Страница 232 из 329
— А что за путь? — несмотря на чистейший страх в глазах, она продолжала проявлять признаки выдержки из жестких триллеров прошлого и мотыльком летела на холодное пламя, рядом с которым в глухой тени прячется маньяк со старым ржавым крюком для подвешивания туш на опустошение от лишней крови. — Или ты специально ничего мне не расскажешь об этом, чтобы как можно дольше сохранять мою вовлечённость? — теперь сквозь ужас она улыбнулась и даже облизнулась от предвкушения интересной пищи для ума. — Ты интригуешь и провоцируешь, ты ведёшь себя так, будто бы уже знаешь все мои дальнейшие действия, и это меня завлекает! При этом мне казалось, что я уже поняла тебя, твою суть, но, как показывает практика, что-то пошло не так и ты в очередной раз приковал к себе всё моё внимание! Интересно получается, — сказала она, и я, слегка усмехнувшись, припомнил, как примерно с шести лет начал свои издевательства над стариком, называя это «теорией провокации», и буквально доводил доктора Бея до искренности сквозь призму бешенства и совершенной злости.
— Я задам тебе наводящий вопрос. Ответ ты должна будешь дать самостоятельно. Готова? — спросил я и увидел, как Истина напряглась и улыбнулась. — В таком случае, слушай внимательно! Повторять не стану… кхм… Как думаешь, в чем смысл создания модели нашего мира? В чем заключается та самая изюминка последующей игры с тем, что будет создано?! На что будет потрачено колоссальное количество времени, сил и нервов? Для чего мне все это? — спросил я и улыбнулся своей дежурной улыбкой, которая обычно вводила людей в ступор и заставляла думать даже слишком много… которая, однако, не произвела никакого влияния на Истину… Или мне так просто показалось. В любом случае, она задумалась и в течение нескольких минут просто молчала, точнее, молча ходила по кругу, на пустом пятачке, где я ждал её до этого.
— Я не могу сказать, для чего, я могу сказать о причине, по которой ты всем этим занимаешься, — хмыкнула она. — Просто тебе очень скучно жить. вот ты и занимаешься всякой херней, — Истина пожала плечами. — Хотя если попробовать порассуждать немного, то мне кажется, что ты хочешь посмотреть на то, на что готовы люди. Возможно, таким образом ты хочешь собрать какую-то команду для непонятных целей, — сказала она, внимательно изучая мои реакции, которых я не давал ей, — короче, спектр моих догадок слишком обширен и может быть как совершенно верным, так и нет. В связи с этим, я, наверное, больше ничего и ни о чем не буду рассуждать. Ты либо сам расскажешь мне обо всем, либо мы закончим на этом, — она старалась окунуть свое сердце в безразличие, но я прекрасно видел крах этих попыток. Это было забавно.
— Команда мне в любом случае понадобится, тут ты права… Посмотреть на то, на что способны люди… Тоже неплохо! Особенно в рамках моей задумки! — я улыбнулся. — Но тут самое главное заключается в том, что я хочу предложить тебе, — она напряглась, после чего быстро сказала: «Слушаю». — Я хочу предложить тебе свести этот мир с ума одним совершенно определенным способом, но каким именно, об этом ты узнаешь позже. Гораздо позже, — Истина напряглась еще сильнее и спросила: «Почему не сейчас?», на что я ответил: — Сейчас ты не готова к тому, чтобы согласиться с моим планом. Только после того, как ты будешь вовлечена на все сто десять процентов… только тогда я смогу рассказать тебе обо всем! Думаю, только тогда ты сможешь оценить то, что я придумал и что хочу воплотить в жизнь! — сказал я, а Истина сощурилась, тем самым присматриваясь, примеряясь, пытаясь принять или переступить через свое недоверие ко мне.
— Не значит ли это следующего: «Доверься мне! Ни о чем не спрашивай. Доверься и делай так, как я тебе скажу»? — спросила она, усмехнувшись. — Просто из всей твоей речи это было единственным понятным для меня. Остальное прозвучало белым шумом. Напористым, интересным тем, что содержит в себе головоломку или пасхалку, но совершенно непонятным, неясным. Будто бы ты шпарил на иностранном языке, — сказала она. — И ты понимаешь, в чем заключена подлость?! — она провела пальцем под носом. — В том, что ты меня заинтересовал и зацепил с двух сторон. Одна рвёт меня страхом, вторая любопытством, — уголки её рта дрогнули, и я понял, что должен что-то сказать. Обязан найти какой-то такой аргумент, который перевесит чашу её внутренних весов.
— Знаешь, я не стану обещать того, что всегда буду с тобой, — сказал я. — Не стану бросаться высокопарными речами о будущем и так далее и тому подобное, хотя кое-что все же скажу! Причина моей уверенности заключена в собственном будущем. Зато я точно могу пообещать: ты не будешь скучать. Никогда! — сказал я, и увидел как уголки её губ вновь дрогнули. — Итак, каким будет твой ответ? — этим вопросом я заставил дрогнуть её всю. — Это первый и последний шанс согласиться или отказаться. Посчитать меня безумцем и больше не общаться никогда, либо посчитать меня безумцем и идти вместе со мной по пути, — я улыбнулся, — не могу сказать какому, иначе ты точно откажешься! Ещё и сдашь мои намерения окружающим, и тогда моей задумке не суждено будет сбыться, тогда и в моей жизни нет никакого смысла. И в жизнях других людей, которые связаны с моей, нет никакого смысла, — я протянул ей руку. — Ну что… что ты скажешь? Будешь ли вовлечена всей своей натурой, сущностью, всей собой?
Я улыбался и чувствовал чудовищную энергию, вырывавшуюся из меня, из моей груди и головы! И я чувствовал на себе взгляд Истины.
Она протянула руку. Неуверенно. Потихоньку. Присматриваясь. Примеряясь. Сверяясь со своей уверенностью. Сомневаясь в своем решении. Испытывая желание развернуться и уйти, но боясь совершить самую большую ошибку в жизни! Опасаясь переступить через самый важный момент и, таким образом, пропустить все самое интересное, опасное, головокружительное и удивительное.
— А ты уверен в том, что сможешь воплотить свой план в реальность? — спросила она у меня, слегка отдернув свою ладонь. — Ты уверен в своих силах и в том, что у тебя получится воплотить то, что ты задумал?!
Я понимал чувства Истины. Та хотела быть уверенной, что соглашается не на пустой звук, а на реальные действия. Я и сам, если бы получил подобное предложение, чувствовал бы сомнение! Я и сам хотел бы услышать что-нибудь ободряющее, поддерживающее, дарующее надежду.
— Да, — коротко ответил я и не дал ей возможности отказаться.
Я схватил её ладонь и подтянул к себе. Истина слегка дернулась вперед и через секунду замерла в моих объятиях, и когда это случилось, я слегка опустил голову, чтобы прошептать ей:
— С этого момента ты должна забыть о том, что такое счастье, потому что счастья в твоей жизни не будет. Его не будет и в моей жизни, и это осознанный выбор, связанный с попыткой стать доктором для всего мира, с попыткой вылечить человечество от человечности посредством самого сомнительного из методов, который только можно было бы придумать! Чтобы запустить сложный механизм эволюции человеческой мысли и разума! Чтобы сделать будущее другим: осознанным, интересным, великим для всех и каждого!
Истина отстранилась от меня, оттолкнувшись ладонями. Отошла на несколько метров. Обняла сама себя, после чего спросила:
— Так и быть. Я верю тебе. Правда, ничего не понимаю и крайне сомневаюсь в том, под чем я подписалась, ну ладно. Назад дороги нет!.. Эм… В таком случае, я хотела бы узнать, какими будут первые шаги? Что ты хочешь сделать в самое ближайшее время? Ты не мог бы рассказать мне об этом хотя бы в паре слов? Я должна быть в курсе и подготовиться… морально.
Истина улыбнулась мне. Да, это было слегка натужно, но это было нормальным. Я прекрасно мог понять, что сейчас она перебарывает себя, перестраивает собственное представление будущего и настраивается на тяжелую работу! Возможно, смертельно опасную, но за счет этого интересную.