Страница 19 из 47
– А вот и наша уродливая плакса. Я-то думала, где же она спряталась? Хотя это было очевидно. Она же изгой, а таким и положено скитаться по заброшкам, ведь её даже бомжи на помойке за свою не воспринимают. Наверняка и они унижают эту дуру, – сказала вошедшая Блэр. Она была самой главной среди этой безумной пятёрки. Ребята подняли громкий гогот, который луной прошёлся по всему зданию. Они всегда поддерживали любую её шутку, даже самую глупую.
– Посмотрите, как мило. Она режет себе вены. Да ещё и куском стекла. Точно какая-то тупорылая. Что на нормальный нож денег не хватило, бомжиха? Или мамаша с дома не дала, зная, что ты сдашь его в Ломбард и купишь себе дешёвую дурь? Мы то думаем от чего у тебя вечно такие синяки под глазами. Наверняка приходишь сюда колоться. А может быть, ты пьёшь? Это не твоя, случаем, бутылка здесь валяется? Смотрите, ребята, напилась и вены режет, ха-ха как смешно, – сладко протянула её подружка Дина.
– Ха! Пытаешься покончить с собой? Да у тебя даже это не получается потому, что ты ничтожество. Дина, а ты разве не подумала о том, что синяки под глазами у неё могут быть от бурной ночи? Может, её в рабочее время дерёт несколько потных жирных мужиков за раз, которые максимум на пиво дадут, а то и вовсе без ничего оставят? – начала наседать на меня главная.
– Ой, точно, как же я об этом могла забыть? Ребята, давайте все вместе скажем ей, кто она! – все хором начали выкрикивать: «Шлюха, шлюха, шлюха, шлюха!». Эти слова въедались мне в мозг, заставляя его пылать. Он отказывался принимать эту информацию и всячески пытался оттолкнуть. Но, увы, резко оглохнуть я не могла и мне приходилось это всё слышать. Единственное, что удалось сделать в этой ситуации, так это тихо скулить, продолжая всё крепче сжимать колени, которые были измазаны в крови. Я пыталась не плакать и держать лицо, но слёзы предательским ручьём тихонько начали уползать с моих глазниц, создавая маленькие дорожки. Губы слегка подрагивали, сдерживая подходивший к горлу отчаянный всхлип. Всем было весело, естественно, кроме меня. Они так радовались этим всем действиям, что даже иногда подпрыгивали на месте от происходящего.
– Блэр, дорогуша, разве ты забыла, зачем сюда пришла? – шептал ей Уолдер так, чтобы я всё отчётливо могла слышать, после того, как они слегка угомонились. Парень, в которого я была по уши влюблена. Он посмотрел на меня с презрением и насмешкой в глазах, будто я для него просто какой-то мусор и не имею абсолютно никакого значения не то, что для него, а для всей Вселенной.
– Ах, точно, спасибо, что напомнил, милый. Ох, память девичья, совсем уж куда-то затерялась. И так, мразь! Из-за тебя нас сегодня повели к директору и читали скучные лекции по поводу того, что нельзя нарушать порядок, ибо это влияет на честь школы. Благо учительница была на нашей стороне и виноватой там была всё равно ты, но всё-таки в это время я могла бы заняться делами поважнее. Например, какой маникюр мне сделать на следующий раз, а то этот уже слегка поднадоел. Так что мы пришли мстить. Гай, Уолдер, берите её за волосы и тащите в лес. Сейчас мы повеселимся как следует, а то мне что-то слишком скучно стало здесь стоять. Терпеть не могу таких зануд, как она. Их всех надо отправить вместо уборщиц мыть полы, хотя они всё равно будут раздражать своим внешним видом. Лучше сразу на электрический стул сажать. От таких тупиц, как эта, нет пользы для общества, – начала командовать Блэр.
– Что? Нет, не надо! Прошу, оставьте меня в покое! Я же ничего плохого вам не сделала. Нет! – но они меня не слушали. Уолдер подошёл ко мне вплотную и крепко ухватил за волосы. Я начала кричать и сопротивляться, размахивая руками, пытаясь снять его руку, но тут стоящий рядом Гай с ноги изо всех сил пнул меня в живот и прорычал:
– Заткнись, дешёвка, противно слушать такую мелочь, как ты, – боль в животе была адская, мне было сложно сделать даже маленький вдох, поэтому дальше они без каких-либо усилий потащили меня в лес. Да, тот самый, что рос неподалёку. Раньше он был густым и красивым с большой, цветущей поляной, а сейчас уже напоминает рощу. Потом, по приказу Блэр, меня привязали к сухому дереву. На улице было уже темно и виднелись только их устрашающие силуэты.
– Ну что, ты готова к кровавой расплате, никудышка? – язвительным тоном спросила главная.
– Отпустите меня, прошу. Я никому ничего не скажу, просто развяжите и пустите домой, – начала умолять их я. Каждое слово давалось мне с трудом. Из руки всё также продолжала помаленьку стекать кровь, а живот колол так, словно в него всадили штырь.
– Вы только что тоже это слышали? Эта мелочность хочет уйти. Разве мы отпустим её, как следует не наказав? – задала вопрос к своей преданной группе поддержки Блэр.
– Нее-ет! – закричали четверо человек.
– Поняла, ничтожность? А теперь мне нужен свет. Дина, включи фонарь на телефоне. Я плохо вижу её тупорылую рожу. Мне нужно смотреть прямо в её бесстыжие глазёнки.
– Но я же снимаю. Ты хотела порадовать своих подписчиков новым контентом, поэтому веду прямой эфир, – слащавым голоском протянула девушка.
– Чёрт, и что мне теперь делать? – рыкнула главная.
– Не волнуйся, Блэр, у меня есть идея получше, чем всякие там фонарики. Тебе должно понравиться, – сказал Гай и, взяв в руки зажигалку, подпалил какую-то ветку. Девушка радостно забрала её из рук парня и вплотную подошла ко мне:
– Ну что, как будем наказывать? – спросила она в остальных своих друзей.