Инкубаториум Киборгвилля

— Почему, эм… не умею? — её слова заставили доктора Бея остановиться и задуматься. — Умею… — он завис, думая о своём необоснованном эгоизме и осознавая собственную слепоту, вызванную усталостью. — В любом случае, настоятельно советую тебе сбавить обороты, потому что мне очень не нравится ни твой тон, ни то, каким образом ты со мной сейчас разговариваешь. Мне кажется, что ты слишком много на себя берешь.

— Это не я слишком много на себя беру, это вы думаете о том, что взяли на себя слишком мало, и все пытаетесь забить свой горб все большим количеством дел, которые начинают рассыпаться в разные стороны, потому что место и на плечах, и в руках закончилось! — произнесла она уверенно и даже поучительно. Такое чувство, будто бы сейчас она прекрасно знала, что именно и в какой момент надо говорить своему наставнику, чтобы не только заставить его задуматься над своими поступками, но и вернуть его на место руководителя эксперимента, а не того, кто бегал по Киборгвиллю и отвечал за планомерно протекающую стройку, то общаясь с бригадирами, то вставляя им по самое «не балуй», то требуя отчеты о проделанных работах.

— Хорошо. Выдвигаюсь. Думаю, минут через десять, пятнадцать от силы буду на месте. Можешь начинать проведение эксперимента. Как приду, сменю тебя и дальше будем вместе танцевать… Я — над аппаратурой, ты — вокруг Неона. Постараемся все закончить за сегодня, — сказал доктор Бей и замолчал.

— Что вы понимаете под «за сегодня»? — Исида тут же подхватила нить разговора. — «За сегодня» — в смысле, как в прошлый раз или — сколько успеем до девяти вечера, столько и сделаем? — в её голосе звучали глумление, насмешка и обреченность, потому как она понимала, что в любом случае, при любом раскладе работать они будут до упора.

— Посмотрим на самочувствие… нашего РИП, — ответил доктор. — Его нельзя перенагружать, так как впоследствии это может плохо сказаться на центральной нервной системе, — сказал он. — Ещё, я в последнее время был очень занят и жил в основном в своём кабинете… Эм… скажи, Уилл справляется с возложенной на него задачей?

— Что вы хотите узнать? — Исида пребывала в легком замешательстве, так как не понимала сути заданного ей вопроса. — Поподробнее, пожалуйста, — произнесла она в свой небольшой приборчик для поддержания связи с людьми и узлами станции.

— Как он справляется с ролью отца Неона, — уточнил Олденвуд Грей. — Ещё… я давал ему задание… Я попросил начать физическое развитие РИП… Скажи, Уилл приступил к выполнению этого задания, или ты ничего об этом не знаешь? — он напрягся.

— Да… м-м-м… Он что-то делает, но я не совсем понимаю смысл, — честно ответила ассистентка. — Каждый вечер, по возвращению с… ну, со своего рабочего отдела… он же сейчас в сантехнике… он приходит, ужинает тем, что готовит Вандая, поднимается в детскую и там, с милыми песенками, начинает переворачивать Неона, надавливать ему на ручки и ножки. Это похоже на какую-то не совсем понятную для меня игру. На все вопросы он отвечает туманно, словно стараясь вообще ничего не говорить об этом, и, кажется, теперь я поняла, почему он себя так ведёт. Тут замешаны вы!

— Значит, задание выполняет. Молодец! Это не может не радовать, — на лице доктора появилась улыбка, а в голове — мысли: «Вроде бы, пока что… теперь… Все идёт по более-менее расписанному графику и это очень хорошо!»

В этот миг он потерял землю под своими ногами и начал ступать по холодному, серому бетону. Он быстро шёл в лабораторию, уставленную медицинскими приборами.

«Если мы сейчас начнём, то начнём с грудной клетки и с сердца на минимальной нагрузке, — подумал он. — Так оно должно быстрее адаптироваться, и нам не придётся внезапно прерывать опыт. Надо прозвонить все нервные окончания… Не так давно меня глуманули акупунктурой и иглоукалыванием… и с того раза я запомнил, и даже стало любопытно! То есть мне действительно интересно посмотреть на то, есть ли под этим хоть толика правды или нет… Я выучил все точки и, дабы утолить любопытство, буду воздействовать на акупунктуру и одновременно отлавливать мозговую активность. Единственное, что меня смущает, протяжённость, на которую может растянуться данный эксперимент… Даже не знаю, что с этим делать, но разбивать на несколько дней мне не хотелось бы… Плюс, я планирую начать с минимальной нагрузки в пять вольт и постепенно повышать…» — гудело в мыслях доктора Олденвуда Грея.

— Начнём-с? — бесцеремонно спросил он, заходя в лабораторию, освещенную мягким белым светом, в центре которой стояла колыбелька-трансформер, по краям которой располагалось разнообразное оборудование. — Что-нибудь успела сделать? — спросил он, проходя мимо РИП и не обращая на него никакого внимания.

— Не так много, — ответила Исида, — прогнала по всей ЦНС кружочек напруги. Неону не понравилось. Он начал плакать, я только успокоила его. Так что с этим испытанием будут серьезные проблемы, — сказала она и посмотрела на своего наставника взглядом открытым, светлым, наполненным волнением.

— Ты, наверное, просто все делала неправильно, — на его лице появилась улыбка. — Его надо чем-нибудь отвлечь хорошенько и только после этого… Ты запомнила?.. Только после сосредоточения внимания на другом объекте можно начинать эксперимент, — доктор Бей поднял палец вверх. — Конечно, некоторые пиковые значения нам необходимы, и мы их получим, но иначе… — он пододвинулся к ассистентке как заговорщик, желающий передать важную информацию от источника к дальнейшему переносчику. — Так, чтобы РИП ничего не понял и мало что почувствовал, — Олденвуд Грей подмигнул Исиде, после чего поймал её заинтригованный взгляд.

— Что вы имеете в виду? — спросила ассистентка, которая не до конца уловила мысль своего наставника и продолжала просто смотреть на него в ожидании дальнейших пояснений, а лучше личного примера.

— Хорошо… смотри, — доктор Бей снял со своей шеи золотую цепочку, продетую сквозь кольцо, и подошёл к колыбельке. — Достаточно самого простого… то есть какой-нибудь блестяшки, к примеру, — он вытянул руку вперёд и запустил кольцо на подвесе по траектории движения маятника. Это привлекло внимание Неона. Мальчик выплюнул большой палец из рта и начал внимательно следить за тем, как колечко из-за своего веса, силы притяжения, заданного вектора и ускорения мотает из стороны в сторону. РИП смотрел на это с восхищением.

— Давай, прогоняй кружок! — проговорил доктор, поворачиваясь к Исиде, которая тоже смотрела на приманку, не в состоянии отвести от неё глаз.

— А? — дёрнулась Исида, на несколько секунд совершенно выпавшая из реальности, чтобы понаблюдать за тем, что конкретно намеревается делать экспериментатор и её ментор. — Д-да… конечно! — она спешно подошла к небольшому аппарату. — Куда направить напряжение? — спросила она, внимательно изучая приборную панель перед глазами.

— Начинай с ног, — сказал доктор. — Потом поднимай по спине… переходи на грудной отдел… Посмотрим, как проявят себя древние знания, — пробубнил он себе под нос, продолжая привлекать внимание Неона с помощью колечка, подвешенного на тоненькой золотой цепочке.

— О чем вы говорите и что это за кольцо? — спросила Исида, нажимая на кнопки. Реакция Неона при этом… И тут она поймала себя на мысли о том, что маленький подопытный вообще не испытывал никакой реакции. Она посмотрела на монитор и поняла, что максимум, что он мог почувствовать — легкую щекотку на коже, не более того.

«Но, в таком случае, что явилось той причиной, по которой Неон так громко заплакал?» — подумала Исида, прежде чем спросить об этом у своего наставника.

— Незнакомое внешнее воздействие, — ответил доктор Бей с доброй улыбкой от заданного ассистенткой вопроса. — Дело в том, что до этой небольшой игры с привлечением внимания наш маленький мальчик фокусировал все внимание на самом себе, на своих ощущениях, которых у него, поверь, невероятное количество! А сейчас, посредством такой игрушки…