Страница 134 из 173
- А, это вы, гражданка, - молвила она неприязненно, очевидно, не заметив пока что у меня за спиной еще одну гостью. - Можете идти, откуда пришли. Марат не принимает.
- Меня он примет, и вы это знаете, - уверенно, но по мере вежливо заявила я. - Нам надо обсудить завтрашний номер, и это не отложить в долгий ящик. Вы знаете, какой завтра день?
- Знаю, - с оскорбленными видом ответила она. - Но врач сказал, что Марату необходим полный покой. А покой и вы, гражданка - вещи несовместимые.
- Покой и Марат - вещи несовместимые, - парировала я, заглядывая через ее плечо в коридор; конечно, Марата там быть не могло, но проверить стоило. - Послушайте, мне правда надо с ним поговорить. И со мной еще тут…
Я отступила в сторону, давая возможность Шарлотте выйти вперед, но она не торопилась делать это. Наоборот, она как будто постеснялась того, что я выставляю ее на обозрение Симоне, и вновь отступила мне за спину. Но женщина уже успела разглядеть ее и ожесточилась еще больше:
- А вас, гражданка, я тем более не пущу. Я уже говорила вам утром.
- Но у меня срочное дело, - возразила пришедшая, складывая подрагивающие ладони на груди, будто в молитве. - Гражданин Марат обязан меня выслушать!
- Он никому ничего не обязан, - отрубила Симона и приготовилась закрыть дверь. - Доброго дня, граждан…
Она не успела - я придержала дверь и завопила что было силы, просунув голову в проем:
- Гражданин Марат! Тут на меня ругаются!
Возможно, кому-то показалось бы странным, что я продолжаю обращаться к редактору так официально, несмотря на то, что успело произойти между нами, но что-то мешало мне называть его запросто, по имени: то ли разница в возрасте, которая оставалось весьма солидной, даже если не брать в расчет разделявшие нас двести лет, то ли беспредельное уважение, которое я продолжала питать к Марату и которое, наверное, поставила бы первым в списке чувств, которые к нему испытываю, то ли еще что-то… словом, это был тот редкий случай, когда фамильярность казалось мне неоправданной, что бы ни случалось.
- Натали! - раздался ответный оклик из ванной. - Что происходит?
Симона устало вздохнула и перестала, по крайней мере, с такой силой давить на дверь, стремясь ее закрыть. Наверное, до бедняги дошло, что отвертеться уже не удастся и придется нас пустить.
- Меня не пускают! - крикнула я нарочито шутовским тоном. Настроение мое продолжало оставаться прекрасным, несмотря на короткую стычку с Симоной, и мне хотелось веселиться и валять дурака.
- Как так? - редактор возмутился тоже немного театрально; видимо, и у него день задался, хоть и пришлось провести его в ванне. - Кто посмел? Симона, пусти ее немедленно!
Разве что не скрипя зубами, женщина отступила. Если бы можно было убивать взглядом, то я, наверное, в ту же секунду свалилась бы замертво, но в тот момент я меньше всего была настроена заниматься самоуничижением и терзаться муками совести. Шарлотта неловко переступила с ноги на ногу, не решаясь сделать шаг вперед.
- Гражданин Марат! - воскликнула я, юркнув в темную прихожую. - Со мной еще одна посетительница! Говорит, у нее срочное дело!
- Очень срочное?
Я оглянулась на Шарлотту. Сглотнув, она кивнула, и я не без удивления отметила, что она будто бы чего-то боится. Наслушалась, наверное, слухов про маньяка и кровопийцу Марата, которые любит иногда пересказывать та самая чернь, которая в минуты триумфа носит его на руках.
- Очень! - крикнула я и тут же посоветовала Шарлотте громким шепотом. - Только в обморок не падай, все в порядке.
Она снова кивнула, но следовать моему совету не спешила - кожа на ее лице побелела до такой степени, что стала казаться прозрачной. Мне даже стало немного жаль несчастную: видимо, ей приходилось нешуточно бороться с собой, чтобы не сбежать отсюда тут же.
- Тогда пусть заходит! - согласился из своей ванной Марат, и на том разрешение было получено. Симона уже не могла нас остановить, и я почти торжественно подвела нервную посетительницу к заветной двери.
- Сначала я, - сказала я с важным видом. - У меня тоже дела важные.
- Я подожду, - коротко проговорила Шарлотта и, аккуратно подобрав юбку, опустилась на стул у входа.
- Заходите, но ненадолго, - значительно промолвила вдруг появившаяся за моей спиной Симона. - Он болен.
- Да, конечно, - даже не услышав толком, что она сказала, я толкнула дверь и зашла в ванную комнату.
Там воняло еще сильнее, чем обычно - смесью серы и каких-то трав, которые Марат добавлял в воду, чтобы как-то облегчить неимоверно терзающий его зуд. Я к запаху давно привыкла, но в этот раз громко закашлялась.
- Вы не переборщили?
- Надеюсь, что нет, - он казался бодрее, чем в последние несколько дней, и словами не передать, как я обрадовалась этому. - Хочу немного поэкспериментировать, вдруг поможет. А где эта девица?
- Ждет в коридоре, - ответила я. - А что?
- Пусть сначала она зайдет, - скомандовал он и выдернув из лежащей перед ним стопки бумаг чистый лист, придвинул его к себе. - А то мы с тобой будем чесать языки, а Симона в это время ее сожрет.
Я ощутила себя уязвленной. Значит, новый номер редактор посчитал не таким важным, как непонятный разговор с какой-то мутной девицей? Такого предательства я от него не ожидала.
- Не глупи, - и снова ему достаточно было одной секунды, чтобы угадать мои мысли. - Наоборот, то, что требует больше внимания, я оставляю на потом. Нехорошо заставлять эту девушку ждать. А с ней, надеюсь, я быстро разберусь.
Спорить было бесполезно, как и всегда, если Марат настаивал на своем. Тем более, пошевелив мозгами, я пришла к выводу, что в его словах есть рациональное зерно, и шагнула было к двери, но тут же вернулась, чтобы наградить редактора внезапным, но долгим поцелуем. Не знаю, что толкнуло меня на это - обычно Марат с пренебрежением относился к подобным нежностям, предпочитая вести себя со мной, как обычно, будто не было той ночи после вечеринки у Дантона, но в тот момент он не стал отстраняться, чтобы язвительно заметить, что мы не в сентиментальном романе и лучше мне заняться делом. В комнате воцарилась тишина настолько пронзительная, что мне показалось, что мира вокруг нас вообще не существует - ни пространства, ни времени. И я отдала бы дорого, чтобы продлить эту тягуче-волнующую вечность хотя бы еще на секунду.
- Только ничего не говорите, - тихо попросила я, отстраняясь. Он усмехнулся, но в глазах его метнулись лукавые искры.
- В отличие от тебя, я знаю, когда надо не портить момент. А теперь зови ее сюда.
Мне безумно хотелось поцеловать его еще раз, но я одернула себя, подумав, что у меня будет еще масса времени на это, когда Шарлотта решит свой вопрос и уйдет. Стоило и впрямь позвать ее, а то ей грозило если не быть, как говорил Марат, съеденной Симоной, то, по крайней мере, упасть от волнения в обморок.
- Заходи, - кивнула я ей, выйдя обратно в коридор. - Он тебя ждет.
Она подскочила тут же, едва не упав при этом. Я успела поддержать ее, схватив за руку.
- Не бойся, - я попыталась говорить проникновенно и убедительно, но до Марата мне в любом случае было далеко. - Он может быть… странным, но он обязательно тебя выслушает.
Она даже не ответила - смотрела куда-то мимо меня, мученически скривив рот. Я не знала, что у нее случилось, что она решила пойти к самому Марату, но мне на секунду стало страшно: наверное, дело было действительно жуткое, раз такая девушка отважилась перебороть свой страх перед сильными мира сего.
- Удачи, - сорвалось с моего языка. Шарлотта не ответила и, зайдя в ванную, накрепко закрыла дверь.
Ждать мне не нравилось. Ожидание всегда было для меня утомительным занятием, а в этот раз я и вовсе не могла ни секунды усидеть на одном месте. Неясное дурное предчувствие мучило меня и, сколько бы я ни гнала его прочь, оно возвращалось, чтобы вцепиться в меня с утроенной силой. Преодолевая желание вскочить со стула, я сцепила руки на коленях и сжала их так, что хрустнули суставы. Надо было успокоиться, но я не могла. Хорошего настроения как не бывало, и появившаяся Симона с чашкой лекарства в руке отнюдь не способствовала его возвращению. Не взглянув на меня, она исчезла за дверью ванной.