Страница 62 из 329
РИП уже некоторое время как проснулся и внимательно наблюдал за своей названной матерью и за худощавым мужчиной в исполосованном мелкими порезами халате с такими же порезами на лице и руках, кожа которых загорала, будучи открытой из-под подвернутых рукавов халата и свитера. Неон слегка наклонил свою голову в своем наблюдении за знакомой фигурой. Маленький мальчик пытался понять произошедшие изменения. и, судя по его внешнему виду, видел лишь новую странную походку у привычного человека.
— Что, маленький? — добродушно сказал Олденвуд Грей, который заметил проявленный к своей персоне интерес. — Что ты так смотришь на меня с таким любопытством и непониманием? — он говорил мягко, но не сюсюкал. — Старый я уже, причем очень старый, вот, ноги уже не держат и приходится помогать руками, — он хмыкнул и показал свободной рукой на загипсованное колено, а потом на руку, упирающуюся в костыль и служащую отличной опорой. Неон внимательно проследил за этим движением, затем посмотрел на экспериментатора и вернул голову в прямое положение.
— Исида, как думаешь, он понял то, о чем я ему рассказал, или мне просто кажется? — спросил Олденвуд Грей у своей ассистентки, которая с интересом наблюдала за Неоном, наблюдающим за экспериментатором.
— Я… я не знаю… Иногда одними своими глазами он способен рассказать так много, что и слов не надо… Иногда он просто наблюдает, и появляется такое чувство, будто бы этот несмышлёныш уже понимает так много!.. И становится страшно… в смысле, натурально страшно! — ответила Исида, и в этот момент РИП посмотрел на нее. — Вот, как к примеру сейчас… — в её голосе заиграли нотки легкого испуга, сквозь которые были слышны слова: «Да ну, не-е-ет! Быть такого не может! Словарный запас не позволил бы понять так много сказанного».
Она смогла убедить саму себя в том, что подопытный ничего не понимает, и с облегчением выдохнула. Тут же Неон вопросительно наклонил голову, и Исида ойкнула, чем спровоцировала смех у своего наставника.
— Круг замкнулся, — сказал экспериментатор, — стало быть, ты все прекрасно понимаешь, — произнес он, не отрывая своего взгляда от подопытного. Тот, в свою очередь, отвлекся от своей названной матери и посмотрел на Олденвуда Грея, который сначала громко смеялся, а теперь, пребывая в состоянии совершенной серьезности, наблюдал за маленьким мальчиком.
— А такое вообще возможно?.. — спросила Исида. — Чтобы в столь нежном возрасте ребенок что-то понимал, чтобы прекрасно осознавал момент и видел ситуацию? — девушка говорила слегка испуганно. — Чтобы ребенок так четко понимал язык и слова, которые сам не мог бы воспроизводить по причине еще не развитого речевого аппарата и отсутствия коммуникативного опыта?..
— Как видишь, возможно, — Олденвуд Грей кивнул. — Даже больше, чем просто возможно… потому что это наша с тобой реальность… необычная и суровая, — экспериментатор задумался. — Подойди поближе… я хочу тебе кое-что шепнуть на ушко, — он произнес это несвойственно тихо, и Исида, не сказав ни единого слова, чуть замедлилась и подалась в сторону своего учителя.
— Он уже взрослый, — шепнул экспериментатор, — воспринимай его так, как ты воспринимаешь Уилла или меня, потому что он уже все прекрасно понимает и ищет истину в этом мире. Поэтому, прошу тебя, будь осторожна в словах и высказываниях, — Олденвуд Грей был серьезен. — Теперь, с этого момента, между всеми посвященными в тайну РИП и между всеми теми, кто будет с ним контактировать, действует негласное правило: «Все мы — жители Киборгвилля. Все мы — обычные обыватели, что строят свое счастье под солнцем. Все мы — его друзья в небольшом, но закрытом городке. И мы не треплемся».
— Но… что вы намерены делать в том случае, если Неон захочет покинуть Инкубаториум? — спросила Исида также шепотом, приблизившись губами к уху доктора Бея. — А он рано или поздно захочет знать как можно больше о том месте, в котором он живет! И в какой-то момент он постарается бежать прочь, и если это произойдет…
— Я уже думал об этом… но это долгий разговор, который лучше перенести на другое время и в другое место, — сказал доктор Бей, что наблюдал за внимательным РИП.
Маленький мальчик в это же время не сводил своих пытливых глазок с Исиды и экспериментатора. Он наклонил свою головку набок, а это значило, что мальчик напряженно думает и пытается что-то выяснить.
— Я вас поняла. В таком случае, предлагаю сегодня все обсудить, чтобы я заранее знала… Плюс, я не думаю, что наши тесты займут много времени, так что вечером будет возможность доверить Неона Вандае и Уиллу… возможно… или сразу лечь спать, чтобы нормально отдохнуть… восстановиться. Плюс, не известно, будет ли Уилл на ногах к тому времени, когда мы вернемся, — сказала Исида, после чего постаралась натянуть добродушную улыбку на свое выразительное лицо и улыбнуться мальчику, что привстал в своей коляске-кроватке и, придерживаясь за борт, внимательно смотрел на экспериментатора и его ассистентку.
— Хорошо, — ответил Олденвуд Грей, который действительно уже несколько раз приходил к данному размышлению, но так ни единого раза и не смог ничего додумать. — Давай так и поступим… потому что мысли у меня есть, но я не хочу, чтобы случилось как… в закрытых мирах игровых галактик, — сказал он, подумав о реальности, существующей в «Глобал».
— Не поняла, — удивилась Исида, — реальность, существующая в «Глобал»? Это вы про Синтети? — она посмотрела на своего наставника с таким видом, будто бы её чем-то очень сильно ввели в заблуждение, причем она это понимала, но не могла выяснить того, чем именно.
— Да… точно… про Синтети, — Олденвуд Грей поднял палец вверх. — Ты же знаешь, что как бы разрабы ни пытались, у них и не получилось создать по-настоящему бесконечную реальность в рамках… ни прошлой глобальной сети, ни сети «Глобал», которая в разы превышает предыдущую… Так вот, ты в курсе, что ни у прошлых создателей, ни у наших еще не получилось создать истинно бесконечное пространство? — спросил доктор Бей, который специально интонационно выделил слово «бесконечное».
— А… вот вы о чем, — догадалась Исида, — да, я в курсе. И я знаю причину, по которой такое просто невозможно точно так же, как невозможно деление на ноль, — сказала она. — А все из-за ограниченности самого пространства в системе координат, — девушка трепалась с умным видом и наблюдала за Неоном. Тот, видимо, устав слушать или устав стоять, сел в своей колыбельке и начал смотреть по сторонам. — Ведь так, доктор Бей? — спросила она довольным голосом.
— В общем и целом, да, это так, — сказал экспериментатор — А еще ты молодец! И идею уловила и нашла способ, как усыпить бдительность нашего маленького подопытного большим количеством совершенно не нужной и даже не самой прикольной информации, — Олденвуд Грей рассмеялся. — Молодец! Хвалю!
— Да ладно вам… подкалываете меня тут… я ж серьезно, а вы как всегда!.. все на шуточки переводите… — ответила Исида, одновременно сдерживаясь от того, чтобы сложить руки замком на своей груди. — Вот если бы не ваша нога, я бы оставила вас с ребенком на весь сегодняшний вечер… чтобы вы все делали самостоятельно! Потому что… ну, просто потому что! — фыркнула она.
Спустя несколько минут они зашли в исследовательскую лабораторию. Исида установила коляску-кроватку-трансформер в специально обозначенном под нее месте и подошла к оборудованию. В это время доктор Бей потихоньку доковылял до офисного стула на колесиках, упал в него, положив руки на подлокотники и бросив костыль на пол, и на несколько секунд закрыл глаза.
— Эй, док… с вами все нормально? — пробилось сквозь пелену накрывшего сна. — Мистер Бей Олденвуд Грей, я с вами разговариваю вообще-то! — голос Исиды интонировал недовольством. Экспериментатор же вяло открыл глаза, смочил языком слипшиеся, сухие и полопавшиеся губы, после чего, упершись руками о подлокотники, помог себе подняться и сесть поудобнее. Тело было тяжелым и не хотело слушаться. Мысли словно приковали толстой цепью к двутавровой балке, и поэтому они были вынуждены наворачивать круги вокруг, в попытке использовать звенья в качестве пилы, для перетирания толстой стали.