Кто люб богам

Глава 22. Жмурки

Прежде, чем отправиться в Сомерсет, Джулиан отправил записку Вэнсу, где кратко рассказал, что уезжает по делу на день или два. Он намеренно ничего не стал сообщать сэру Малькольму, потому что не был уверен, что тот удержит это в тайне от Клэра. Кестрель не собирался предупреждать молодого юриста о том, что хочет увидеть его сестру.

Облачившись в дорожное – толстый шерстяной сюртук и плащ с короткой пелериной – он задумался о том, сколько продлиться путешествие. Сейчас вечер пятницы, если в дороге ничего не случится, они покроют сто тридцать миль до Сомерсета за десять часов. Если повезёт, у них получится вернуться в Лондон в воскресенье ещё до рассвета. Это немалая трата времени, ведь, чтобы выиграть пари с Де Виттом, нужно раскрыть дело до полудня во вторник. Но Квентина и Верити Клэр окружала тайна, и Кестрель верил, что именно сестра, а не брат поможет её раскрыть. Кто-то должен был поехать в Сомерсет в повидать её – почему бы не он.

Брокер с обычным искусством совершил все приготовления. К десяти вечера они уже были готовы отправиться в путь. Дороги из Лондона в Западные графства были лучшими в Англии, а сегодня ещё и сухими, хотя облака пыли, забивающей нос и глаза вскоре заставили Джулиана желать хотя бы небольшого дождя. Почтовые станции работали так быстро, что не успевали путники выйти из кареты и размять ноги, как их багаж был уже перенесён в карету со свежими лошадьми, так что приходилось залезать туда самим, и карета бешено неслась дальше. Спать в дороге было непросто, но Джулиан и Брокер приспособились дремать урывками, чему помогал немалый запас бренди.

Кестрель сверился с картой графства Сомерсет и решил ехать через Йовил – городок в четырёх или пяти милях от Монтакьюта. Он не был уверен, есть ли в такой маленькой деревне как Монтакьют, где остановиться; кроме того, прибытие на почтовой карете привлечёт внимание, а Джулиан хотел появится неожиданно. Он понимал, что мисс Клэр не будет рада его видеть – быть может, даже попытается покинуть дом или скрыться до тех пор, пока он не уедет.

В Йовиле Кестрель нашёл приятный старый трактир, что в очень традиционном духе представлял из себя лабиринт коридоров и необъяснимых лестниц. Здесь была даже лестница, проходившая прямо через спальню, в которой остановился Джулиан; об этом стоило помнить, пересекая комнату, чтобы не удариться и не упасть. Он около часа проспал на кровати, которую Брокер сперва осмотрел, разыскивая «колонистов», как он их назвал. Затем Кестрель умылся, переоделся и отправится в кофейную за завтраком, предоставив Брокеру есть, спать или развлекаться, как он сочтёт нужным.

После завтрака, Джулиан нанял двуколку, и дородный, немногословный кучер повёз его в Монтакьют. Стоял прекрасный день, пейзаж был идиллически зелен и залит солнцем. Все здания – фермы, мельницы, церкви – были сложены из одинакового камня медового цвета. Он явно был местным – Джулиан видел его «месторождения» вдоль дороги. Целые деревни сверкали золотом в утреннем солнце, дома наполовину скрывались за зелёными деревьями и яркими цветами.

Монтакьют был одной из таких зелёно-золотых деревень. Она был построена на старый манер – две прямые улицы, пересекающиеся под прямым углом. Над ней возвышался лесистый холм, увенчанный одинокой башней. Она выглядела средневековой, но кучер сказал, что это лишь причуда местного сквайра, которую построили всего полвека назад.

Джулиан оставил возницу в трактира, оставив ему достаточно денег, чтобы не он мучился жаждой, и зашагал к деревне. Увидев писчебумажную лавку с вывеской «Почтмейстерша», он зашёл внутрь. Несколько покупателей уставились на него, а потом начали незаметно подбираться поближе, чтобы послушать его разговор с женщиной за конторкой.

- Доброе утро, – сказал он, – не будете ли вы добры сообщить мне, где живёт мисс Клэр?

- Мисс Клэр? В округе нет никакой мисс Клэр, сэр.

- Она больше не живёт в Монтакьюте?

- Такой здесь никогда не было.

- Вы уверены?

- Я живу здесь больше двадцати лет, сэр, и здесь никогда не было ни слуху, ни духу мисс Клэр.

Джулиан был озадачен.

«Неужели Клэр заморочил мне голову? – подумал он. – Я проделал дьявольски долгий путь, чтобы всё это оказалось пустышкой…»

- У мистера Тиббса есть племянница и племянник по фамилии Клэр, – сообщил мальчик лет двенадцати – вероятно, сын почтмейстерши.

Его мать и другие посетители посмотрели на него без одобрения. Кажется, они думали, что все незнакомцы, даже приличные, должны хорошо постараться, чтобы узнать что-то у честного деревенского народа.

- Племянница мистера Тиббса живёт с ним? – спросил Джулиан мальчика.

- Нет, сэр.

- А ты знаешь, где она живёт?

- Ага, сэр. Мистер Тиббс пристроил её компаньонкой к леди на континент.

- На континент?

- Ага, сэр, на континент, – без сомнений ответил мальчик.

Джулиан задумался на миг, потом спросил:

- А где живёт мистер Тиббс?

- Совсем рядом, сэр. Прямо с той стороны церкви.

- Ты можешь указать мне его дом?

Мальчик посмотрел на мать, что односложно кивнула. Джулиан поблагодарил её и вышел вместе с мальчиком.

Они обогнули готическую церковь и пошли по залитой солнцем тропинке.

- Давно ли мистер Тиббс живёт в Монтакьюте? – спросил Джулиан.

Мальчик нахмурился и задумался.

- Он приехал в том году, сразу после пахотного понедельника[70].

«То есть в январе прошлого года, – подумал Джулиан. – Как раз, когда Клэр приехал в Линкольнз-Инн».

- Ты видел когда-нибудь племянника мистера Тиббса?

- Ага, сэр. Он законник и живёт в Лондоне. Он приезжал к мистеру Тиббсу на прошлое Рождество и ещё на две недели после жатвы.

- А его сестру ты видел?

- Нет, сэр, – мальчик остановился. – Мы пришли, сэр.

Он указал на большой, ухоженный коттедж из местного золотого камня. Это был широкий дом с очень маленькими окнами, из-за которых он выглядел бы угрюмым и подозрительным, если бы не букет красных и белых цветов в одном окне. Перед домом была низкая каменная ограда, за которой безнаказанно росли цветы.

В саду на корточках сидел старик и полол сорняки. На нём была поношенная куртка из серо-зелёной шерсти, кожаные гетры, толстые перчатки и старая шляпа с опущенными полями, что закрывала лицо от солнца. Услышав, как подходят Джулиан и мальчик, он поднял глаза, а потом встал на ноги. Его взгляд остановился на Джулиане – заинтересованный, оценивающий и до странности лишённый удивления.

- Так, так. Кто это у нас тут?

Он был высок и тощ, но удивительно хорошо сохранился. Его лицо было пересечено морщинами, но он так лучился здоровьем и силой, что казалось, будто морщины появились просто от того, что он широко улыбался или щурился от солнца. Его глаза были тёмными и блестящими, густые волосы – цвета соли с перцем, а голос – мягким баритоном. Джулиан не мог принять его за слугу – он говорил с точностью и произношением джентльмена; если он возился в саду, то по своей воле.

- Этот джентльмен хочет видеть вас, сэр, – сказал мальчик.

- Добрый день, мистер Тиббс, – Джулиан сделал шаг вперёд, протягивая руку. – Меня зовут Джулиан Кестрель.