Кто люб богам

- Пожалуйста, не устраивай сцен при госте.

- Я знаю, что там! – выкрикнул он. – Ты вела себя точно так же, когда сказала, что мне нужно вернуться в школу!

Белинда промолчала.

- Но… но ты обещала! Ты сказала, что мне не нужно будет возвращаться в Хэрроу до осени!

- Я не отсылаю тебя в Хэрроу. В этом году уже слишком поздно, и я знаю, что тебе там не нравится. Я выбрала для тебя частную школу. Я думаю, там бы будешь счастливее. У неё очень хорошие рекомендации, и она небольшая, так что история… твоего отца там не будет так известна.

- Она всё равно выплывет наружу! Всегда выплывает. Ты не можешь просто послать меня в другую школу. Ты дала слово и нарушаешь его!

- Если я позволила тебя поверить, что ты сможешь пренебречь своим образованием до осени, то это было в миг слабости и смятения после смерти Александра. Мне не следовало давать такое обещание, а тебе – просить его у меня в такой час. Ты не мог рассчитывать, что сможешь остаться здесь во время расследования убийства. Ты слишком болезненный для этого. Уверена, сейчас, когда мистер Кестрель расспросил тебя, он не будет возражать против отъезда.

Обе повернулись к Джулиану. Во взгляде миссис Фолькленд читалось хладнокровное ожидание, а в глаза Юджина – красноречивая мольба. Джулиан знал, что ему не стоит вмешиваться. Если Александр предоставил миссис Фолькленд принимать решения об образовании Юджина, то он, совершенно посторонний человек, здесь ещё менее уместен.

- Пока мне не о чем расспросить мистера Толмеджа. У меня могут появиться новые вопросы – в таком случае я буду вынужден просить его вернуться.

- Я готова рискнуть, – сказала миссис Фолькленд.

- Куда я поеду? – мрачно спросил Юджин.

- Эта школа в Йоркшире…

- Йоркшир! Я слышал о йоркширских школах! Туда посылают тех, кого не хотят видеть. Там нет каникул, и никого не заботит, что станет с ними…

- Это не такая школа! Послушай меня, Юджин. Это для твоего же блага. Здесь ты бездельничаешь. Ты ничего не делаешь весь день, только бродишь по Хиту и надумываешь себе что-то!

- Но я учусь! – умолял он. – У сэра Малькольма горы книг…

- Я всё решила. Твои слова ничего не изменят. Я договорилась с директором, что ты поедешь туда послезавтра.

Он начал протестовал, но миссис Фолькленд подняла руку.

- Когда я в прошлый раз отправляла тебя в школу, то дала тебе слишком много времени, и ты успел заболеть, чтобы остаться дома. Я не повторю этой ошибки. Послезавтра ранним утром ты уедешь на почтовой карете. Больше говорить не о чем.

- Есть о чём, – Юджин был очень бледен. – Я просто хочу, чтобы ты знала – я понимаю, почему ты отсылаешь меня. Ты думаешь, что это я убил Александра. Быть может, ты хочешь, чтобы все так думали. Ты всегда стыдилась меня! Александр был добр ко мне, но ты – всегда ненавидела!

- О, Юджин, – устало сказала она. Потом её спина распрямилась. – Ты выставляешь нас обоих на посмешище перед мистером Кестрелем. Попроси у него прощения и иди в свою комнату.

- Прошу прощения, мистер Кестрель. Но я должен предупредить вас, что я – отпетый негодяй, как и мой отец. Вы не могли ожидать ничего лучше, – он зашагал к выходу, но на полпути обернулся к сестре. – Скоро ты не сможешь мной командовать. Теперь у меня есть свои деньги – или будут, как только я стану совершеннолетним. Александр сделал это для меня. Он дал мне то, что я хотел больше всего – свободу от тебя! – он выбежал прочь.

Миссис Фолькленд странно повела плечами, будто носильщик, поправляющий груз. Именно так сейчас она и выглядела – собранная, целеустремлённая, усталая, будто и правда тащила тяжёлое бремя, не надеясь отдохнуть.

- Я сожалею, что вам пришлось стать свидетелем этой ссоры, мистер Кестрель. Это наше старое непонимание. Юджину никогда не нравилась школа. Он жил тихой жизнью с мамой ещё несколько лет назад. Когда она умерла, а я – вышла за Александра, он внезапно попал в большой мир. Хэрроу для него слишком большое и светское место. Эта новая школа может подойти ему больше.

- Для расследования будет лучше, если он останется здесь.

- Почему? – она посмотрела ему прямо в глаза. – Вы подозреваете его?

Кестрель посмотрел на неё не менее прямо.

- Я подозреваю всех, миссис Фолькленд.

- Я понимаю, – она помолчала мгновение, а потом сказала. – Мой брат не хочет жить в мире. Я понимаю его чувства, но не могу принять их. Вы видели, как странно и грубо он ведёт себя. Чем больше он будет оставаться отшельником, там сильнее это в нём укоренится. Помочь ему – мой долг, даже если он сам не понимает и не принимает этого. Мать оставила его на моё попечение. Её почти что последними словами была просьба позаботиться о нём. И я сделаю то, о чём она меня просила – даже если он будет ненавидеть меня за это.

Её голос дрогнул, но всего на мгновение. Джулиан мягко ответил:

- Быть может, если бы он знал, чего вам стоит отсылать его в школу, он бы поехал с большей охотой.

- Если бы он знал, чего это мне стоит, он мог бы подумать, что я смогу изменить своё решение. Это было бы ещё более жестоко, чем моя твёрдость. Я должна попросить вас, мистер Кестрель, поверить в мою правоту.

- Вы можете быть уверены, миссис Фолькленд. Это совершенно не моё дело.

Пожалуй, он слишком быстро отказался от любого вмешательства в дела, которые могут быть связаны с убийством.

- Я рад возможности поговорить с вами. Мне нужно задать вам несколько вопросов.

Он кивнула и села. Длинная юбка образовала вокруг неё чёрное озеро.

- Вы обсуждали свои финансовые дела с мужем перед его смертью?

- Почти нет. Иногда он рассказывал мне о вложениях, что принесли хороший доход.

- А как насчёт тех, что принесли убытки?

- Я не думаю, что такие вообще были, до тех пор, пока несколько лет назад он не вложился в южноамериканские шахты.

- Он рассказал вам об этом?

- Упоминал.

- Вы были обеспокоены?

- Нет. Я никогда не сомневалась в том, что он всё исправит.

- А он рассказывал как именно он… всё исправил?

- Кажется, он договорился о чём-то с мистером Адамсом, который выкупил его векселя.

- Договор заключался в том, что мистер Адамс простил эти векселя – на сумму в тридцать тысяч фунтов. Ваш муж рассказывал вам об этом?

- Нет. Вы должны понять, мистер Кестрель, я никогда не интересовалась денежными делами. Александр прекрасно управлялся с этим сам.

- Что вы думаете о его дружбе с Дэвидом Адамсом?

- Я ничего о ней не думаю. Я едва знала мистера Адамса. Он иногда бывал на наших вечеринках, но куда чаще Александр встречался с ним один. Он был не из тех людей, с которыми я привыкла общаться, но он был другом Александра, так что его принимали со всей вежливостью.

Джулиан вгляделся в её лицо. Оно было белым, холодным и бесстрастным.

- Я должен расспросить вас ещё кое о чём. Это кажется вашего визита к подруге, что живёт недалеко от магазина скобяных товаров на Стрэнде.

Мгновение назад казалось, что миссис Фолькленд не сможет стать ещё более бледной и неподвижной. Теперь же она обратилась в беломраморную статую.