Инкубаториум Киборгвилля

Доктор Бей вышел, когда все окна были открыты и из них показались лучи света. Он подошел к автомобилю и с легким кряхтением занял место водителя. Старик повернулся, чтобы посмотреть на меня. Устало улыбнувшись, он сказал:

— Так, малыш, у нас с тобой есть важная миссия! И ты такого не ожидал, но сейчас мы направимся и купим чего-нибудь на ужин, и я уверен, что ты ничего подобного еще не пробовал! Это называется «фастфуд» и является не самым хорошим, не самым правильным, не самым полезным питанием, но славится по всему миру своим вкусом! Скажи, хочешь попробовать истинно вредную пищу?» — спросил он у меня, и я прекрасно запомнил свою реакцию на этот вопрос!

«Он предлагает мне поесть чего-то вредного? — удивился я, даже не понимая значения словосочетания «поесть вредную пищу». — В чем смысл есть что-то вредное, если это что-то — вредное?!» — думал я, тупо пялясь на лицо улыбающегося старика и пытаясь придумать хоть какой-нибудь ответ на его максимально странный вопрос.

— Ну, Неон, что скажешь? — спросил он, чем вызвал повторный взрыв вопросов в моей голове. — Хочешь попробовать что-нибудь вредное? Или предпочтешь отправиться на поиски ресторана с возможностью забрать оттуда несколько блюд «на вынос»? — спросил Олденвуд Грей, словно почувствовал переполнившие меня сомнения.

— Вредное? — спросил я, совершенно недоумевая. — Эм… ну… пусть будет вредное…

Я почувствовал, как напряглось мое лицо. То, как мышцы плавно и мягко стянули кожу лба к переносице. Я даже почувствовал образовавшиеся волны морщинок, и это, в свою очередь, тоже было чем-то новым и не совсем понятным для меня… чем-то таким, что породило большое количество сомнений в моей, и без того переполненной информацией и смятением, голове.

— Ух! Как ты на меня смотришь! — хихикнул доктор Бей. — Так, словно я твой должник, который с большим удовольствием не отдаёт тебе деньги! Причём большую сумму! Ещё умудряясь периодически сливаться и прятаться по разным углам и местам, — он рассмеялся, хотя лично я ничего смешного не услышал в сказанном им. — Вредное, говоришь?.. — он улыбнулся шире, и сейчас в этом старом лице с потрескавшейся от возраста кожей, я увидел нечто страшное, словно вырвавшееся со страниц или кадров произведений в жанре «ужасы». — Ну, поехали, возьмём чего-нибудь вредного! Не всегда же четко следовать моим же инструкциям?! Да и правила необходимы для того, чтобы наслаждаться чувством хаоса и всесилия в те моменты, когда ты их переступаешь! Главное, не переборщить с этим! И тогда все будет прекрасно! — он рассмеялся, и я вновь увидел в нем нечто странное, потустороннее. — Тем более, мы все равно уже конкретно выбились из графика. Я думал что мы доберёмся сюда раньше… а получилось как всегда… с отступлениями… — его взгляд прибавил горести и стал мягче, теплее, намного роднее.

— Да! Почему бы не попробовать что-нибудь новое! — натянуто весело сказал я, внезапно поняв, что эти слова станут спасительным кругом для дедана. — Давайте попробуем то, что вы назвали фастфудом! Как минимум это будет чем-то новым для меня и чем-то забытым для вас! Новое надо изучать, забытое вспоминать! Мы совместим эти два понятия сегодня вечером. Приятное с полезным! — я попытался сыграть на своей детской непосредственности.

Не знаю, получилось или нет, но старик перестал сидеть в скрученном положении и смотреть на меня через плечо. Он отвернулся и положил руки на рулевое колесо, после чего завёл автомобиль, и тот мягко забурчал своим двигателем.

Мы тронулись с места. Двигались в тишине. Я даже не знаю, почему. Словно мои слова задели Олденвуд Грея до глубины и таким образом пронзили насквозь, отбив всякое желание к общению. Словно я испортил сложившиеся дружеские отношения и отправил их в пике… навстречу земле. И это с учётом всех тех вопросов, которые мне хотелось задать! На фоне той правды, которую мне начали открывать! На основе истины обо мне, о Киборгвилле, и всех окружающих меня людях… или андроидах… ничего конкретного о последнем я не мог сказать.

«Хотя… я же ничего такого особого и не сказал», — подумал я, пытаясь понять настроение старого исследователя.

Автомобиль остановился около большого здания, похожего на то, которое доктор Бей назвал домом. Оно было покрашено в яркие цвета и обрамлено тёплым, зазывающим светом небольших прожекторов, что пробивали ночь, рассеивая её и создавая на ограниченном островке дневную благодать. Старик остановил свой корабль асфальта на парковке, вышел и сделал небольшой круг, открыл дверь с моей стороны, после чего наконец освободил меня из крепких объятий детского кресла и помог спуститься на твёрдую поверхность.

Ноги были резиновыми. Они не хотели слушаться, и из-за этого первые шаги воспринимались так, словно я встал на длинные и не самые прочные ходули, которые с удовольствием гнулись под действием силы тяжести и моего, пускай не очень большого, веса.

— Ну вот мы и на месте, — старик улыбнулся. — Хватай меня за руку, и мы пойдём выбирать… Надеюсь, в меню остались бургеры, которые я назвал «мясное мясо с мясом»! — бодро проговорил он, после чего посмотрел на меня. — Неон, не переживай! Все будет нормально! Я ещё ни разу в своей жизни не видел того, кому подобное не нравилось! Даже те, кто практически молитвенно, с заедами в уголках рта, доказывал обратное, по факту врали и делали это чисто из принципа… ну, или чтобы привлечь к себе внимание, — он пожал плечами, после чего толкнул большую створку огромной стеклянной двери.

— Добро пожаловать в наш семейный ресторан быстрого питания, — сказала молодая девушка, вежливо поклонившись.

Она стояла на входе и встречала гостей. Она была одета в фирменный костюм этой сети и выглядела если не смешно, то несколько пошло. Она была наделена пластмассовой улыбкой, стеклянными от усталости глазами, отражающими свет от лампочек и тоненьким голоском, въедающимся в сознание и ещё некоторое время звучащим меж собственных мыслей.

— Вы хотите остаться, или предпочтёте заказать на вынос? — спросила она и слегка наклонила голову в сторону плеча, после чего прикрыла глазки, и выглядело это не просто мило, а настораживающе и даже жутко!

Все потому, что я поймал себя на мысли о том, что Вандая живая, настоящая… что она — человек, несмотря на свою силиконовую сущность! А вот та, что встретила нас на входе в заведение, она — подделка… искусственная форма жизни, что подчиняется основным инстинктам — главным алгоритмам, которые обязуют работать, зарабатывать, жрать, спать и стараться размножиться… Что заставляет её вести себя даже не столько, как способен вести человек, сколько делает подобием обычного животного.

— С собой, пожалуйста, — сказал доктор Бей и вежливо улыбнулся.

Конечно, девушка на это не обратила никакого внимания. Она смотрела, но ничего не видела перед собой. Лица людей, что заходили в ресторан, перестали существовать для неё. Она даже не обращала внимания на кипящую в заведении жизнь… Девушка словно пребывала в анабиозе, словно была погружена в криосон и видела длинный, однообразный, скучный мультик, режиссером которого выступало её сознание, такое же скучное и однообразное, как и работа, которой она вынуждена была заниматься ради своего выживания.

— В таком случае, попрошу вас пройти в эту сторону, — она вновь слегка поклонилась и вытянула руку в направлении одного из двух входов, разделяющих пространство ресторана на две комнаты, разбитых чем-то вроде барной стойки.

С одной стороны я мог рассмотреть большое количество людей, сидящих за столами; детей, которые бегали, веселились и вместе со взрослыми кушали то, что доктор Бей называл фастфудом; я мог наблюдать сотрудников данного ресторана, что подобно рою пчел, суетились из стороны в сторону, принося подносы с готовыми блюдами и убирая столы с уже успевшими опустеть местами.