Страница 164 из 329
Сейчас же, будучи не совсем обычным представителем десятилетнего возраста, я очень тонко контролировал себя, каждую струнку, прекрасно понимая, что надо воспринимать все «здесь и сейчас» и стараться ничего не выдумывать и не придумывать. Единственное, с чем я не мог бороться, это с мыслями и предвкушением того момента, когда расколю доктора Бея своим вопросом и тот наконец раскроет завесу тайны под названием «моя мама», но в этом случае, думаю, даже самый сильный из людей не смог бы справиться с собой. А вот что касается предвкушения хорошего вечера, игры, какого-то подарка и своего впечатления о подобном, вот тут я был достаточно спокоен и держался с заинтересованностью, но при этом несколько отстраненно, что-то вроде: «Было бы неплохо, если было бы вот так… а в остальном — будет как будет! Плохо или хорошо, не имеет значения!». Наверное, именно такой подход и позволял мне не сойти с ума в тех условиях, в которые меня поставило правительство, экспериментатор и сам факт моего рождения.
Вторую половину дня я частично провёл в Синтети. Вспомнив тему касательно фантазии и страха, я полез поискать ещё что-нибудь интересное на этот счет и наткнулся на так называемое «голубое пятно». Это было чем-то новым, что пополнило мою персональную копилку знаний следующей информацией: участок голубоватого цвета в верхнелатеральной части ромбовидной ямки ствола головного мозга кнаружи от верхней ямки. Конечно же, прочитав это определение, я ничего не понял и, по-хорошему, тут нужен был бы Джонсон, чтобы размусолить данное понятие, но инстинкт исследователя потащил меня во все тяжкие… Таким образом, воспользовавшись найденным ключом к «Простыне», я забрался в самую темную и интересную часть «Глобал». Там, не знаю какими течениями, волнами и сигналами, мне удалось найти точнейшую голографическую копию человеческого мозга.
«Вот интересно… кому-то ж не лень было сидеть и прорисовывать все это в мельчайших деталях… укладывать слои и размечать области! Кому-то, по всей видимости, очень нравился данный орган, который был внешне и внутренне изучен вдоль и поперёк… и что самое интересное и, возможно, страшное — для проектирования и последующего моделирования был изучен не один мозг», — подумал я, стараясь разобраться в строении и пытаясь без подсказок найти необходимую мне область. Спустя несколько минут тщетных попыток я, к своему сожалению, сдался.
— И как Джонсон нашёл в себе силы изучать все это дело?! Это же все равно что пытаться запомнить лабиринт, передвигаясь в нем на ощупь?! — хмыкнул я, вызывая команду поиска. Введя в поле «голубое пятно» и задав алгоритм медленной демонстрации местоположения, я начал наблюдать за вращением и приближением. Кстати, моему удивлению не было предела, когда я нашёл функцию демонстрации.
«М-дя… создатель явно имел какие-то проблемы с заинтересованностью этим органом», — подумал я и через несколько секунд увидел то, на что очень хотел посмотреть. На самом деле, ничего особенного передо мной не предстало. В ходе приближения я увидел и таламус, и гипоталамус, и то самое голубое пятно, что по своей форме мне напомнило что-то бобовое или бобовидное… не знаю.
«И вот это может провоцировать паралич? В том числе паралич от страха? — подумал я. — То есть вот такая маленькая область отвечает за столь глобальные человеческие функции? М-дя… совершенство достигается малыми деталями», — подумал я, и в этот миг что-то вырвало меня не только из-под «Простыни», в которой я находился не только незаконно, в рамках понятия «законное использование сети «Глобал», так ещё вне закона о частной собственности и жизни, так как увёл соответствующий ключ у экспериментатора. На секунду я даже испугался и начал придумывать отмазки на тему того, как я очутился в запретном царстве нелегально используемой информации, но потом одумался, поняв, что самое лучшее решение — признать свою несовершенность и безмерную, безграничную любознательность.
— Та-а-ак! И что это мы тут делаем?! — прозвучал голос, от которого стало совершенно легко, а внутри ещё и просторно. — Я же говорил тебе уже пару раз о том, чтобы ты аккуратней себя вёл! Разве не было такого? — горький смешок Уилла вернул меня к реальности. — Просто, Неон, смотри… мне как бы все равно, чем ты там занимаешься. Я тебе доверяю и надеюсь, что ты понимаешь… осознаешь то, куда лезть можно, а куда лучше не лезть вообще… Но вот если твой дед или мама случайно увидят, где ты ошиваешься, будет невесело, и ты помнишь наш уговор о том, что я в этом случае тебе не помощник. Не предатель, но и поддержки от меня не жди, потому как ты лезешь туда, куда для тебя рановато, — сказал отец… Уилл… мужчина, который, без преувеличений, вкладывал в меня всю свою душу! Которому я был благодарен. — Ладно… это все лирика, — продолжил он. — Ну что, сына, ты готов отправиться в наше путешествие по готическим городам, темным подземельям, складам и так далее?! — в его голосе появилось воодушевление. — Кстати, нам, по идее, предстоит вальнуть босса, если я правильно помню. Как поступим с передачей болевых? Выкрутим на полную и будем настоящими, аккуратными ковырятелями или поставим на минимум и постараемся взять на абордаж?! — он хмыкнул. — Ну, то есть разложить по-быстренькому?! — Уилл смотрел на меня, и я понимал, что он хочет боли, испытаний и настоящего экстрима. — Я, кстати, твою художку позвал, так что она с нами! Через пару минут врубится, и, да, она не против любого из наших выборов! Так что дело за тобой, парень! — он рассмеялся, позволяя мне выбрать судьбу этого вечера, и, конечно же, я выбрал ту, которая подразумевала под собой боль, страдания, азарт и максимальную стимуляцию мозговой активности.
Спустя несколько минут к нам присоединилась моя учительница по художественному искусству. Как оказалось, её уровень катастрофически мал, чтобы составить нам компанию в тяжелом и опасном путешествии, поэтому пришлось поспособствовать быстрому набору статов. На самом деле, на это ушло не очень много времени, зато было очень весело. Мы с Уиллом по большей части просто наблюдали за происходящим, подбадривали и объясняли, как действовать и что делать в борьбе против конкретных противников. Она, как оказалось, очень исполнительная и быстро училась. В связи с этим я так и не смог понять, по какой причине она не справилась с прохождением, когда играла сама… Может быть, ей просто нужна была компания и некоторые объяснения механик, чтобы в полном объёме понять, что именно от неё требуется и каким образом необходимо мыслить, чтобы справляться с противниками. В общем и целом, за данным процессом было очень интересно наблюдать.
Когда её уровень сравнялся с нашим, мы отправились туда, где ещё не были сами. Опасность сопровождала каждый последующий шаг, но любопытство брало верх и правило, и управляло этим балом боли и азарта. Мы продвигались сквозь новую локацию и сражались с новыми типами противников, которых никогда до этого не встречали. По своей форме они напоминали высоких очень худых женщин, тихо поющих песни и по своему внешнему виду не источающих никакой опасности… Хитрые разработчики прекрасно поколдовали над обманчивостью образа, за что им огромная честь и хвала. Что же касается фактического столкновения с этими фуриями… ужасные, мерзкие, стонущие на все сто десять процентов твари, которые мгновенно перемещались за спину, одновременно с этим нанося либо удар, либо кастуя заклинание типа «связующее». Причём и то, и другое — смертельно опасно… В первом случае была вероятность попасть под длинную комбинацию ударов и оказаться с практически пустой полоской здоровья, при этом в реале получить не самый приятный болевой опыт. Во втором случае, в девяносто пяти процентах из ста можно прощаться с жизнью и готовиться к сильнейшему удару шокером, а все дело в том, что накладывая заклинание, эта худая женщина делала, как мы прозвали эту технику, «поцелуй смерти», после которого имела возможность повторно наложить все то же заклятье и пойти по одному из двух возможных алгоритмов атаки.