Страница 21 из 78
— Сарказм защищает от ран, а твоя рана, судя по всему, слишком глубока, — Данфейт с наслаждением смотрела, как усмешка покидает лицо Бронана и растворяется в оскале, натянутом на его губы. — Рада была познакомиться, — она кивнула обоим деревам и развернулась, чтобы уйти.
— Эрика лишила себя свободы, когда улеглась в мою постель для того, чтобы я повлиял на своего отца и убедил его продать акции корпорации ее семье! — произнес Бронан. — Кто же знал, что она заплатит несколько больше, чем рассчитывала изначально?
— Ты говоришь о своем уязвленном самолюбии, — ответила Данфейт, не оборачиваясь. — Но забыл принять в расчет ее унижение.
— Она продалась за деньги, пусть даже и большие!
— А ты купил ее свободу. За деньги. Пусть, даже, и большие, — произнесла Данфейт и направилась к двери, в которую вошел Сермилли, Агира, ее подружка Софи и еще один зрячий.
— А вот и дикарка Белови! — в голос расхохотался Сермилли, оставляя своих спутников у дверей и направляясь в центр зала.
— Рукопашный бой, зрячий! — во всеуслышание заявила Данфейт.
— Как скажешь, — согласился Сермилли и грациозно поклонился всем собравшимся в зале. — Кстати, где твой Кимао? Не думал же он, что я стану долго возиться с тобой?
— Ты слишком разговорчив, Сермилли, — понизив тон произнесла Дани, останавливаясь напротив него.
Сермилли начал бой первым, попытавшись ударить Данфейт кулаком в живот. Данфейт уклонилась и ответила хлопком ладони по его груди.
— Играешь? — улыбнулся зрячий.
— Нет, — хмыкнула Данфейт и, мгновенно выставив руку, нанесла по его ребрам второй удар.
Сермилли в долгу не остался и наградил Дани парой быстрых толчков по перетянутой груди. Боль несколько отрезвила Данфейт, и она начала всерьез воспринимать своего противника.
— Ты что-то умеешь? — спросила она, уклоняясь от его ударов и выставляя блоки руками.
— Что-то? — удивился Сермилли и почти ударил ее по лицу.
Почти, потому как Дани метнулась в сторону и с прыжка осадила Сермилли на пол точным ударом ноги в живот.
Окружающие не поняли, что произошло. Черная тень шмыгнула в сторону, затем к Сермилли и тот оказался лежащим внизу. Данфейт засмеялась и склонилась над ним.
— Рукопашный бой — не твой конек, Сермилли. Зато ты хорош по части унижения более слабых. Как тебе? Нравится лежать на полу перед одной из них?
Сермилли хотел ей ответить, но не мог. Его язык больше не принадлежал ему, так же, как и руки.
Данфейт наклонилась ниже и, занеся ладонь, вновь ударила его пальцами в живот. Сермилли тут же закашлялся и повернулся на бок. В зале повисло молчание. Данфейт отошла от зрячего и направилась к своим друзьям. Агира не двигалась, продолжая стоять у самых дверей.
— Попробуй это, Белови! — вдруг закричал Сермилли, и Дани отбросило в сторону, впечатав спиной в зеркальную стену.
— Ах, ты! — завопила Эрика и бросилась прямиком к Сермилли.
Террей не успел ее остановить. Данфейт осела на пол, пытаясь сориентироваться в происходящем. Эрику отбросило в сторону так же, как и Данфейт. Тианка упала на пол и проехалась по гладкой зеркальной поверхности несколько метров.
— Знай свое место, потаскуха! — Сермилли обернулся, глядя в сторону, где несколько минут назад спокойно сидел Бронан.
— «Потаскухой» будешь называть свою матриати, а к моей можешь обращаться только по имени, — Бронан оказался за спиной Сермилли и с высоты своего роста посмотрел на одного из таких же, как он сам. — А если тебе не знакомо ее имя, тогда не обращайся к ней вовсе, — был его ответ перед тем, как кулак Бронана встретился с подбородком Сермилли.
***
Кимао опаздывал на поединок. Он не беспокоился за Данфейт. Больше его волновало то, во что мог превратиться этот вызов. Семинар закончился давно, однако преподобный Матье задержал его, продолжая, почему-то, разжевывать материал по трансформации звуковых полей. Кимао попросил Айрин присмотреть за Данфейт, рассчитывая, что Айрин не допустит, чтобы Сермилли сыграл в поединке нечестно. Когда Кимао ощутил отголоски удара силового поля, он поднялся со своего места и, перебив преподобного своим «извините», покинул аудиторию. Данфейт было больно, очень больно. Странно было ощущать это самому. Будто волны ее дрожи, ее гнев и нечто, что не дает ей возможности подняться.
***
Голоса вокруг превратились в какой-то фоновый звук. Данфейт хватала воздух ртом, но это не приносило облегчения. Лицо Орайи, нависшего над ней, показалось ей ликом святого. Орайя прикоснулся к ее груди и укоризненно покачал головой. Гритхен. Она стояла за спиной Орайи и что-то кричала остальным. Остальные… Они дрались. Сермилли и Бронан переместились в другой конец зала. Террей пытался успокоить неизвестного Данфейт зрячего, который пришел с Агирой и Софи. Сами матриати смиренно стояли у двери под бдительным присмотром Айрин. И Эрика. Она лежала на полу и не двигалась.
— Помоги ей, — прошептала Данфейт.
— Заткнись, итак уже вляпалась! — зашипел Орайя.
— Помоги Эрике!!! — закричала Дани и согнулась пополам от боли, охватившей грудь.
Орайя обернулся и взглянул на тианку, лежащую в дальнем углу тренировочной комнаты на полу. Кажется, та и не дышала вовсе.
— Не двигайся, — прошептал Орайя и метнулся к Эрике.
Данфейт ощутила, как теряет нить происходящего. Безразличие, дарованное ей кем-то, погасило все эмоции. Она закрыла глаза и отключилась.
Кимао приблизился к Данфейт и приложил руку к ее носу. Дышала. Подняв тяжелое тело на руки, он кивнул Орайе, который пытался привести в чувства Эрику, и с некой злостью взглянул на Айрин. Почему он ощутил именно злость, посмотрев на нее? Теперь Айрин не казалась ему столь прекрасной, как раньше. Ее красота поблекла в море его разочарования. Он никогда не замечал, насколько она хладнокровна и никогда не думал, что ей может быть безразлична судьба даже своей сестры. Он попросил Айрин прийти сюда и помочь Данфейт в случае непредвиденных обстоятельств. А помогал Данфейт Орайя, его брат, которого он ни о чем не просил.
Айрин подошла к Кимао и открыла перед ним тяжелую дверь.
— Мои просьбы теперь для тебя ничего не значат? — произнес Кимао, устремляясь вперед.
— Я опоздала. Сермилли ударил ее раньше, чем я смогла что-либо предпринять, — Айрин прикоснулась ко лбу сестры и убрала темные пряди волос с ее лица, покрытого испариной.
— Оставь. Дальше я сам.
— Она — моя сестра. Я не оставлю ее.
— Раньше следовало вспомнить об этом, — сквозь зубы процедил Кимао.
— Ты меня обвиняешь в чем-то? — возмутилась Айрин.
— Задай этот вопрос своей совести.
— Она сама вляпалась, как всегда! И ей не пятнадцать лет, чтобы старшая сестра прикрывала ее зад перед отцом!
— А ты прикрывала? — спросил на прощание Кимао, перед тем, как двери лифта закрылись перед ним, отрезав от его глаз искаженное ненавистью лицо Айрин.
***
Данфейт открыла глаза и тут же застонала. Вокруг царил полумрак с давящей на уши тишиной.
— Где я? — спросила Дани, пытаясь повернуться на бок.
— В моем доме.
— Сколько ребер? — поинтересовалась она, сжимая зубы от боли.
— Два справа, — уставшим голосом ответил Кимао, даже не пытаясь подняться с дивана, на котором спал уже несколько часов.
— Ты опоздал.
— Так получилось.
— «Так получилось», — попыталась покривляться Данфейт, но тут же снова застонала.
— Раз тебе уже лучше, я могу идти спать к себе.
— Что с Эрикой?
— У нее пневмония и сломано одно ребро. Орайя оставил ее в больнице на попечение Бронана.
Кимао поднялся с дивана и посмотрел на Данфейт: ни капли раскаяния, ни грамма благодарности, ни единого вывода из ситуации, в которую она угодила. Одно только осуждение. Словно это были глаза самого Ри Сиа, с презрением глядящего на непослушного сына своей матриати.
— Я сделал для тебя то, чего мог не делать, — произнес Кимао, — но тебе, судя по всему, наплевать на это.
— Ты опоздал на поединок, зрячий. Достойные так не поступают.