Инкубаториум Киборгвилля

К этому моменту мы уже ехали по трассе, и навстречу нам сверкали фарами встречные и попутные. Ночь как-то слишком быстро опустилась на нас и сопровождала, как строгий надзиратель.

Услышав данную постановку вопроса, я задумался: «А ведь действительно… почему нет смысла закрывать?» — прозвучал внутренний голос, раскрывая передо мной двери этой загадки и заставляя вернуться к самому началу разговора, проматывая который, я понял, что это что-то вроде небольшой проверки на внимательность. На то, насколько заинтересованно я следил за разговором и способен ли запоминать некоторые массивы информации, а после воспроизводить её, к примеру, отвечая на вопросы. Во всяком случае, лично мне это показалось проверкой, направленной только на меня. Я на всякий случай посмотрел на Вандаю, но та слишком сильно углубилась в самоанализ, что казалось, она ничего не слышит, не видит и занимается только собой.

Подумав об этом, я понял, что совершенно смирился с тем, что она лишь подобие, подробная имитация человека. От этого стало несколько грустно.

«Я так легко и быстро это принял», — подумал я, прежде чем приступить к ответу на вопрос старого исследователя, что щурился, присматриваясь к дороге, прячущейся в кромешной тьме.

— Ну что, ты готов ответить мне на заданный тебе вопрос? — спросил дедушка Бей и слегка отодвинулся от руля. — Или тебе нужно дать еще немного времени на обдумывание услышанного? — хмыкнул он, после чего вновь слегка наклонился вперед, продолжая ловить тусклую линию разметки по левую руку от своей двери.

— Как минимум потому, что тот свободный коридор слишком мал для свободного прохождения. Как максимум — отсутствие четкого представления всего Инкубаториума Киборгвилля, — сказал я. — Ведь, как вы сами сказали, это крайне засекреченный объект, о котором практически никто не знает, а следовательно, мало кто представляет точный контур подземного города, что сразу отсекает любую возможность просчитать местонахождение пустого места. Вдобавок к этому, я так подозреваю, о глубине, на которой располагается лаборатория, также мало кто знает, что также делает невозможным расчёт действия защитного поля. Думаю, вы именно это хотели услышать, — сказал я, наблюдая за отражением старика.

Тот довольно улыбнулся, и ему не понадобилось напрягать голосовые связки для подтверждения согласия с моим ответом.

«Интересное перекидывание взглядами получилось», — подумал я в тот момент, после чего вновь посмотрел на Вандаю. Та все так же сидела в совершенно замершем состоянии и никак не реагировала на нас. Меня это несколько волновало, но я не решался обратиться к ней.

Мы ехали еще примерно час, может быть, полтора, правда, я не помнил этого, потому что заснул практически сразу после завершения нашего разговора.

Проснулся я от плавной остановки. Глаза нехотя открылись, и я услышал, как доктор Бей Олденвуд Грей общался с Вандаей. Они переговаривались о планах на следующий день. Главным, о чем экспериментатор просил андроида, было наведение порядка в том доме, рядом с которым мы остановились. Здесь действительно творился сущий кошмар. Задний двор порос высоким сорняком и травой. Крыльцо скрипело так, что в этом месте не грех было снимать фильм ужасов. Также этому способствовали окна, покрывшиеся толстым слоем пыли и поросшие рисунками из паутины. Дом пускай был прямым, но при этом выглядел совершенно серым… Мне казалось, что так должно выглядеть безжизненное тело… любое тело, через несколько часов после окончания его жизни… и, возможно, первое впечатление не описывалось бы понятием «кошмар», но в свете фар, разрезающих ночь, именно так все и выглядело.

— Ладно… давай, выходим… ты отстегни нашего маленького, а я попробую открыть дверь. Надеюсь, что никто не умудрился облюбовать мою жилищную площадь, — потихоньку, полагая, что я до сих пор сплю, сказал старик, — если же в доме кто-то есть, его придется выгнать отсюда… Конечно, мне не хотелось бы заниматься этим, но если придется… значит, придется, — он хмыкнул. — После этого, давай поступим следующим образом, — продолжил он, отстегивая ремень безопасности. — Мы с Неоном пока сгоняем за продуктами… только, для начала, одна легкая проверка…

Он вышел из автомобиля, после чего прошёл через короткую дорожку до двери, достал из кармана ключ, вставил в скважину, несколько раз провернул, услышав треск замка.

— В доме тишина… — прошептал он. — Во всяком случае, пока что тишина… — старик положил руку на круглую ручку, после чего повернул её вправо на сто восемьдесят.

Я молча наблюдал за этим. За тем, как Вандая аккуратно вышла из машины и прошла следом за дедушкой, после чего встала позади. Я смотрел на то, как они переговариваются, но ничего не слышал, от чего в голове звучал придуманный мной самим диалог.

Вандая прошла первой в открытую дверь. Она шагала медленно, спокойно, как всегда, по-кошачьи. Я наблюдал за её плавными движениями. Это было интересно… А вслед за ней с изяществом брошенного кирпича в здание зашел старик. Кто-кто, а он перемещался так, словно он стена, сквозь которую никто не сможет ни пройти, ни перелезть. Это было достаточно гармоничным комбо со стороны этой парочки, которая со стороны выглядела как очень старый отец и совершенно юная дочка, между которыми царили полное взаимопонимание и взаимоуважение. И за этим было приятно наблюдать… Это даже приятно было осознавать тогда, когда они совершенно исчезли из вида в пустом, сером и, по первому впечатлению, обшарпанном доме.

А спустя несколько минут после их исчезновения в стенах загорелся свет, и это было похожим на то, как в фильмах, при помощи дефибриллятора, человеку возвращают сознание и, соответственно, жизнь. На то, как резко открываются глаза и первые несколько мгновений зрачки шарят по округе, стараясь понять, где находится тело.

«Ну, вот и хорошо», — подумал доктор Бей, который стоял в нескольких шагах от андроида.

— Стало быть, никто здесь не поселился, во всяком случае, у меня именно такое впечатление… Во всяком случае, пока что такое впечатление, — сказал доктор Бей, который аккуратно опустил тумблер включения электроэнергии. — Давай сделаем кружочек по всему дому, чтобы убедиться в его опустошенности… после чего мы оставим тебя здесь одну. Ты начнёшь наводить порядок в спальных комнатах. Хотя бы немного… хотя бы пыль необходимо вытрусить… выбить… иначе мы не сможем спать, — сказал старик. — А завтра я уже вызову бригаду чистильщиков, которая за один день наведёт полный порядок. Мы же, в свою очередь, отправимся к одному моему другу. Думаю, тебе будет интересно посмотреть на тех людей, которых я называю друзьями, — экспериментатор улыбнулся.

На самом деле с самого приближения к дому он чувствовал жжение в области груди и вокруг шеи. Виной этого ощущения были золотая цепочка и колечко. Конечно, он понимал, что это психосоматика, что той боли, которую он чувствовал в данный момент… что её не было! Но он ничего не мог с собой поделать, и оставалось лишь терпеть… Также, уже несколько часов он вёл внутренний диалог с собой. «Необходимо поехать на кладбище… без всяких не хочу… не могу… я просто обязан это сделать… трезвым… приехать и пообщаться… один… наверное, я должен поехать туда один… или, может быть, с Неоном… а может быть, и втроем, чтобы они увидели, что я смог примириться и простить…» — думал он и отвечал сам себе, понимая, что сознание ищет поводы и отмазки, что оно пытается избежать данной поездки, словно застыло в попытке защитить носителя… будто бы старательно отгораживает от чего-то плохого, тяжелого, страшного.

Они прошлись по всем комнатам, и единственным, что старый мужчина и девушка-андроид встречали, была пустота. При этом пахло законсервированной затхлостью, которая жила тут сама по себе уже несколько лет. Это был тяжелый запах, который так и требовал, чтобы кто-нибудь открыл окна и впустил в помещение хоть немного свежего воздуха. Именно этим экспериментатор вместе с Вандаей и занимались. Они шли от комнаты к комнате и открывали окна, впуская немного ночной свежести. Они включали свет, пробуждая старый дом от долгого, тяжелого сна, и я наблюдал за этим так, словно передо мной был голем из старой книги, которую мне когда-то читал Уилл и которую не так давно я прослушал на занятии у Хлои, когда та дала мне задание создать сложное пространство в комнате для занятий. Тогда я воплотил в виртуальной реальности небольшую полянку, которая подчинялась мысли и могла запускать в атмосферу подробные мыльные пузыри, что появлялись при каждом движении и лопались по щелчку пальцев. Тогда моя учительница, занимающаяся развитием воображения и пространственного мышления, высоко оценила плод моих трудов. «Это впечатляет!» — сказала она и уважительно покивала.