Страница 5 из 184
Два укороченных «акаэма» смотрят прямо в ветровое стекло с затаенной укоризной. И их хозяева тоже. Я понимаю и тех, и других.
В наше постсудьбоносное время Приморск сохранил статус чего-то среднего между Швейцарией с ее нейтралитетом, банками и непоколебимой надежностью и Лас-Вегасом. А наличие рядом Территории придает городку необходимую респектабельность, как тень сталинских высоток — нищете и скученности трущоб.
Короче, все склоки, разборки, войны — за пределами этого благословенного места. А ежели уж, паче чаяния, случается найти «жмурика», не похожего на бомжа и с признаками насильственной смерти, то, как правило, уже часа два к этому времени в одном из отделений сидит пришедший с повинной и глубоко раскаявшийся грешник, в состоянии сильного душевного волнения превысивший пределы необходимой обороны и ненарочно (или нечаянно) «замочивший» голыми руками (или случайным бытовым предметом) хама, который вел себя нагло, вызывающе и небезопасно для окружающих, да к тому же был вооружен. Все вышеотмеченное в протоколе тут же подтверждается свидетелями, заслуживающими всяческого доверия.
Ну а что до экспертизы — то разве поспорит какая-то мензурка с живым человеком? Если четыре персоны в один голос уверяют, что потерпевший поскользнулся и ударился головой об угол стола, причем случайно, то эксперту остается лишь отыскать обширную гематому в затылочной части черепа…
Но вооруженный патруль почти в черте городка — это что-то совсем из ряда вон… Это же не Таджикистан и даже не Москва — здесь люди отдыхают. И какие люди!
Нет, это не милиция. Скорее, какой-то спецназ. Милая мода: сейчас не то что республика — каждая область и город завели себе кто «беркутов», кто «соколов», кто «пантер», кто доморощенных «альф» или «бэт». И между спецназами соцсоревнование — кто из них спецназнее… Сегодня «беркут» поклевал «пантер», завтра «пантеры» порвали «беркутов»…
— Стар… нант… аев, — представляется офицер, лениво поднося ладонь к кепочке. И выражение морды лица он, вроде, тоже позаимствовал из американского боевика. А может, и нет, — просто и для наших стала обычной этакая смесь лени, презрения и превосходства, какую испытывает вооруженный человек рядом с безоружным.
— Что-то случилось? — Леночка улыбается офицеру, демонстрируя безукоризненные перламутровые зубки.
— Так вы из отряда «Сокол»! — восклицает Юля, восхищенно рассматривая нашивки и шевроны на пятнистой униформе.
Вообще-то красивыми девчонками в Приморске никого не удивишь. Их здесь больше, чем во всех остальных городах СНГ вместе взятых. А уж в это время года — и подавно.
Но старлей " потек ". То ли воинская служба сделала его таким восприимчивым, то ли просто перевели сюда из какого-то дальнего гарнизона. А может, он вообще не имеет никакого отношения ни к Приморску, ни к Территории, ни к охране порядка? И стоит здесь с ребятками на тех же основаниях, на каких я разъезжаю на данной «шестерке»? Именно это и предстоит выяснить, прежде чем сдать в руки властей «пушку», авто и самого себя — до выяснения.
— Так вас в Приморск недавно прислали? — снова спрашивает Леночка. Хочется похвалить ее непосредственность. Но старлею, похоже. Юля понравилась больше. Не сводя глаз с ее загорелых ног, мельком бросает взгляд на права, которые пытаюсь предъявить (мои собственные, с фото!), и снова переводит его на девичьи ноги.
— В Приморск направляетесь? — спрашивает военный с сообразительностью, напоминающей мою собственную после встречи с Леночкой. Очень хочется сказать, что в Марсель, но боюсь — поверит и потребует таможенную декларацию.
— Да, — отвечаю.
— Что в багажнике?
Хотел бы я сам это знать — может, пуд героина, а может, и труп мэра города.
Поэтому отвечаю правду:
— Ничего особенного.
— Ничего подозрительного на дороге не заметили? — продолжает спрашивать старательный старлей, хотя мои ответы ему так же интересны, как мне — его вопросы.
Пожимаю плечами. Разве не подозрительна девчонка, выскочившая перед самым автомобилем, словно за ней кто-то гнался, надевающая без тени смущения в твоем присутствии трусики и при этом так же похожая на проститутку, как я — на инструктора обкома партии былых времен. Разве не подозрительна девчонка, ждущая попутку в месте, где нет ни моря, ни пляжа и куда добраться можно только на автомобиле. Да и не было никакого спецназа в городе вчера вечером, — такие вещи в Приморске становятся известны быстрее, чем направление ветра.
Ребятишки с автоматами, видя мирную беседу шефа с пассажирами, отошли к пятнистому «уазику» у обочины, закурили. Похоже, больший интерес у них вызвала как раз Леночка — о вкусах, как говорится, не спорят. Хотя мне нравятся обе.
— Разрешите ваши документы? — обращается офицер к Юле. По-моему, он просто хочет познакомиться, но не находит способа изящнее.
— У меня нет с собой, — просто отвечает девушка.
— Ее зовут Юля, и по вечерам она бывает в кафе «Три карты», — произношу я.
— Каждый вечер? — интересуется старлей у девушки, не удостоив меня взгляда.
По-моему, он принял меня за жиголо или альфонса, что лишний раз подтверждает — в Приморске он человек новый.
— Почти. Так вас недавно перевели в город?