее обратно в квартиру и подождал, пока она не закрыла дверь.
Из конца коридора донесся вздох облегчения, когда Изабель выдохнула. — Он хорошо справился, — сказал Сера. «Эта старушка напоминает мне мою бабушку. Ужасно любопытный, абсолютно бесстрашный и никакой ерунды ни от кого не потерпит.
Человек с сумкой начал работу над замком. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы дверь открылась, и двое офицеров вошли внутрь. Изабель и Сера подошли к входной двери, но ждали снаружи у двери, пока вооруженные полицейские прошли через квартиру. Через несколько минут они вернулись во внешний коридор. «Место пусто».
— Хорошо, большое спасибо, — сказала Изабель. — Оставайтесь здесь, пожалуйста. Я не думаю, что мы будем очень долго, а потом вы можете пойти и сказать старушке, что все в порядке. Надеюсь, она забудет о нас. В своей серой парке и джинсах Изабель выглядела ничем не примечательной фигурой, но она явно была главной. — Все в порядке, Мартин? Пора осмотреться, а?
Они начали в гостиной в передней части квартиры. На окне висели тонкие занавески, но они не были задернуты. Незатененная лампочка, свисавшая с центра потолка, была включена. Комната была опрятной, но скудно обставленной: потертый диван, одно замызганное кресло с прорванной тканью на спинке и низкий столик с кольцами от кружек и стаканов, на котором стоял двухдневный экземпляр Либерасьон и газета на арабском языке.
Центр пола был покрыт выцветшим ковром, по краям виднелись половицы, а в одном углу стоял электрический тепловентилятор, который не был подключен к розетке. и никакого ноутбука или другого электронного устройства. Только что выглядевший новый телевизор на подставке в углу комнаты выглядел так, будто стоил приличной суммы.
Дальше по коридору, спиной к входной двери, находилась небольшая кухня. С одной стороны комнаты были шкафы над и под столешницей; офицеры оставили их открытыми. Сёра заглянул в их маленькую коллекцию консервных банок, коробок из-под хлопьев, мешков с мукой и сахаром, коробку соли и старую банку из-под варенья, полную кускуса. Холодильник был почти пуст — увядшие стебли сельдерея, три яйца на маленькой полке, наполовину полный пакет из-под молока и кусок твердого сыра, который выглядел так, словно лежал там очень давно.
«Если этот парень ждал посетителей, он точно не приготовил их, чтобы накормить», — сказал Сёра.
Изабель рассматривала духовку и гриль. — Слава богу, это газ, — сказала она. «Я вдруг подумал, что в этих квартирах есть только электричество».
Напротив кухни была небольшая ванная комната. Там была ванна с душем и пластиковой занавеской для душа. Оно было сухим до костей. Никто давно не принимал душ или ванну. Раковина была усеяна остатками последнего бритья Рамдани — маленькие черные волоски усеивали раковину, словно стальные опилки. На фарфоровой столешнице небрежно косо лежала бритва, рядом со снятым колпачком пена для бритья. Сёра открыл зеркальный фасад маленькой тумбы в ванной и увидел шариковый дезодорант, коробку с пластырями, пару пинцетов и открытую пачку бритвенных лезвий.
«Похоже, у него нет бороды», — заметил Сёра.
Позади него Изабель дергала деревянные перекладины на краю ванны, но они не поддавались. Она сказала: «Я не думаю, что он там прячется. Нет, если он когда-либо собирался выйти наружу.
Сера фыркнул. — Должен сказать, все это кажется излишне мрачным. У меня нет четкого представления о Рамдани, но эта квартира едва ли кажется жилой».
'Я знаю, что Вы имеете ввиду. Через три дня здесь любой здравомыслящий человек спрыгнул бы с балкона снаружи. Бьюсь об заклад, он не был здесь долго. И не собирался оставаться дольше.
Сера кивнул. — Но куда он делся? И почему его сейчас нет? Я не понимаю.
'Ну давай же. Не будем болтаться. Еще нужно проверить спальню.
Спальня не могла поднять им настроение. В нем была двуспальная кровать и дешевый письменный стол с четырьмя ящиками, в котором лежало несколько ручек и карандашей, несколько резинок, скрепки и много пыли, но не было бумаги. Металлический стул, небольшая тумбочка, на которой стояла маленькая лампа и больше ничего, и встроенный шкаф, в котором стоял один пустой чемодан, дополняли обстановку.
— Честное слово, — сказал Сёра, глядя на ничтожное содержимое комнаты, — это может быть ночлежка. Мы что-нибудь знаем об этом парне?