Страница 275 из 329
Меня это смутило и заставило скривиться. Вандая рассмеялась. Звонко и по-настоящему. Я понял, что либо смачно туплю, либо чего-то не понимаю, либо упустил какую-то элементарную деталь, до которой мог бы самостоятельно додуматься, но по какой-то неизвестной причине упустил.
— Об этом даже думать не надо. Сюда только вложения йот нужны. Не более того, — сказала Вандая. — Я даже не верю, что ты поставил вопрос таким образом, каким поставил, а не о каком подумала я, Неон! — сказала она. — Думаю, Уилл, который учил тебя хитрости все годы в Инкубаториуме, тоже подумал бы о том же, о чем и я, и сильно бы удивился твоему… твоей проснувшейся близорукости! — сказала она, чем смутила меня в разы больше. — Ты действительно не понимаешь, что я могу предложить согласно твоим требованиям? Причём вот так, просто, сходу?! — она посмотрела на меня, на Джонсона, что тут же пожал плечами типа «не в курсе, о чем ты», после чего продолжила: — Ладно… пф… Поскольку ты уже в правительстве, поскольку у тебя с самого рождения в знакомых и фонд военного взаимодействия, который придётся подмять под себя, и один из прошлых руководителей государства, и самый богатый и влиятельный человек в мире!.. Поскольку у тебя все это есть, вместе с бабками, ты можешь выморозить и купить себе бронемашину полного комплекта, снабдить системой безопасности, как в Инкубаториуме, запитать от этого все оборудование и склепать таким образом целую рабочую передвижную крепость, которая будет всегда работать и которая будет всегда на ходу! К которой просто так не подобраться, и которая, по сути, будет потом пользоваться в качестве пристанища! Как минимум, первое время с начала активных действий. В любом случае, тебе достаточно просто оформить, купить, изобрести, откуда взять броневик, а уже потом постепенно готовить к… к началу всеобщего конца! Если такой понадобится!
Вандая рассмеялась, и я понял её первоначальную реакцию на мое задание касаемо серверных станций, и, в принципе, она во всем была права.
— В этом есть смысл, — кивнул я. — Ну что ж, раз мы разобрались с этим, к тебе будет ещё одна просьба. Я ищу себе секретаря, но тебя взять не получится… Из кандидатур только одна, и я не то чтобы не хотел бы с ней связываться, но, по всей видимости, придётся. Нужно её проверить и проследить за ней немного… И за Гарри Томпсоном тоже, после общения с таковым, — сказал я. — А теперь, мои дорогие члены семьи и заговора, вы меня простите, пожалуйста, но я хочу упасть и поспать. Был очень протяженный и совершенно неприятный день, где я в очередной раз отстаивал своё мнение, которое никаким боком не связано с возрастом. Конечно, меня подобное накаляет, и надо что-то с этим делать. Причём быстро! — сказал я и дорогие мне представители человечества молча кивнули. — В таком случае, доброй ночи. Джонсон завтра под землю, Вандая, у тебя завтра тоже тяжелый день! Сначала Томпсон, потом все остальное. Надеюсь, ты сможешь разыграть партию в нашу пользу, а не нейтрально или, чего ещё хуже, против нас. Поэтому, моя дорогая, всецело надеюсь на тебя и только! — я хмыкнул и пожал плечами, после чего, даже не поужинав, отправился спать. Все потому, что есть не хотелось. Пить не хотелось. А вот спать — даже очень! Возможно, сверх всего возможного!
* * *
Казалось, всего через секунду после соприкосновения затылка и подушки мои глаза вновь открылись, но уже в следующей календарной дате, так же расписанной по минутам.
«Взрослая жизнь не такая уж и приятная», — подумал я, садясь на кровати и опуская стопы на холодный пол.
Спустя полтора часа я приближался к зданию административного центра нашего города университетов и студентов. К этому моменту я уже связался с Вивьен и попросил подойти для собеседования с моим хорошим другом и по совместительству профессиональным аналитиком. Вивьен, видимо, ещё спала, когда я позвонил ей, потому что голос слегка потрескивал, когда в связном я услышал «алло?», но как только до неё дошло, кто позвонил и о чем просит, все сразу изменилось. Она в мгновение ока очнулась и включилась в свой новый день. Она произнесла несколько бодрых и веселых «ага!», и на этом наш разговор закончился.
Я понимал, что, возможно, совершаю большую ошибку, но учитывая обстоятельства и нежелание нынешней секретарши делать как ей сказано, у меня не оставалось выбора. Мне даже казалось, что она мне мстила. С самого первого дня избрания мстила за поражение оппонента. Мстила и делала это совершенно мерзким и тупым образом, загружая меня работой по самое горло. Действовала как мой самый лучший враг, который вместе со мной покинул Инкубаториум несколько лет назад и о котором не было ни единой новости.
Вандая была со мной. Утром планы в очередной раз немного переигрались, и было решено сначала посетить администрацию города и познакомить её не только с Вивьен, но и с Клейн Батлер. Я хотел этого, чтобы Вандая ознакомилась с психологическим портретом и потом выдала мне небольшое досье. Чтобы, покопавшись в «Простыне», она выкатила мне детали и мелочи о каждом гнойном нарыве прошлого на теле жизненного пути журналистки. Я понимал, что такой подход — не самое правильное поведение, но относительно этой персоны думал сохранять несколько козырей в рукавах. Подобное казалось мне не столько хорошей тактикой, сколько логичным решением. Поэтому Вандая была со мной и готовилась к очень интересному дню, где предстояло проверить три личности, одна из которых проявляла неоднозначные, неподходящие человеку признаки жизни.
«Признаки жизни… — я поймал себя на этом словосочетании, когда мы поднимались на этаж, где расположился мой кабинет, ремонт в котором подходил к своему логическому и фактическому завершению. — Признаки жизни… что это? — думал я, смакуя два слова объединённые общим смыслом. — Дыхание? Сердцебиение? Стремление поесть или совокупиться? — перебирал я, пытаясь нащупать саму суть понятия. — Что можно назвать признаками жизни там, где никто не задумывается о жизни? Или там, где никто не сравнивает небо с океаном? — размышлял я, не понимая смысла возникшей в голове аллегории. — Что такое признаки жизни?! Что занчит — подавать признаки жизни?!» — появился второй вопрос, и я понял, что данная тема может свести меня с ума, потому что я плохо представлял то, каково это вообще — просто жить?
Все потому, что с первых минут моего появления на свет и несколько месяцев до этого я уже был втянут в авантюру, протяжённостью в несколько жизней! И никогда прежде о подобном не думал.
— Вандая… у меня есть вопрос. Как думаешь, что такое «признаки жизни»? — решил поинтересоваться я, но для ответа силиконовой представительницы нашей планеты не осталось времени, потому что мы подошли к кабинету, около которого уже топталась Вивьен. Она выглядела слегка помятой, невыспавшейся, но счастливой. Конечно, она смутилась в момент, когда увидела рядом со мной идеальную Вандаю, но ничего не сказала. Подойдя, я представил тётушку как старого друга семьи, великолепного психолога и несравненного аналитика, который способен просчитывать людей и то, чем те способны заниматься. Вивьен это смутило вдвойне.
Вандая вступила в разговор с добродушной улыбкой и словами:
— Вам не о чем волноваться. Мы просто немного поговорим и все. Я уже вижу вашу заинтересованность в этой работе, и, поверьте, подобный подход вам на руку. Плюс, можете не сомневаться, что я буду судить совершенно непредвзято, ибо моему другу нужна помощь, и чем скорее он начнет получать таковую, тем лучше всем.
— Х… хорошо, — кивнула Вивьен. — Я вас поняла. Спасибо, — сказала она и посмотрела на меня с таким вопросительным выражением, словно я снял штаны и, вращая тазом, начал рисовать круги в воздухе при помощи полового органа, после чего мотнула головой, отгоняя какую-то мысль. — Я так смотрю, ремонт потихоньку подходит к завершению. Да? — спросила она, указала рукой за стекло, где уже можно было наблюдать рабочий кабинет. — Думаю, уже завтра ты сможешь засесть там. Ну, а пока что, куда пойдем собеседоваться? — она пожала губами и округлила глазки.