Страница 84 из 91
В эту ночь в квартире Саныча не шумели. Сотрапезнички перешли на вино. Попивали не спеша, глядя телевизор. Да негромко разговаривали. Стоило одному забывшись повысить голос - другой тут же подносил палец к губам:
- Т-с-с, осторожно, злая соседка.
- Да, нелегко доброму, средь злых ночью.
К четырём утра они завалились спать.
7.
Саныч поднялся в одиннадцать. Вышел в зал. Митя, сидя на диване, смотрел тихонько телевизор.
- А я посудку помыл, - сказал Полсотни разливая по стопкам водку.
- Замечательно, - проговорил Саныч, и, выпив, добавил. - А сейчас ещё замечательней.
Закусив, пошёл умываться. Его вновь чуть не стошнило от зубной пасты.
Через час у них закончилась водка. Митя разлил остатки по стопкам и сказал:
- Дай бог, чтоб не последняя.
Сотрапезнички чокнулись и выпили. Полсотни сразу погрустнел, он не знал, что у Саныча есть деньги.
- Ну что, надо что-то придумывать, - сказал Митя. - Пошли, прогуляемся. Кого-нибудь встретим, у кого-то стрельнём.
Саныч хотел избавиться от "хвоста". Он согласился выйти на улицу, чтоб там и распрощаться с гостем, сказав, что резко поплохело. Затем вернуться домой, естественно через магазин. Тогда можно потихоньку похмелиться, убраться, замочить заблёванное бельё. А коль хорошо похмелиться, то можно даже и постирать.
Они вышли на пасмурную улицу. Пасмурно, это хорошо. Хуже не придумать чем с бодунища на солнце щурить пропитую рожу.
Сотрапезнички стояли у магазина, где встретились.
- Стасик! Здорово дружище! - Воскликнул Митя, увидев вышедшего из-за угла парня. Саныч его не знал.
- Здорово! - Протянул парень руку сначала Полсотни, а затем Санычу.
- Как жизнь вообще? Давно тебя не видел, - сказал Митя.
- Неделю назад встречались, - напомнил Стасик.
- Ой, точно, - хлопнул себя по лбу Митя. Он почувствовал щедрый кошелёк, и глаза его загорелись.
- А вы чё тут стоите, мутите? - спросил Стасик.
- Ну, - развёл руки Митя. - Мутим. Есть предложения? А то так хреново, прям вообще.
И действительно, голос Полсотни стал хреновым. Прям вообще.
- Пошли со мной тогда, - махнул ракой Стасик. Я вчера тоже поддал.
- Как? - удивился Митя. - Сегодня значит уж суббота?
- Ну да, - кивнул Стасик. - А тебе-то что, иль на работу устроился?
- Не, - улыбнулся Митя. - Нет ничего подходящего. На всех пивных заводах уже есть директора.
Стасик купил два литра водки и позвал сотрапезничков в гости.
"Как-то нереально всё складывается в последнее время, - подумал по пути Саныч. - То Андрюха с бабками, теперь этот Стасик. И даже прощелыга Паша разок со своим пришёл. Все наливают, никто ничего не просит. Ой, не к дождю такое. Налетит Земля на небесную ось".
Это в прежние времена все были при мармулетах и водка текла рекой. Нынче-то пообсохла та река. Из болота выцеживать приходится с Пашей, Перегаром, Митей. Ведь и он, Саныч, теперь такой. Частенько бывает: в дверь позвонили - бутылку, закуску прятать.
Они шли вдоль дороги. Саныч глянул на здоровенный плакат, видимый всеми пешеходами и проезжающими. На нём были изображены мужчина и женщина. С едва заметными полуулыбками, а-ля этакой, плакатной, Моны Лизы.
"Впрочем нет. Мона Лиза и по сей день непонятно чему улыбается, - подумал Саныч. - С этими ж всё ясно. Они очень горды, что на плакат попали. Вот соседи-то ахнут. А снизу, надпись такая, красивая: "СИЛА ЗАПОЛЯРЬЯ В ЛЮДЯХ". Ага, красивая. Но какая-то непонятная. Против кого-то эта сила? И зачем вообще сопки в силах измерять? Красиво, звучит, но непонятно. Как картина, которую мулатка грудью пишет. Хотя там красива сама картина написания картины упругой грудью, перемазанной в краске. Это же, нет, не мулатка рисовала. Здесь, раз прочитав красивую мудрёную надпись, тут же забудешь. Будешь ходить мимо, не обращая внимания. Потому, что второй раз читать, не торжественно уже. А напиши "СИЛА ЗАПОЛЯРЬЯ В ЛЮДЯХ", мулатка упругой грудью? А? Красота осталась бы навсегда. Вот идёшь по завьюженной улице Полярной Ночью. По щекам стегает снег. И он такой плотный, что и не видно тебе кто изображён, что написано, на этом плакате. Виден лишь смутный силуэт. Но ты знаешь, что его, когда-то, расписала своей загорелой грудью мулатка. И наверняка станет теплее. Хотя бы на душе.
А тут? Ай, что и говорить. Лучше б меня с перепою сфоткали. Такого, чтоб щетина ржавой проволокой, чтоб в глазах два испуганных дурачка. И написали б: "САНЫЧ, ЗАВЯЗЫВАЙ!!!". Это для братвы. А с другой стороны, для правильных. Ну, для таких, кто в остроносых туфлях, и в машинах, где клубняк из колонок: "унц-унц". Вот для них, ту же самую фотку, только с надписью: "САНЫЧ СЕГОДНЯ НЕ КОМИЛЬФО". Потому как стерегись. Ведь носи ты даже остроносые туфли, это не застрахует тебя от стопочки-другой. А там глядишь, жена выгнала из дому. Уснул в машине своей, в последнем пристанище, с сигаретой. Пожар. Да благо проснулся-таки, выскочить успел. И всё, в машине не слышится больше "унц-унц". Там теперь ветер подвывает. А на туфле остроносой каблук отвалился. Друзьям через неделю не нужен. Попахивать псиной начал. Ну, в общем, не комильфо".